Необходимое послесловие к статье «Когда лёд тронулся...»
Признаться, не думал, что этот материал
вызовет такой резонанс. Вопросов и мнений много, потому решил собрать дополнительную информацию в одном месте.
Итак, 13 марта 1994-го на лёд Куршского залива вышли в общей сложности порядка пятисот человек. Причём как бывалые рыбаки, так и женщины, дети. Потому что для кого-то это был скорее семейный выезд на природу в выходной – ведь вон какая погода выдалась!
Между тем погода была обманчивой: вскоре ожидался сильный ветер, чреватый взломом льда. Почему же по радио и телевидению ни 12, ни 13 марта не было предупреждений о ледовой обстановке? Потому что, как пояснят потом в прокуратуре, «действующее тогда в области положение не обязывало управление метеослужбы давать предупреждения». И обязанность такую в регионе введут уже после трагедии.
Конечно, и теперь, когда о надвигающихся опасных погодных явлениях бьют в набат из каждого утюга, не всех это вразумляет. Вероятно, кто-то отмахнулся бы и в тот день: мол, знаем мы ваши прогнозы погоды, послушай синоптика – и сделай наоборот. Тем не менее какую-то часть из собиравшихся 13 марта 1994-го на рыбалку предупреждение наверняка и отрезвило бы. Однако его не было…
Как потом по горячим следам выяснила газета «Калининградская правда», ещё 3 марта 1994-го вышло распоряжение областных властей о том, что в связи с резким потеплением районы должны подготовиться к мероприятиям по оказанию помощи и спасению людей. Причём исполнить следовало как раз к 13 марта… А 4-го состоялось заседание с участием всех, так сказать, заинтересованных сторон. Где, в частности, говорилось, что «следует принять меры по оповещению населения о ледовой обстановке и недопущении ловли рыбы». От слов до дела не дошло.
В свою очередь следствие установит, что числившиеся в районе Куршского залива две спасательные станции (в Полесске и на турбазе «Дюны») были с неукомплектованным штатом. А их радиус действия составлял всего 800 метров. Кроме того, согласно положению, при тех погодных условиях спускать на воду лодки и катера было нельзя.
Военные планировали спасать рыболовов также с помощью армейских плавсредств. На берег залива доставили технику. Но из-за сильного ветра и высокой волны применить амфибии было невозможно. Невозможно было использовать и суда рыболовецких колхозов – они стояли вмёрзшие в лёд.
Данные о количестве спасённых разнятся. На мой взгляд, ближе к истине те, кто считает, что было спасено около двухсот человек. Части из них потребовалась госпитализация: общее переохлаждение, обморожение конечностей, шоковое состояние. А кому-то, хоть и нашли ещё живым, помочь было уже нельзя…
Погибших искали долго, однако всех всё равно так и не нашли.
Официальное число погибших – 51 человек. То есть столько же, сколько выбито имён на памятнике в Каширском. Не раз звучало, что погибших якобы было ещё больше. Тем не менее других данных нет. А на памятнике помимо списка есть и такая эпитафия:
В общественном комитете «Куршская трагедия» (занимался собственным расследованием и помощью родственникам погибших), не снимая ответственности с самих рыбаков, считали, что есть вина и в действиях (бездействии) чиновников. Также неравнодушные граждане требовали создания в регионе условий, исключающих повторение подобных трагедий.
В обстоятельствах трагических событий разбирались сразу две комиссии: региональная, образованная распоряжением главы администрации области, и федеральная – под эгидой МЧС. В июне 1994-го, через три месяца после ЧП, были озвучены результаты проверки. И вот главные выводы проверяющих, почему произошла массовая гибель людей:
- во-первых, уполномоченный областной орган свою задачу по предупреждению и ликвидации трагедии не выполнил;
- во-вторых, вопросы предотвращения чрезвычайных ситуаций и ликвидации их последствий на водных бассейнах региона решались неудовлетворительно;
- в-третьих, исчерпывающие меры для организации спасения не были приняты из-за того, что имевшиеся планы мероприятий носили формальный характер, отсутствовала отлаженная система связи и оповещения, не имелось взаимодействия всех организаций, принимавших участие в спасательных работах.
Ознакомившись с результатами проверки, депутаты областной думы сочли необходимым тоже обозначить свою позицию. И в обращении к калининградцам, в частности, заявили: «Мы единодушно осуждаем халатность, бездеятельность, недобросовестное выполнение служебных обязанностей рядом органов управления и должностных лиц, их неспособность и неготовность эффективно действовать в чрезвычайных ситуациях».
