Раэ как остолбеневший, ощущая все свое бессилие, смотрел, как Согди завязывает рукав узлом, а в нем беспомощно попискивают альвы. Затем Согди плавно переместился к его окну, оперся локтями и опустил подбородок на большие пальцы рук – как только не проколол челюсть под языком когтями? Со стороны это выглядело так, словно колдун уселся перед окном и смотрит из него наружу, в то время как он висел в воздухе и обозревал внутренность комнатки.
-Ну? – спросил он, - теперь мы с тобой можем кое о чем поговорить по серьезному, Врао, или, как ты предпочитаешь, Фере? Ну-ну, не смотри на меня, как на врага. Рано или поздно, а скорее – очень, очень рано, ты перейдешь в наш ковен, и тебе со мной надо будет ладить. И я думаю, мы с тобой поладим, потому, что очень друг на друга похожи. И я тебя очень, очень способен понять. Вилхо к тебе очень благоволит, но угадай, кто будет твоим мэтром в ковене? Правда, нам с тобой по пути? Есть еще Ронго Асванг, который тебя не очень-то жалует. Но он не очень-то жалует и меня. А все потому, что я рано или поздно его потесню, подвину. А ты мне бы мог в этом поспособствовать. Я бы тебе за это ой как был бы благодарен. Ну так что, достанешь мне лампаду?
-И ты знаешь, где ее искать? – сухо спросил Раэ, не глядя в его лицо. Он засмотрелся через его плечо, там, в свешенном вдоль стены рукаве пищали и бились альвы, просвечивали шелк огоньками….
-Знать знаю, а взять не могу, - вздохнул Согди, - видит око да зуб неймет… как ты сейчас с альвами…
-И где же? – резко спросил Раэ.
-Потом скажу… ты же ведь хочешь узнать о том, как ведьмобойцы воюют с ведьмами и колдунами? Я тебя научу… Я упрошу Мурчин, чтобы она тебя отпускала в наш ковен, где тебе будут давать уроки фехтования. Я знаю, как упросить этрарку. Вилхо она не откажет. Ты будешь часто приходить в дом моего ковена…
Раэ по-прежнему смотрел за плечо Согди, вниз. Молчал, стиснув зубы. Знал, что молить бесполезно, но едва сдерживался от того, чтобы приступить.
-Ну а там… я тебе покажу одно из их подземелий…
-Вы тут хорошо обустроились в Ортогоне, - сказал Раэ, - ведь нужное тебе подземелье находится здесь, так ведь?
-Угадал.
-И у вас тут свой дом, у вашего ковена…
-Угу… точнее – замок. Впрочем, наш ковен достаточно богат и имеет свои резиденции не только в Ивартане и Даруке. Ты вскоре оценишь, каково это – быть представителем ковена Меча Зари…
-И далеко ли ваш замок отсюда?
-На соседней площади, - усмехнулся Согди, - но не думаешь ли ты, что можешь туда пробраться, через охрану сильфов и забрать своих пичужек?
-А что ты Мурчин скажешь на то, что альвы исчезли? – хмуро ответил Раэ, стараясь сдержаться при виде насмешливой улыбки Согди.
-Я? Ничего. Я тут совсем не при чем. Это ты ей скажешь, что они улетели безвозвратно. Ей это в какой-то мере понравится. Потому, что пока альвы с тобой – ты не обучаем магии.
-А если я скажу, что они у тебя?
-То я это буду отрицать, - сказал Согди, - а если станешь на этом настаивать, то я сделаю это правдой.
И он опустил когтистую руку к шевелящемуся рукаву и показал жестом, что может его сжать. Раэ с трудом проглотил ком досады, стоявший в горле.
-Откуда мне знать, что ты будешь за ними хорошо ухаживать? Я смогу их видеть, когда буду приходить в дом твоего ковена?
Согди на миг задумался, затем кивнул, давая этим понять, что за этим стоит жест доброй воли. Все-таки он и впрямь хотел ладить с Раэ.
-А Мийя и Нера будут знать? – спросил Раэ.
-Им это знать ни к чему. Между нами – Вилхо отдал этрарке не самых посвящаемых в тайны нашего ковена сестер.
-Но они же вхожи в дом своего собственного ковена! Стало быть они могут прийти и увидеть.
-Они не вхожи на мужскую половину нашего ковена. Да-да, Фере, тебе у нас понравится еще и тем, что у нас как в Семикняжии распределяются половины домов, и колдунам от этих любопытных ведьм можно будет отдыхать у себя на половине. На настоящей половине, а не в том медвежьем углу, который обычно отводят женщины мужчинам в доме, если берут слишком много воли.
