Я обозвал себя старцем, и вспомнил времена нашего общения с Михал Исаичем. Он, мужчина, на двадцать лет старше меня, казался мне «серьезным в возрасте дядькой» и меня умиляло, как он расцветал, когда в Питере после концерта его окружали молодые прелестницы, жаждущие автографа. И что? Мне сейчас больше лет, чем моему соавтору в те годы, и я ещё достаточно активно бью крылом, проявляя внимание к хорошеньким и очень хорошеньким… Эх… А что я ещё могу сказать?
А тогда в Питере с нами принимала участие в концерте Алена Апина, у которой случился небесный роман с моим продюсером Александром Иратовым, который со временем перерос в брак.
Я понимал, что Алена - готовый гастролёр, имеющий в багаже большие шлягеры («Ксюша», «Бухгалтер», «Вишневая девятка») и знал, что она уведёт из коллектива Иратова, но что Александр Борисович прихватит с собой парочку музыкантов и развалит «Саквояж» - не ожидал. Но так произошло. И слава Богу, я вынужден был сменить стилистику своего выступления (начал петь концерт просто под гитару) и стал зрителю даже более интересен.
Но мы ведём речь о Таниче… А Михаил Исаевич, помня об успехах «Провинциалки» и изучив историю эмиграции Ленки из Саратова в Москву, предложил сделать ей, естественно с Иратовым, большой музыкальный проект «Лимита». Саша и Лена согласились. Михаил Исаевич написал порядка десяти текстов (один из них написала Лидия Николаевна). Сергей Коржуков, с которым Танич мастерил проект «Лесоповал» написал музыку к этим текстам. Мне написать ни одну из песен не предложили. Интересно, стал бы я это делать? Не знаю. После того, как ряд песен был готов, Иратов предложил Валентину Дьяконову (он тогда работал в "Саквояже") сделать аранжировку к песне «Узелки». Валентин сделал аранжемент. Сделать плохо Валя не мог, но почему-то, его вариант не приняли, решив, что очень симфонично что ли... Отдали Андрею Косинскому, и тот сделал песню такой, какой мы ее все знаем. А потом были репетиции и премьера. Меня никто на неё не приглашал и, что у них получилось я не знаю. Но в музыкальных школах на уроке муз. литературы «Лимиту» не изучают. Я интересовался. А вот «Узелки» часто звучат по радио.
А однажды, ещё до «Лимиты» Михаил Исаевич рассказал мне о своей мечте - сделать цикл песен, который будет посвящён его впечатлениям о жизни в «местах не столь отдаленных».
- Ты пойми, - он сразу начал меня убеждать, - тамошняя жизнь — это модель нашей гражданской жизни. Это, как на войне - если любовь, то это супер-любовь, если предательство, то, я даже не нахожу слов, как это назвать!
- Михал Исаич, понимаете, сейчас молодежь мечтает стать либо проститутками, либо рэкетирами, а Вы хотите это все романтизировать! Я сильно сомневаюсь…
- А я все-таки это сделаю. И это будут не только песни, это будет и одежда, и танцы с характерными па.
- Ну, я в этом ничего не понимаю.
- А я все помню... - ответил он мне.
И Танич сделал это. У него получился отменный музыкальный альбом и великолепный спектакль. Что стоят только песни «Птицы в клетке» и «Белый лебедь»?
И была премьера программы и аншлаг в театре эстрады. Правда сцена была заставлена шампанским от благодарной братвы, а не цветами. А на сцене были стилистически точно спетые и сыгранные песни и узнаваемые движения в танцах. Преступность в стране после появления «Лесоповала» не увеличилась. И очень жаль, что после ухода худрука (Танича) «заусенцы» пропали, в пении и стал мерещиться ВИА 80-х годов, а танцы стали, ну, очень аккуратненькими.
Французское выражение о том, что стареть нужно красиво, позволяло мне с какой-то уверенностью смотреть в эту сторону. Но уже перед самым концом Танич сказал мне:
- Мы спели с тобой, что "старости вовсе нет"... А она есть, старость...
Да, жаль, что тебя нет с нами, Большой Человек, Большой Мастер!
Спасибо, что Ты был в моей жизни!