В машине играла спокойная, приятная музыка, немного пахло чаем с чабрецом и копчёной колбасой из пакета, стоявшего рядом на сиденье. Лёха открыл окно, сразу подуло прохладным, насыщенным воздухом.
После торгового центра с целой толпой покупателей, которых из-за больших тележек было иногда даже сложно обойти, здесь на дороге было очень тихо и безмятежно.
Лёха неожиданно для себя довольно быстро привык к размеренной жизни, да ему иногда как будто не хватало чего-то, но потом это ощущение быстро проходило. Конечно, отчасти он решил остаться в посёлке из-за Лизы, но теперь ему нравилось думать, что здесь он дома.
Впереди показались небольшие, но уютные домики. Отсюда посёлок просматривался почти полностью. Ещё совсем недавно он был серый и невзрачный, сейчас же с каждым днём всё больше начинали преобладать зелёные краски.
- Ну вот мы почти дома, - задумчиво проговорил Степан Матвеевич, как будто прочитав его мысли.
- Алексей, может быть, зайдёшь с нами пообедать, - предложила Людмила Ивановна, - я картошку потушила с мясом вчера вечером.
- Вы и так из-за меня сильно задержались в строительном магазине, - ответил Лёха.
- Ну и что, это было делом добровольным, никто нас силой не заставлял.
Автомобиль Степана Матвеевича заехал на центральную улицу, они проехали мимо магазина. Дверь его была широко открыта, на миг он даже представил Лизу за прилавком, но тут же отвернулся. Затем они повернули на свою улицу и остановились возле калитки Матвеича.
- Выгружаем обои и идём есть, - скомандовал Степан Матвеевич.
- Алексей, можно и мне посмотреть дом, - попросила Людмила Ивановна.
- Конечно, проходите, пожалуйста, - улыбнулся Лёха, - вам теперь всё можно.
Алексей перешёл через дорогу и открыл калитку. Затем они со Степаном Матвеевичем занесли внутрь дома обои. Людмила Ивановна прошлась по кухне и комнате. В доме было очень светло, стены белели свежей шпаклёвкой.
- Алексей, тут тебе буквально последний рывок остался и всё, - проговорила женщина.
- Как думаете, обои хорошо здесь будут смотреться? – поинтересовался он.
- Думаю, очень хорошо, - ответила Людмила Ивановна с улыбкой.
- И мне тоже так кажется, правда, Матвеич?
- А я потом лучше своё мнение выскажу, когда всё будет готово.
- Ох, ты какой деловой, Степан. Что потом будешь делать дальше в доме, Алексей?
- Затем я освобожу веранду от хлама и займусь придомовой территорией.
- Неужели огород будешь сажать? – удивилась женщина, - могу предложить тебе немного рассады.
- Нет, не нужно, - замахал руками Лёха, - я совсем не это имел ввиду. Для начала снесу все постройки и сделаю новый забор. А в огороде посею траву, чтоб не рос бурьян.
- Вот и правильно, Лёх, ну его этот огород, - проговорил Степан Матвеевич, - после работы надо отдыхать, а не стоять кверху попой.
- Я тоже с каждым годом всё меньше сажаю, у меня теперь в основном цветы ты же знаешь, - возразила Людмила Ивановна.
- Цветы у вас очень красивые, - проговорил Лёха, вспомнив, какой букет ему принёс Степан Матвеевич, когда он делал Лизе предложение. Они были лучше всяких покупных.
- Пойдёмте уже обедать или твои продукты сначала отвезём? – поинтересовался Степан Матвеевич.
- Я сам потом отнесу, там не очень много.
Лёха вышел из дома первым и замер от неожиданности. Калитка была распахнута, перед ней стояла тачка, а в его дворе стоял Василий, смотря на дровяник.
- Э-э, здравствуйте, - проговорил Лёха, - чем обязан?
Василий с невозмутимым видом обернулся, взглянул на него и снова отвернулся.
- Лёха, я дрова свои решил забрать, - бросил он и подошёл к дровянику, как будто оценивая фронт работы.
- С чего это вдруг? – возмутился Алексей.
- Да, с чего это? – услышал он голос Степана Матвеевича.
- Степан и ты тут? – неприятно удивился Василий.
- О-о-о, даже тачку уже прикатил? Надо же какой предусмотрительный.
- Ну, а как? Не на себе же я буду дрова таскать? Тут их ещё прилично.
- Зачем они тебе, Вася? У тебя же газ в доме? Вообще это уже походит на абсурд.
- Зато у меня баня есть, - парировал мужчина, - Степан, а ты не вмешивайся в наши с Алексеем дела. Кстати, никакой это не абсурд, а здравый смысл.
- Нет у нас с вами никаких дел, - ответил Лёха, - и прошу вас покинуть мою территорию.
- Даже так? А ничего, что дрова мои, я просто их сразу не забрал. К тому же сделал тебе одолжение и позволил отапливать твой дом своими дровами.
