Первая половина 1939 года ознаменовалась для Марины Расковой не только выходом книги "Записки штурмана". 11 мая погибла её напарница по рекордным перелётам Полина Осипенко. Подробности её гибели популярно изложены в интернете, поэтому повторять здесь я их не буду. О значении Полины для Марины можно узнать, прочитав книгу "Марина Раскова. За страницами "Записок штурмана". Купить её электронную версию можно, заполнив форму по ссылке или написав на почту lukoyanovahistory@yandex.ru
Как утверждал журналист Лазарь Бронтман, друживший с пилотами и очень много писавший об авиации, тела были настолько обезображены, что их сразу отправили на кремацию («исковеркались так, что даже выставить нельзя было: пришлось сразу сжигать»). Она состоялась 12 мая в 22 часа. Комиссия по организации похорон Героев Советского Союза Серова и Осипенко поручила коменданту Кремля Спиридонову подготовить урны, а командарму Локтионову - предоставить ФИО и даты рождения погибших. Власика назначили ответственным за порядок в городе во время встречи тел на вокзале, при следовании процессии на кремацию и в Дом Союзов, а также во время самих похорон. Внешнее и внутреннее оформление места прощания поручили Родованскому.
В 6 часов утра 13 мая уже должен был выйти на смену военный караул. К 7 утрам в Доме Союзов выставили урны для прощания с Серовым и Осипенко. К постаменту одной из них Гризодубова и Раскова возложили венок с надписью: «Дорогому другу от экипажа «Родины». Марина вошла в состав комиссии по организации похорон Осипенко и Серова, возглавила отдельную смену почётного караула из женщин-лётчиц у праха коллег и попала на фотографии траурной процессии. На похоронах играли два военных и один симфонический оркестр. Будённый отвечал за военные почести и траурный салют.
Урны Серова и Осипенко стояли в Доме Союзов до 16:00 14 мая. Потом их торжественным порядком понесли на Красную площадь для захоронения. Ордена должны были нести несколько человек, в числе которых была и Вера Ломако - напарница Осипенко и Расковой по перелёту из Севастополя в Архангельск 2 июля 1938 года. Самой Расковой ничего нести не дали, она просто шла к кремлёвской стене со своими товарищами. Установку урны Осипенко в стену поручили Валентине Гризодубовой. Меньше чем через четыре года она же установит сюда урну самой Марины - по соседству с урной Полины...
