Третья часть. ВСТРЕЧА В ПУТИ.
Однообразны виды из окна поезда… Мелькание и вечный бег бесчисленных деревьев... То редкие, то сбившиеся в лесные чащи, они, те что ближе, проворно обгоняли неторопливых и отдалённых сородичей. И не было предела малонаселённым просторам, таким прекрасным в наряде позднего лета. А сонные равнодушные зрители, коим подобает быть всякому путешественнику по железной дороге, лениво и бессмысленно провожали глазами убегающие от них назад живописные дали. Мой добрый друг был во всём под стать остальным пассажирам.
Видать, поезд был не скорым, он останавливался, кроме крупных городов, таких как Петрозаводск и Ленинград, в городах и поменьше. В Торжке на короткой остановке в купе подсела девушка, и нашему герою снова стало впору именоваться кавалером.
Неяркий дежурный свет в вагоне освещал лицо незнакомки, озарял её голову, сверхъестественным нимбом искрился в её волосах. Молодой человек, всматриваясь в девушку, мысленно представил новую попутчицу изгнанным ангелом, вспоминающим о небе. И вдруг понял, что накануне, шагая по улице, это её образ он видел в окне. Догадка может и не истина, но так бывает, как сам себя накрутил.
— Ужели? Ужель она? — молнией ударило в сознание восторженного романтика, породив неразрешимый вопрос. Как та чудесная девушка из мурманской пятиэтажки сначала оказалась в Торжке, а теперь вот едет в одном купе с ним?! Предыстория знакомства и само знакомство с леди предстали в голове юного мечтателя в необычайном сказочном ключе.
Насмешливый мой читатель не дождётся описания, как завязалось знакомство парочки. Вероятно состоялось нечто дежурное и банальное типа обмена именами. Это нечто выпало из памяти моего друга. Сказать по правде, его мало интересовало имя незнакомки. Для себя он окрестил её по-особому. Навсегда. И этого было достаточно, а паспортные данные остались паспортными данными.
— Столько лет зазря! Мы должны были встретиться раньше! Где ты была столько времени? — с досадой пенял своему ангелу наш кавалер. Он уже расценивал свою влюблённость вполне оформившейся и проверенной. Еще бы, столько времени знакомы! Поезд уже миновал Калинин, тот что исстари Тверью назывался.
— Ну сколько, сколько лет потеряно? — смеялась она.
— Ну, в детский сад ходили б вместе! — фантазировал он. — Сидели б в школе за одной партой!
— В школе с мальчишками разве что дрались. Вот я их колотила! Тебе тоже трёпку дала бы! Не боишься?
Не боялся, скорее робел. Надо было скорее делать предложение, а он не решался. Снова и снова спрашивал себя, уверен ли. Но логически безупречная уверенность отсутствовала. Была уверенность, основанная на чувстве. Не должен разочаровать её, разрушить восторг на её лице всякий раз возникавший при обращении к нему! — Это всё, что он знал наверняка.
— Давай поженимся! — произнёс он почти шёпотом, когда рассветным часом за окном уже проплывал Клин. Все их разговоры в ночном вагоне со стороны походили на еле слышные шушуканья, чтоб не беспокоить других пассажиров. Парочка уютно устроилась на вагонной полке, которая вместила обоих. Было им ничуточки не тесно.
— Хватит болтать, ступай на свою полку, — ответила она.