Предыдущие главы:
«ГОРЯЧАЯ» ЛОШАДИНАЯ РАБОТА
В штате Съезжих домов
Лошадь служила императорам, военным и господам, а также занималась извозом. Интересно, если бы лошадь спросили, какая работа ей более была по нраву, что бы она ответила? Но лошадь не спрашивали. Тут уж, как обычно, кому как повезло! Кому старинную карету не спеша тянуть, кому под кнутом ямщика мчаться по необъятным просторам России, а кому седока из-под огня спасать или самому на поле боя погибать! Но была у лошадей и в городе горячая работка. Они состояли в штате пожарных команд.
Сегодня, бродя по улицам старого Петербурга, вглядываясь в фасады домов, можно отыскать на них высокие башни и широкие ворота. И, скорее всего вы не ошибётесь, предположив, что это бывший Съезжий дом, в котором размещались пожарная часть и полицейский участок.
Ещё в 18 веке в Петербурге появились Съезжие дворы с полицейским штабом для поддержания в округе порядка. К середине столетия их было всего 5. А вот с пожарами тогда боролись «всем миром». При Петре 1 о пожаре извещали с помощью трещоток и ударами палок по доске. Позже сигналом о пожаре стал барабанный бой на улицах и колокольный набат. Город был ещё не велик – выскочил на двор, увидел дым, схватил вёдра и помчался на подмогу! Позже появились команды огнеборцев. Они стояли на защите от огня Адмиралтейской верфи и царского двора. А за тушение огня на улицах города отвечали брандмейстеры, которые были в составе полицейских учреждений. Вот с них и началась история пожарных команд в Петербурге.
В начале 19 века разросшийся Петербург разделили на 11 районов, в каждом из которых был поставлен Съезжий дом. Теперь здесь находились не только полицейские службы, но и пожарные. Выделенный участок застраивался по периметру административно-служебными и жилыми корпусами. Во дворе, как правило, появлялись постройки хозяйственного назначения. Съезжий дом делился на две части. Одну половину занимал полицейский участок, где распоряжался пристав, начальник полицейских служащих. На этой территории находились арестантские камеры, лазарет, родильный приют, морг и пр. В другой половине Съезжего дома пожарными командовал брандмейстер. Здесь было всё необходимое для тушения пожаров – оборудование, экипажи, лошади в конюшнях.
Пожарные сигналы и пожарные обозы
Над Съезжими домами возвышались пожарные башни-каланчи. На такой башне постоянно дежурил пожарный, который при виде задымления давал сигнал пожарной команде: в ночное время использовались зажжённые фонари, днём вывешивались сигнальные шары. Это был своеобразный язык, который понимали специально обученные пожарники. Количество и порядок следования вывешенных на каланче шаров давал возможность понять, в какой стороне пожар и насколько он интенсивен.
Как только команда получала сигнал о пожаре, она готовилась к выезду. На это отводилось 2-3 минуты. Мало того, что обучены были недремлющие пожарники, вымуштрованные лошади по специальному сигналу сами «вдевали головы в хомуты», которые автоматически снимались с пружинного крючка, как только лошадь делала движение. Пожарный обоз был наготове, и пожарные вскакивали в повозки, занимали места (за каждым в обозе было закреплено своё место), а уж спецодежду натягивали на ходу, когда обоз уже мчался во весь опор.
Пожарный обоз представлял собой эффектное зрелище: экипажи ярко-красного цвета, сбруя с начищенными медными приборами, пожарные в сияющих касках. Состоял обоз из нескольких телег. Перед обозом верхом на лошади мчался всадник – «вестовой». Он подавал звуковой сигнал с помощью духового инструмента, чтобы всякий встречный посторонился и дал проезд обозу. Ночью в руках его горел факел. Вестового называли «скачком». Он не только «расчищал дорогу», но и первым должен был прибыть на место, быстро сориентироваться, чтобы помочь обозу занять правильное место у огня. За вестовым двигались три телеги: «багровый ход», «трубный ход» и «бочечный ход». На первой телеге красного цвета сидели 10-12 пожарных и размещался первичный пожарный инвентарь: багры, топоры, лопаты, крючья. За ней шла телега, гружёная водоливными трубами и насосами. Замыкала обоз телега с бочкой, наполненной водой.