- Вася, я не понял, что за дела? Ты дом продал, ты чего всё время здесь ходишь, что-то высматриваешь? - не выдержал Степан Матвеевич.
- Степан, согласись, что эти дрова мои, - не унимался Василий.
- Нет, не соглашусь, ты дом продал и всё что на его территории, земле - тоже.
- Я вас сразу спросил, будете ли вы что-то забирать, - напомнил Лёха, - вы что тогда сказали? Правильно, что ничего забирать не будете.
- Мы с тобой мебель из дома обсуждали.
- Василий ты меня пугаешь, - проговорил Степан Матвеевич, - хочешь сказать, что завтра ты придёшь и предположим яблоню выкопаешь или вообще с крыши железо снимешь.
- Не преувеличивай, Степан.
- А что? Они же тоже когда-то были твоими, - пожал плечами Степан Матвеевич, - скажешь, что тоже забыл забрать.
- Я сейчас участкового вызову, - предупредил Лёха, - мне вся эта ситуация порядком надоела.
Алексей демонстративно достал телефон, экран его засветился. Лицо его стало серьёзным, сосредоточенным. Он поднёс трубку к уху и стал ждать.
- Не надо, я ухожу, - запротестовал Василий.
- Надолго? – спросил Алексей.
- Всё вопрос с домом и всем этим, - махнул он рукой, - закрыт.
- Наконец-то, - ответил Лёха.
- Вася, - позвал его Степан Матвеевич, - я вообще-то всю жизнь думал, что живу по соседству со здравым человеком, сейчас же с каждым разом ты меня поражаешь всё больше и больше.
- Я же сказал, что вопрос закрыт, - заметил Василий.
- Поговори уже со своей женой по-мужски, это выглядит по меньшей мере смешным.
- А при чём тут Аля?
- Сам знаешь причём.
- Я с участковым всё равно поговорю при встрече, - сообщил Алексей, - пусть будет в курсе если вдруг у меня что-то пропадёт, ну или вообще что-то случится.
Василий быстрым шагом вышел из калитки, взял тачку и покатил её к себе во двор, громко стуча. Алексей, Степан Матвеевич и Людмила Ивановна молча проводили его взглядом до самых ворот.
- И как вы только живёте с ним по соседству столько лет? – поинтересовался Лёха, - как будто постоянно на пороховой бочке.
- Лёх, мне даже теперь немного не по себе оттого, что это я тебе посоветовал этот дом, - заметил Степан Матвеевич.
- Ничего, нормально всё будет, - вмешалась Людмила Ивановна, - я поговорю с Алей. Она всегда была немного прижимистой, но это уже переходит все границы.
- Спасибо, Людмила Ивановна.
- Пойдёмте лучше есть, - ответила она, - а потом разберёмся.
- Матвеич, а может пусть забирает эти дрова, а? Может быть, хоть тогда отстанет, да я ему уже даже немного денег почти согласен дать.
- Ещё чего, только этого не хватало. Ты заплатил ровно столько, сколько он попросил. А если у тебя появились деньги, лучше окна поменяй.
- Не появились.
- Вот и нечего глупости обсуждать.
***
На улице уже начало смеркаться, когда Борис Васильевич засобирался домой. Он поцеловал внучку, обнял дочь, пожал руку зятю и вышел из калитки.
День выдался насыщенным, он бы даже сказал продуктивным. Во всём теле ощущалась приятная усталость. А ещё нужность, когда они с Сашей несколько часов занимались парником и теплицей, он чувствовал себя частью семьи.
Последнее время это ощущение стало как-то забываться, немного стираться из памяти. Его почти полностью заменила стройка турбазы. О ней он теперь думал круглосуточно, стараясь всё учесть.
Почти всё это время во дворе вместе с ними прогуливалась Евгения, Виктория спокойно спала в коляске. Его внучка немного подросла, личико её округлилось и от этого она стала ещё милее.
Периодически приходила Любовь Ивановна и проверяла их работу. Ей постоянно что-то не нравилось, они с Сашей молча выслушивали претензии и переделывали, потому что спорить со сватьей было бесполезно. В огородных работах она считала себя настоящим профессионалом.
Затем они с Женей выбрали римские шторы для домиков и фотографии для будущих картин. Евгения решила заказать их заранее, Борису Васильевичу же надо было их только потом забрать из фотостудии, вместе с готовыми рамами.
На мебельной фабрике неподалёку они заказали: небольшие прихожие, полки, стеллажи, столики, кухонный гарнитур, состоящий из стола и навесного шкафа. Всё было в едином стиле под натуральное дерево.
Что-либо ещё они решили докупить позже, когда вся мебель будет стоять на своих местах.
- Борис Васильевич, - окликнули его.
Мужчина обернулся. Позади него шёл Боря, в руке у него был пакет и рюкзак, перекинутый через плечо. Мальчик поравнялся с ним, и они отправились вдвоём.
- Как день провёл? – поинтересовался мужчина.
- Мы с папой немного прибрались во дворе после зимы, в огороде тоже заметно подсохло.