-А если кто еще увидит у тебя альвов?
- В мою комнату вхож только я, так что не беспокойся, - сказал Согди, - альвы будут под надежной охраной. Обещаю даже выставлять в погожие дни их клетку в сад. Ну так как, будешь со мной дружить?
Что еще оставалось обещать Раэ? Когда он проследил за улетающим по воздуху Согди, последние душевные силы покинули его. Он сел на постель, резко открыл клетку и почти что выкинул оттуда проклятую обезьяну, затем свалился на лавку и зарыдал, как он думал, не в силах остановить поток слез.
Однако долго предаваться горю у него не получилось. Он почувствовал у себя на плече холодную когтистую руку, которая резко дернула его вверх и принудила сесть.
-Ух ты… ты плачешь! По-настоящему? Покажи!
Сквозь радугу слез Раэ увидел стоявшего над собой принца Лаара. Ни минуты покоя! Хоть бы додумался оставить его одного! Так нет же! Он прямо аж заглянул в лицо Раэ с наивным детским любопытством. Рискуя пройтись когтями по его глазам, Лаар стал собирать с лица Раэ слезы, тот брезгливо отдернулся и зажал мокрый опухший нос, который пора было высмаркивать.
-Я в Римарлане в детстве видел, как плачут дети, только без слез. А у тебя настоящие слезы… как устроены твои глаза, что из них может течь вода?
Раэ ничего не это не смог ответить, а только прохлюпал носом, встал, достал из-за ширмы с туалетными принадлежностями клок пакли и высморкался в него все под тем же удивленным взглядом принца, затем выбросил его в таз для умывания.
-А еще? – спросил Лаар.
-Что еще? – прогундосил Раэ.
-А еще поплачешь? Любопытно, как ты это…
-А все. Мне было плохо, а стало легче. Больше мне не надо… мне и в самом деле стало легче.
-Легче? С чего тебе стало легче?
-От слез, разумеется, - сказал Раэ, - было плохо, стало чуть…
-Плохо ему! А мне – не плохо! И еще он имеет наглость делать так, чтобы ему легче стало! Я запрещаю тебе плакать, пока мне плохо! Вот как уладишь все мои дела, так и лей слезы сколько хочешь! Ты сейчас думать должен, как найти мне тирлич-траву, а не плакать!
-Так-то да, - сказал Раэ, который прервался для этих слов на середине остаточного всхлипа, - а… ваше высочество, а вам вот такого размера тирлич сойдет?
И Раэ показал указательными пальцами длину травы. С ним, как это частенько бывало после слезного срыва, случилось прояснение в мыслях, и он понял, что надо делать.
-Сойдет! – жадно сказал Лаар.
-Но… он же такой маленький!
-Мне этого было бы достаточно, чтобы сварить мазь на всего тебя!
-Да разве можно меня вымазать всего такой мазью? Да еще два раза!
-Зачем два раза?
-А я в одной книге прочел, что мазью из тирлич-травы простецам два раза надо мазаться. В два слоя то есть.
-Что за чушь? Где ты это прочел?
-В одной из книг Мурчин… названия не помню… может, ты спросишь…
-А ну-ка не пори чушь! Еще у Мурчин будем спрашивать о тирлич-траве! Может, сразу напрямик расскажем ей, для чего она нужна? Вообще замечательно будет!
-Да-да… конечно не будем говорить, но… там было так написано… может, это книга плохая?
-Не знаю, - сказал Лаар, - пока что у нас нет тирлич-травы даже на один слой мази! А все потому, что ты, вместо того, чтобы придумать, как ее достать, все слезы льешь!
-Ваше высочество, да я ее вам достану в ближайший навий час! Такую, какую вам сейчас руками указал! Да не мало ли ее будет?
-Нет же! Хотя… ты понимаешь, о чем говоришь, олух? Ближайший навий час очень скоро! Сейчас почти полдень!
-Ах да-да, - Раэ побежал за ширму и принялся умываться холодной водой, - сейчас- сейчас… а ее… как выдергивать, что – вот так брать за стебель и дергать?
-Ты что – цветочков в детстве никогда на рвал?
-Ну, если так просто…
-Ты… если все так просто – так сделай мне это!
Раэ поспешно распахнул дверь, чтобы выскочить из комнатушки, как ткнулся прямо в приоткрытое бра Неры между развязанными концами ворота нижней рубашки. Нера от неожиданности взвизгнула.
