Мелодия будильника, пусть она и будет самой распрекрасной на свете, никогда не станет любимой. Именно потому что чаще всего этот звук вырывает из теплых объятий сна и отдает в холодные руки утра.
Афина, выползая из-под одеяла всё уговаривала себя, что отпуск существует не только ради того, чтобы спать. Что сегодняшний ранний подъем даст ей много новых впечатлений, а не только синяки под глазами и тоскливое выражение лица. На день было запланировано много интересного. Горы, горы и горы. И кафешка в горах. Но основное — это горы, конечно же.
Запихав в себя кашу с салатом, Афина оделась потеплее и поудобнее и отправилась на встречу с прекрасным.
Гоша ожидал на улице. По его улыбающемуся лицу было понятно, что он уже давно предвкушает поездку.
Сегодня теплее обычного. Выпавший вчера легкий снежок не оставил и следа. Автобус плавно ехал по гористой местности, что в полной мере позволяло наслаждаться видами. Афина вновь поблагодарила себя за завтрак, иначе пришлось бы терпеть тошноту от перепадов высоты и постоянных виляний транспорта.
Она во все глаза оглядывалась, а Гоша лишь добродушно подтрунивал над её восторгом.
— Ты посмотрииии! Это... это... так величественно, — с восторгом шептала девушка.
— Горам тысячи лет. Конечно, они величественны.
— Да ну тебя!
Его смех радовал и немного смущал. Афина уже давно заметила за собой, что испытывает смешанные чувства к этому человеку. Ей легко, приятно с ним, и одновременно она ловит в себе волнение и трепет, когда мужчина как-то особенно живо реагирует на её речи и действия.
Поднятие на подъёмнике захватило дух. За несколько минут в девушке сменилась палитра эмоций. Хотелось всё и сразу — пищать, кричать, зажмуриться, сесть внизу, на коленки, и носу не показывать. А также прижаться носом к стеклу и не упустить ни одной детали, ни одной извилины горной реки или глубокого горного шрама. Хотелось всё рассмотреть и запечатлеть.
— Ты чего такая возбуждённая? — улыбаясь, спросил Гоша.
— Я боюсь — смущенно ответила Афина.
— Не волнуйся так. Здесь всё сделано на славу. Если что — я рядом.
"Если что — я рядом". Такая простая фраза внушила уверенность и мягкое спокойствие, но не сняла ощущение общей радости. Сам факт прикосновения к чему-то подобному — большому, великому и невероятному был действительно сильнейшим впечатлением.
Подъем на смотрительную площадку также занял время. Было непросто подниматься даже по лестницам. В момент, когда девушка подскользнулась, Гоша ловко перехватил её под плечи:
— Горы, конечно величественны, но не стоит перед ними падать ниц — не оценят.
— Очень жаль — улыбнулась Афина, высвободила руку и с новой волной энтузиазма начала подъём.
И перед ними открылся вид. Красивый. Нет, потрясающий. Или великолепный. Нет. Нет-нет-нет. Нет подходящего слова. Они были... прекрасны.
Афина с замиранием сердца смотрела на это и не верила своим глазам. Не верила, что подобная красота действительно существует и к ней вот так просто можно прикоснуться. Изгибы, тени, снеговые шапочки... всё это правда было поразительным.
— Тебе нравится?
— Очень! Это... необыкновенно.
— Я рад.
Он стоял слева и внимательно всматривался вперёд. Контраст ярко-голубого неба и горного рисунка был Гоше интересен.
— А тебе? Тебе нравится? — робко спросила Афина.
— Конечно. Но знаешь, я как Бараш из «Смешариков». Иногда для меня горы — это просто горы. Но сейчас, с тобой — горы превратились в Гоооры. Так что, нравятся мне не только они.