Тогда же стало известно, что уволился первый заместитель главы администрации региона, курировавший сферу ГО и ЧС. Кроме того, сообщалось, что в Министерство РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий будет внесено предложение о замене начальника штаба ГО и ЧС Калининградской области. А прокуратура проинформировала о возбуждении уголовного дела.
Среди претензий общественности была и такая: воздушные потоки от винтов вертолётов якобы топили находившихся в воде людей. Дикий слух пришлось официально опровергать. Выражалось и недоумение, почему спасённых доставляли на аэродром. Дескать, если бы высаживали на берег, то можно было быстрее вернуться за теми, кто ещё находился на льду. В связи с чем тоже пришлось разъяснять, что в ту погоду – напомним, нелётную – вертолёты могли садиться только на специально оборудованную площадку (то есть поле аэродрома).
К возмущению многих, осенью 1994-го дело было закрыто. По мнению следствия, ни средств, ни возможностей для спасения, предотвращения трагедии или уменьшения её масштабов соответствующие органы не имели. И по итогам расследования был сделан вывод о том, что в действиях должностных лиц областной комиссии по чрезвычайным ситуациям, штаба гражданской обороны отсутствует состав преступления.
После этого облдума направила письмо генеральному прокурору России с просьбой провести проверку обоснованности прекращения уголовного дела. Но в столице оставили в силе решение калининградских коллег.
А уже в январе 1995-го снова и там же пришлось спасать любителей зимней рыбалки. На лёд вышли, невзирая на предупреждения об опасности. Когда в ледовом поле появилась трещина, Балтийский флот послал на выручку вертолёты Ка-27. Однако рыбаки, боясь ответственности, начали разбегаться…
Невольно вспоминается фраза, что история повторяется дважды: первый раз как трагедия, а второй – как фарс.
Правда, история потом повторялась ещё не раз. И, увы, не всегда рыболовы отделывались испугом. Ну а в 2010 году и вовсе опять могла случиться большая беда.
Тогда дело было на другом заливе, Калининградском. А вот число – всё то же 13 марта, однажды уже ставшее роковым.
В шесть часов вечера 13 марта 2010-го в районе посёлка Щукино, что возле Мамоново, при возвращении с рыбалки в километре от берега провалилась легковушка (если в начале 90-х выезд на лёд в машине был ещё редкостью, то в «тучные» годы народ стал куда чаще добираться до лунки на четырёх колёсах, а не на своих двоих). Водитель и пассажир ждали помощи, сидя на крыше. Спасатели их оперативно забрали. Но в результате инцидента на проложенной по заливу «дороге» возникла полынья. А на льду находилось немало людей и автомобилей.
Пришлось срочно организовывать эвакуацию с залива. В рамках этой операции на землю благополучно вернулись ещё 196 человек и два десятка авто!
Однако кое-кому удалось-таки выпасть из поля зрения. И в 21:30 в полутора километрах от берега под лёд ушли уже сразу три машины. К счастью, сидевшие в них десять рыбаков успели выбраться. На сушу их доставили на спасательном катере. После чего в 23:30 были найдены и вывезены ещё двое рыболовов, заплутавших и уже замерзавших во льдах.
Итого 13 марта 2010-го были спасены 210 мастеров подлёдного лова. Хорошая, в общем, теперь служба спасения в Калининградской области. Только и она не всесильна. О чём стоит помнить тем, кто выходит на лёд несмотря ни на что.
И последнее.
Ни в коем случае не оправдываю тех, кто, рискуя собой и другими, устраивает ледовый экстрим. Но вот что ещё хочется сказать.
Ни разу мне не попадалось, чтобы Валерий Фадеев и Сергей Баринов, удостоенные за спасение рыбаков звания Героя России, публично позволили себе их костерить. Хотя вроде могли бы, да?
Например, Фадеев в числе прочего вспоминал и такой характерный эпизод:
– Утром 13 марта 1994-го ко мне заехали знакомые. Спросили, как лёд. Я их вывел: сами смотрите. Несколько шагов от берега – и под ногами выступала вода. Осторожный человек дальше не пойдёт…
Тем не менее, зная всё и будучи ещё и заболевшим, он отправился в бурный ночной залив. А спасая, сам чуть не погиб (и это не просто слова). Однако ни Фадеев, ни Баринов, повторюсь, не позволяют себе высказывания вроде тех, что так часто встречаются в комментариях к статье «Когда лёд тронулся…»
В общем, авторам подобных комментариев хочется пожелать быть добрее, человечнее.
Владислав Ржевский,
автор канала «Калининградская Пруссия»
Смотрите также: