Сразу два отнюдь не пустопорожних источника в Европе сообщили о близкой готовности к совершению преступления – присвоению российских денег. Не самих замороженных активов, а прибыли, которую получили банки от их использования за прошедшее с момента заморозки время. Что-то около нескольких миллиардов в год. Первый источник – германский канцлер Олаф Шольц, который заявил о «консенсусе» среди лидеров стран ЕС по данному вопросу. Вторым источником стали аккаунты в соцсетях представительства Бельгии, она сейчас председатель в Совете ЕС.
Тут уместна старая притча про свое и чужое. Вырос у одного человека сын, но ленивый и не шибко умный. И на вопрос отца, чем ты жить думаешь, он ответил – а вон бык пасется, украду его и будут сытый. Сказал и сделал, зарезали быка, сели есть его мясо. Но прежде, говорит отец, давай животы померяем и запомним, у кого сколько. Прошло время, доели быка, и опять померили. У отца прибавка, солидная, а сын даже похудел малость. Как так, вопрошает сын? Ведь вместе же мясо ели!
На что отец ему отвечает – я ел свое, а ты краденное. Я спокойно каждый кусочек жевал, а ты все время переживал, в окно выглядывал, не идет ли кто. Чуть что, хватал мясо и бежал прятать. Вот тебе оно впрок и не пошло, да и не могло, потому что не честно получено. А я после того, как ты быка украл, в тот же день пошел и его хозяину заплатил. Поэтому мясо одно, а отношение к нему у нас разным было.
Перед ЕС и Западом в целом стоит ровно та же проблема. Вот они, денежки российские, но пока они «краденые», пользы от них никакой. И уже второй год там не могут придумать, как сделать их «своими», чтобы распоряжаться свободно и с чистой совестью. Под последней подразумевается реакция остального мира, который пристально следит за тем, что предпримут англосаксы. Так-то они бы давно все украли и не переживали, но на кону стоит нечто большее – репутация. От сохранения которой зависит, позволят ли им и далее работать с иностранным капиталом.
Новость выглядит откровенным блефом со стороны Европы, манипуляцией с целью провокации. Если бы у них был реальный механизм, способ присвоения российских денег, его бы давно пустили в ход, и даже оправдываться не стали бы. Но все, до чего додумался коллективный финансовый «гений» ЕС, это покуситься только на доходы от замороженных активов. Хитрость тут в том, чтобы отделить основную массу денег, с безусловно российской принадлежностью, от доходов с нее с непонятным статусом. Воровство есть, но его как бы нет.
Даже сами формулировки указывают на сомнительный характер решения. «Консенсус», «предварительно согласовали», «непредвиденная прибыль», «чрезвычайные доходы» – суть задумки ясна, но детали размыты. Почему Шольц заявил об использовании только 90% прибыли и почему деньги сразу передадут экс-комику, причем без каких-то условий? А чтобы с себя ответственность снять и преуменьшить масштаб содеянного, снизить ущерб от преступления и тем самым как бы оправдаться. Мол, это вынужденная шалость, а не гнусная задумка.
Складывается впечатление, что европейцы просто решили всех обмануть. Никакого решения нет, но они делают вид, что уже все решили и вот-вот начнут действовать, заберут деньги. Это должно спровоцировать Россию на ответные действия или хотя бы на оспаривание решения Европы, что повлечет за собой уже ответную реакцию Запада. Чтобы в излюбленной ими манере выставить себя не агрессором, а жертвой, и на основании этого требовать наказать «плохих» путем отъема их имущества. Вообще не факт, что сработает, но неудачи в геополитике и проблемы с экономикой вынуждают супостата идти на крайние меры.