Особо эффектно выглядел «багровый» ход. Обычно это была тройка или квадрига. Могучие лошади с развивающимися гривами скакали во весь опор. На козлах, где сидел кучер-пожарный, было укреплено древко с пожарным знаменем красного цвета с золотой бахромой, кистями и эмблемой части. Рядом с кучером стоял трубач. Он тоже сопровождал процессию непрерывными сигналами: трубил или звонил в колокол. Рядом с ним восседал брандмейстер в зелёном сюртуке и блестящей каске, начальник команды. Остальные пожарные сидели спина к спине на скамьях. Инвентарь лежал на специально устроенных полках.
Услышав рожок вестового, обыватели выскакивали на улицу и. очарованные столь внушительным зрелищем, мчались вслед посмотреть на «представление» под названием «Тушение пожара». Так что, пожары у горожан вызывали не меньший интерес, чем военные парады на Марсовом поле.
«Спит как пожарник» или «как пожарная лошадь»?
Толпе зрелище, а пожарному служба. Не только в рожок подудеть и в блестящей каске в обозе промчаться! Опасная была работа, но при этом абсолютно неблагодарная и неуважаемая. К пожарным относились как к низшим слоям населения. Вечно заспанные, хмурые пожарники породили в народе крылатое выражение: «Спит, как пожарник». Вроде как делать здоровым мужикам нечего, вот и спят круглые сутки! А на самом деле жилось пожарным несладко.
Срок службы, как и в армии, составлял 25 лет. Так ещё Пётр 1 в Табели о рангах определил. Набирали пожарных из рекрутов, которых армия отбраковывала. Службу несли круглосуточно. Никаких смен у пожарных не было. Поступил сигнал о пожаре, и вся часть в полном составе выезжала на тушение огня. Если случались пожары друг за другом, отдыхать не приходилось вообще. Вот и были эти пожарные вечно не выспавшиеся! Но и в отсутствие пожаров не бездельничали. Каждое утро подъём был в 5 утра, а рабочий день длился 15-16 часов. Общий завтрак, посменное дежурство на каланче, работа в конюшнях, подготовка инвентаря, другие хозяйственные работы – хватало дел и без пожаров. Один раз в неделю отпускали пожарных по очереди в баню на 3 часа отлучиться, ну а выходной предоставлялся один раз в месяц, если замечаний не было.
Жениться пожарным было дозволено, только женатые вместе с семьями жили в семейных казармах тут же при части. И исключений для них никаких не было. Вот и стоит в следующий раз задуматься, стоит ли шутить над пожарными насчёт сна! Некогда было спать бедолагам!
Лошади были помощниками на пожаре. Им тоже приходилось не сладко! Мало того, что мчались на пожар на огромной скорости и тащили тяжёлые бочки с водой! Потом приходилось долгое время стоять у открытого огня на ногах. Но, в отличие от пожарных, после такой работёнки лошадей отправляли отдыхать. На следующем пожаре нужны были свеженькие лошадки. А отработавшие лошади спали «без задних ног». Тогда появилась другая поговорка: «Спит, как пожарная лошадь». Так что лошади с пожарными даже в поговорках были неразлучны!
Продолжение читайте по ссылке:
А начало книги здесь:
От автора.
Спасибо, что дочитали до конца! Если заинтересовались - Путешествуйте с каналом ВИРТУАЛЬНЫЕ ПРОГУЛКИ в историю через ПУТЕВОДИТЕЛЬ В ИСТОРИЮ и ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГ, а по миру через ДНЕВНИКИ ПУТЕШЕСТВИЙ! Эти рубрикаторы закреплены и помогут выбрать статью в канале, которая сможет вас заинтересовать!