- Неужели тоже парник делали?
- Нет, нам же скважину приедут делать сразу после девятого мая, только потом мы будем заниматься огородом.
- Точно, мне же Пётр говорил, а я забыл.
- До сих пор не вериться, что в доме будет вода. Некоторые люди даже не представляют какое это счастье.
- Не представляют, согласен. Многие уже родились со всеми удобствами, и я тебе больше скажу, думают, что так живут все.
- Затем Василиса ушла на прогулку с парнями, а мы с папой баню топили.
- Близнецов в бане помыли?
- Да, папа вместе с Васей. Я сначала одного забрал, потом другого.
- И как они?
- Хорошо, в бане им понравилось, а потом мальчики сразу заснули. Я тоже помылся и сразу ушёл.
- А меня внезапно привлекли к огородным работам, - сообщил Борис Васильевич.
Они добрались до дома, одновременно вошли в калитку, а потом в прихожую.
- Я немного пирога принёс, Василиса сегодня пекла, будете? – спросил Боря.
- Нет, я только что плотно поужинал, а ты кушай сам.
- Тогда это нам на завтрак, - решил мальчик.
Послышался стук в дверь. Борис Васильевич удивлённо посмотрел на Борю.
- Олег к тебе хотел зайти?
- Нет, не хотел, - ответил мальчик.
Борис Васильевич подошёл к двери и открыл её. В сенях стояла Вера Захаровна. Только тогда он вспомнил, что они договаривались вместе поужинать и отметить продажу её игрушек. Мужчина виновато на неё посмотрел и задумчиво почесал лоб.
- Вера, прости, сегодня был такой суматошный день, что я забыл про ужин, - проговорил он.
- Боря, я уже думала случилось что-то, разве можно так пугать?
- А почему должно что-то случиться?
- Трубку ты не брал, домой не шёл, что я ещё должна была думать?
- Я звук в телефоне отключил и забыл, чтоб Вике спать не мешать, ну… сама понимаешь. Женя с Сашей сейчас и сами с выключенным звуком постоянно ходят.
Борис Васильевич давно не ощущал себя так неловко. Ему вообще сразу не надо было соглашаться на ужин именно сегодня, ведь он так и думал, что не вернётся быстро.
- Может быть, тогда в другой раз отметим? – предложил он.
- Я же курицу с картошкой приготовила, салат, бутылочку вина купила, куда мне теперь столько еды? Испортится.
- Ну…, спасти твои продукты мы с Борей можем, - попытался пошутить Борис Васильевич.
- С Борей?
Вера Захаровна посмотрела за спину Бориса Васильевича. Возле небольшого столика сидел мальчик, открывая крышку ноутбука. Он обернулся и незаметно мотнул головой, всем видом показывая, что никуда не пойдёт.
- Борис, я даже ужинать одна не садилась, - сообщила Вера Захаровна.
- Всё пойдём, - ответил мужчина.
Он снова надел обувь и вышел вместе с Верой Захаровной во двор. Они молча обошли дом и оказались в комнате. Посредине неё был накрыт стол: стояло два бокала, бутылка красного вина, салат и курица с картошкой, аккуратно прикрытые фольгой.
- А пахнет как вкусно, Вер, ты прости меня ещё раз, а? Понимаешь, мы парник с зятем делали, потом выбирали разные мелочи для турбазы. Затем ужинали вместе.
- Да, я всё понимаю, Борь, у тебя есть дочь, семья, - грустным голосом ответила женщина.
- Просто у меня с турбазой даже времени нет к ним сходить и пообщаться.
- Всё забыли, мой руки и садись за стол, я ужасно голодна.
Борис Васильевич сел за стол и отломил себе румяную, куриную ножку. Есть не очень хотелось, но он и так чувствовал себя виноватым, так что есть определённо придётся.
- Хрустящая корочка, уже стала не хрустящей, - заметила Вера Захаровна.
- А, по-моему, выглядит очень аппетитно.
Борис Васильевич мельком посмотрел на стеллаж. На нём стояла рамка с фотографией его одноклассника. На ней он улыбался и был именно таким, каким он его видел последним раз.
- До сих пор, кажется, что Федя сейчас выйдет, например из кухни.
- И мне его не хватает.
- Ты уже почти год как тут живёшь, а я всё привыкнуть не могу. Но давай не будем о грустном, где штопор?
Вера Захаровна встала из-за стола и принесла штопор. Борис Васильевич открыл бутылку и налил им понемногу. Вино было полусладким, они же с Ларисой последнее время почти всегда пили сухое.
- Давай выпьем, чтоб твоё увлечение и дальше приносило тебе не только радость, но и деньги, - проговорил мужчина с улыбкой.
- Спасибо, Боря, - ответила Вера Захаровна.
Они протянули друг к другу бокалы, раздался звон, а потом выпили по глотку. Вино было прохладным, немного терпким и довольно сладким.
Содержание канала здесь
#истории #отношения #взаимопонимание #любовь #жизнь