На следующий день дочь принесла Наталье лекарства. Несмотря на то, что стрясти с Жанны заработанные деньги не удалось, девушка выполнила обещание. По счастью, ещё днём на её имя пришёл крупный перевод от некоего Евгения Канцерова. Не вдаваясь в причины странного поступка неизвестного мецената, Вера купила матери нужный препарат и отдала ей оставшуюся сумму.
— Вер, откуда у тебя столько денег? Это что, заначка у тебя такая? — спросила Наталья.
— Да нет, мама, получила перевод, — ответила девушка и, в принципе, не соврала.
Однако мать не успокоилась.
— Перевод? От кого? — тут же спросила она.
— Ну, какой-то Евгений Канцеров сделал мне перевод. Но на самом деле я уверена, что это от папы.
— А почему ты думаешь, что это от папы?
— Ну, потому что иногда он присылает мне деньги. Хотя уже не должен.
Наталья отложила книгу, которую читала, в сторону, сняла очки и задала следующий вопрос:
— А почему через каких-то подставных людей?
— Ну, потому что официально он не работает и скрывается от налоговой.
— А, это он тебе такие песни поёт, да? Значит, ты всё-таки берёшь деньги у отца. И давно?
— Да давно я уже ничего не беру. Просто сейчас такое положение...
— Да какое положение бы ни было! Я не собираюсь просить у него милостыню и вообще!.. Как ты могла меня так предать?! — Наталья встала с кровати и нервно заходила по комнате.
— Мама, я же ради тебя!.. Нам нужны эти лекарства! — возразила дочь.
— Обойдусь! — Женщина взяла лекарства и выкинула их в окно. — Может быть, кому-нибудь другому пригодятся!
— Мама!
Такого поступка матери Вера не поняла. Она считала, что гордость — это хорошо, но в разумных пределах. А сейчас это было абсолютно неуместно, потому что маме срочно нужны были эти лекарства. Дочь очень пожалела, что рассказала ей, откуда у нее деньги.
***
Вера нашла под окнами выброшенные препараты и поспешила назад домой, собираясь убедить мать в том, что скоро придумает, как вернуть отцу деньги, а сейчас она должна лечиться. Однако Наталья уже позвонила бывшему мужу и заявила, что не нуждается в его подачках. Каково же было удивление женщины, когда оказалось, что тот никаких переводов не делал.
— Вера, скажи, откуда у тебя деньги? — прозвучал логичный вопрос от матери.
— Мам, ну я же тебе уже говорила — папа прислал перевод.
— Я только что с ним разговаривала, он тебе давно ничего не пересылал.
— Как? Я была уверена, что это от папы, — Вера недоуменно посмотрела на мать.
— Доча, я ещё раз тебя спрашиваю, откуда у тебя деньги? — повторила Наталья.
— Мам, прислали перевод.
— Покажи квитанцию. Мам, ну какая квитанция? Кто их вообще хранит? Я ее даже не распечатала. Зачем? В электронном виде могу показать, если это тебя устроит. Сумма пришла от некоего Евгения Канцерова, — просматривая мобильный банк, сказала девушка.
— Вера, скажи мне только честно, это ты украла кольцо, да? Украла и продала? — спросила Наталья.
От такого вопроса Вера опешила. Она никак не ожидала, что встретит подозрения от матери.
— Ты что, вообще с ума сошла?
— Так и есть, — глядя в глаза дочери, вынесла вердикт Наталья. — Всё сходится. Сначала ты скрыла от меня, что тебя подозревают, а теперь у тебя появляются деньги, и ты не можешь объяснить их происхождение.
— Мама...
— Господи, моя дочь воровка.
— Мам, да что ты вообще такое говоришь?
— Вера, знаешь, я всё могу простить, но только не это. Уходи. Уходи, не могу тебя видеть. — На глаза матери накатились слезы обиды, она легла на кровать, отвернулась и замолчала, делая вид, что никого, кроме нее, нет дома.
Вера перепугалась не на шутку. Конечно, ей было очень обидно, что мама назвала ее воровкой, но в этот момент не было ничего важнее, чем здоровье родного человека.
Перевод крупной суммы в сто тысяч рублей — а для Самойловых это была очень крупная сумма — не давал девушке покоя. Она обязана была выяснить, кто перевёл ей эти деньги, хотя бы для того, чтобы оправдаться перед мамой.