Взорвать себя с окружившими врагами? Подвиг стар как изобретение пороха. Считается, в русском флоте первым подорвал себя, корабль и врагов капитан Дефремери (1737). Его подвиг не стал именным, как, например, подвиг Гастелло или «Варяга». Но это не значит, что его не повторяли. Не сознательно, конечно, имея цель повторить, но в силу обстоятельств.
Следующим в этом списке идет капитан второго ранга Остен-Сакен. И, конечно, его команда, которая на страницах книг остается безымянной. Дело было в 1788 году, во вторую кампанию русско-турецкой войны 1787-1791 годов.
Между прочим, первая кампания отмечена подвигами Ломбарда и Веревкина. В 1787 году русский флот в силу своей малости и разобщенности (деление на Лиманскую эскадру близ Херсона и на Севастопольскую) не одержал побед.
В 1788 год Черноморский флот входил следующим составом.
Лиманская эскадра: 2 линейных корабля, 3 фрегата, 18 более мелких кораблей. Кроме того, 8 галер, 6 плавучих батарей и несколько малых гребных судов.
Севастопольская эскадра: 2 линейных корабля, 14 фрегатов и десяток мелких кораблей.
Первоначальной целью русской армии стала крепость Очаков на берегу Лимана. А значит всё внимание Лиманской эскадре под командой принца Нассау-Зигена.
Только-только наша армия стала приближаться к крепости, как у входа в Лиман появилась турецкая эскадра: 10 линейных кораблей, 6 фрегатов, 50 галер и канонерских лодок. Подавляющее превосходство турок.
20 мая 1788 года турецкую эскадру встретил капитан Рейнгольд фон дер Остен-Сакен. Выходец из старинного остзейского (прибалтийских немцев) рода.
На момент подвига Остен-Сакену исполнилось уже 33 года. В русском флоте, если считать с момента поступления в Морской кадетский корпус, он служил уже 22 года. Во время русско-турецкой войны 1768-1774 годов успел послужить в Средиземноморской эскадре.
Дальше рос в чинах и в 1787 году получил капитана 2-го ранга. В 1788 году назначен командовать дубель-шлюпкой №2.
Несколько слов о том, что это за шлюпка такая.
«Дубель» или «дуббель» значит «двойная». В документе 1736 года сказано: «…именуемые дубель-шлюпками делаются в подобие, как обычно при военных кораблях шлюпки бывают, против оных вдвое».
Эти малые вооруженные несколькими пушками гребные суда предназначались для действий на реках, в лиманах и на мелководье. Впервые такой тип кораблей в русском флоте завели во время русско-турецкой войны 1735-1739 годов.
От бедности продолжали их использовать и много позже, в войну 1787-1791 годов. Но они уже вытеснялись более крупными кораблями.
Дубель-шлюпка №2 была вооружена 7 пушками. Калибр обычно не уточняется, но наверняка он невелик. Экипаж 52 человека.
Итак, с утра 20 мая 1788 года Остен-Сакен вел свой корабль в виду турецкой эскадры. В донесении Потемкина сказано:
«…дубель-шлюпка с капитаном Сакеном, посланная от принца Нассау-Зигена к генералу Суворову, возвращалась к флотилии; тринадцать судов неприятельских устремились за ней в погоню».
Сакен поставил паруса и попытался уйти. Однако более быстроходные турки настигли его и открыли огонь. Видя, что ему никак не уйти, кавторанг спустил малую шлюпку, посадил в нее 9 матросов и приказал им грести к берегу. Да чтоб передали своим: мол, я врагу не сдамся.
Дальнейшее известно со слов этих спасшихся матросов. В том же донесении Потемкина:
«Сии матросы видели его. Окруженного неприятелем, сцепившегося с оным и поднявшегося на воздух».
То есть турки сцепились на абордаж, а дубель-шлюпка взорвалась.
У позднейших авторов, историков флота можно прочесть, что Сакен лично спустился в крюйт-камеру и взорвал корабль вместе с неприятелем. Но видел ли это кто-нибудь? Из тех, кто был близко, никто не выжил.
Дальше пишут (например, лейтенант Н.В. Новиков), что вместе с дубель-шлюпкой «взлетели взорвавшиеся 4 неприятельские галеры».
Однако если заглянуть в донесение Потемкина, там можно прочесть:
«Если при сем случае не истребил он с собою судна неприятельского, так, как уверяют, то неустрашимость, с которою он сражался, и геройская его смерть показали туркам, каких они имеют неприятелей».
То есть сам князь сомневался в гибели даже одного турецкого корабля. Где уж там четыре. Но прав был Григорий Александрович: «неустрашимость» и «геройская смерть». Вне зависимости от того, кто взорвал крюйт-камеру и погиб ли хотя бы один корабль, подвиг Остен-Сакена (не спустил флаг, принял неравный бой) есть подвиг.
---------
Все материалы рубрики "Один в море воин":