На рубеже 1970-х годов стало понятно, что советские космические аппараты подросли настолько, что для них требуется нечто большее, чем РН «Восток-2М» и «Циклон-3». В качестве решения проблемы советским конструкторам было предложено создать новую ракету среднего класса, которая смогла бы осуществлять запуски всей номенклатуры советской космической программы.
По меркам СССР "Зенит" можно было назвать долгостроем. От принятия решения до первого неудачного полета прошло, без малого, 10 лет. Основные сложности ракете доставил ее уникальный двигатель РД-170, который доставил своим создателям множество хлопот.
Оговоримся сразу. "Зенит" является выдающимся примером конструкторской мысли, но эта исключительность сыграла с носителем злую шутку. Имея высокий уровень автоматизации, единственный двигатель первой ступени и прочие плюшки, ракета показала высокую аварийность, и из 37 пусков только 30 закончились успешно.
Будь СССР жив, "Зенит" непременно довели бы до ума, но в "новых реалиях" носитель напоминал чемодан без ручки. Самый мощный в мире двигатель и продвинутая система автоматизации стали жертвой высокой аварийности, а события 2014 года и вовсе поставили крест на проекте.
Однако соблазн создать свой собственный "Зенит" оказался явно выше здравого смысла, и работы над обновленным "Союз-5" стартовали в 2016 году. Причем тут здравый смысл, спросите вы?
Начнем с того, что уже тогда было очевидно, что регулярной полезной нагрузки под такую ракету может обеспечить либо развертывание собственной многоспутниковой группировки, либо иностранный рынок, но ни того, ни другого в России на 2024 год нет.
Кроме того, "Союз-5" стал естественным конкурентом для другого перспективного носителя "Ангара-А3", что привело к закрытию проекта РН среднего класса от центра Хруничева.
Как гвоздь в крышку гроба стал затянувшийся срок создания "Союз-5", когда срок модернизации новой версии "Зенита" по сути сравнялся со сроком создания оригинального РН от задумки до старта.
Мы в ОК
Таким образом, сегодня страна ведет работу над ракетой, которая во-первых, не может обеспечить многоразового применения даже в теории, что особенно важно в современных условиях, а во-вторых, не имеет хоть сколько-то внятных контуров рынка будущих запусков.
Что делать дальше? Работать на перспективу, в стране есть перспективные проекты.