-Ты чего такой мокрый? – она оттолкнула налетевшего Раэ и принялась вытирать грудь и ворот, - о…простите ваше высочество, я думала, вам показывают дом…
-Мне и тут хорошо.
-Сударыня Мурчин просит сударя Фере к себе…
-Подождет, - упрямо сказал принц.
-Срочно, срочно к себе! – сказала Нера и дернула Раэ за рукав, вытащила его из комнаты.
-Меня вообще хоть кто-то будет слушать? – возмутился Лаар.
-О, вините меня, несносную служанку, ваше высочество, но я не могу ослушаться приказа госпожи Мурчин.
-Ты не могла бы переждать, позвать после навьего часа? – спросил Раэ.
-В том-то и дело, что нет!
-Пойдемте вместе, быстрее покончим с тем, чего она хочет! – сказал Раэ принцу. Нера на миг оторопела. Похоже, Раэ как-то не так попросил Лаара поперек этикета. И вдвойне Нера оторопела, кода принц поспешно вскочил с лавки и направился вместе с ними.
-И впрямь! – сказал он, - быстрее покончим! Чего она там хочет от простеца?
Им пришлось опять пройти во внутренний сад, где находилась кровать для возлежания. На этот раз она не была столь уж высока. Большую часть тюфяков убрали, зато полог состоял из нескольких прозрачных занавесей, которые позволяли высмотреть небольшую постель за ними и силуэт Мурчин, которая красиво лежала как в средоточии шелкового мирка и принимала гостей. Перед передними внешними ширмами на низком складном стуле сидел Ронью Ро с небольшим кубком, а рядом стояла Наравах с подносом сладостей, которые колдуна вовсе не занимали, но Наравах по всей видимости обязана была предложить.
-Фере, - провозгласила Мурчин с издевательской торжественностью, с какой уж она-то умела, - тут сударь Ронью Ро узнал, что ты вольноотпущенник, а я твоя патронесса. До этого он считал, что ты раб, и хотел выкупить тебя. Но сейчас, когда он выяснил, что это не так, сударь Ро желает оказать тебе милость.
Магистр Золотой Луны поспешно поднялся при виде принца, низко ему поклонился, а затем воззрился на Раэ.
-Фере, да? – обратился Ронью Ро к охотнику, растерянно оглядывая его. Золотоволосый колдун испытывал при обращении ту неловкость, какую бездетные испытывают, когда не знают, как обращаться к детям или как те люди, которые хотят приманить к себе щенка. - я хотел бы стать твоим патроном. С тобой учится в школе мой Ниволро, он о тебе много рассказывал. Полагаю, ты непрочь попасть в хороший ковен? А мой ковен не просто хороший. Один из первых. Обещаю тебя обратить на Мабон и поскорее перевести в огненную башню, где быстро раскроются твои колдовские таланты….
-Ну, что скажешь на это, Фере? – насмешливо пропела Мурчин.
-Вы позвали его за этим? – недовольно спросил Лаар, - ну уж только в Золотой Луне его и не хватало!
В это время раздался протяжный звук рога, который оповещал о полуденном навьем часе.
-Ой, простите, мне надо запереться в комнате, - сказал Раэ, - я приучаю себя соблюдать навьи часы… и да – спасибо, сударь Ро за такую честь, я вынужден отказаться.
Ронью Ро раскрыл было от удивления рот, попытался выдавить из себя вопрос, но Раэ этого уже не видел. Он припустил вон из зимнего сада, по пути ухватил за рукав принца Лаара, и они оба вышли в переднюю. Позади их сопровождал тихий смешок Мурчин.
-Ты с ума сошел! - прошептал Лаар, - так уйти от магистра Ро! Да он там… куда ты меня тащишь? Меня? Принца!
-Вы же хотите тирлич-траву или как?
Они выскочили на залитый солнцем балкон. Раэ глянул на вазон, в котором по-прежнему торчал тот самый тирлич, который он увидал на Ламмас. Только теперь синеперый цвет разросся и был гораздо больше, чем в тот раз, когда его заприметил Раэ. Он ухватился за синий стебель, его руку как обожгло холодом.
-Постой… сказал Лаар, - а ты что, можешь его видеть не только в полночь?
Раэ дернул синий стебель и вырвал его из земли… или еще откуда-то… Лаар охнул при виде того, что оказалось в руках Раэ.
-Он… он… и ты его видишь в полдень… тирлич… он… большой какой… о чудо!
-Как скоро вы сможете сварить из него невидимую мазь, ваше высочество?
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Неомения. Глава 197.