— Привет, друган! Как ты тут? — с улыбкой воскликнул товарищ Рома.
— Здорово! Спасибо, что заскочил! — встал он с постели.
Они двое обнялись, и Рома заметил позади больничной койки инвалидную коляску.
— Ха! Диман! Это чё, твоё типа? — засмеялся он во весь голос.
— Ну, Ром, ты, настоящий друг! Смеяться над больным, — улыбнулся Дима.
Но, тот не унимался. Рома был ещё тот весельчак, и никогда он не упускал возможности покуролесить и рассмешить друзей.
Рома аккуратно погрузился в коляску и стал наворачивать круги по маленькой больничной комнатке.
«Вв-о-о-ох-о-о-хо-оу-у-у!!» — как ребёнок, кричал взрослый двадцатипятилетний детина.
Диме ничего не оставалось, как молча улыбаться и смотреть на вечно безумного Рому, который так любил дарить окружающим свой позитив, пусть иногда это было совсем неуместно.
Однажды вечером после пар Катя, придя в квартиру к Холодову, обнаружила, что никого нет дома. Она набрала Владимиру, тот не подошёл к телефону, и позже её попытки дозвониться до него были тщетны. Она уснула, так и не поняв, куда уехал её любовник.
Утром, собираясь в университет, Катя получила от него смс-ку.
«Не жди меня сегодня. У меня дела». Холодов приехал домой лишь через три дня после исчезновения.
Он выглядел уставшим, но, как будто счастливым. В глазах читалось удовлетворение от долгожданной встречи. Катя видела это, и ей стало так странно вдруг ощутить ревность. «Что? Я его ревную?!» — лёжа в постели с Холодовым, ужаснулась своим чувствам девушка.
Владимир был уже десять лет как холост. Женился он довольно поздно, в тридцать пять лет. Его женой стала молодая женщина с маленьким ребёнком на руках. Недолгие пять лет брака Владимир бредил собственным ребёнком, а Света просто хотела счастья и покоя с любимым мужчиной. Она обманывала его все эти годы, но позже сдалась и рассказала мужу о том, что не может иметь детей после сложных родов. Холодов за те пять лет очень полюбил Свету, но не смог простить ей обмана. Впрочем, основная причина его ухода состояла в том, что он был категорически не готов не оставить после себя наследника. И, если бы Света была с ним изначально честна, этих, хоть и непростых, но счастливых и полных любви и взаимопонимания отношений просто бы никогда не было. Поэтому, Холодов, что ни говори, был благодарен бывшей супруге. Десять лет он менял одну женщину на другую, другую на третью, но не мог найти хоть чуть-чуть похожего на то, каким было со Светой, счастья.
Той причиной долгого отсутствия Холодова дома была Света.
Женщина попросила у бывшего супруга материальной помощи, она ложилась в больницу с женскими проблемами. Владимир моментально отреагировал, и не только прислал деньги, но и приехал к Свете с поддержкой. Все эти три дня он чувствовал себя в семье.
Ему не нужно было ничего доказывать бывшей жене, он мог быть тем, кем он являлся на самом деле. Он и оделся максимально просто, потому, что понимал, Света всегда любила его настоящим... Да впрочем, почему любила? Он знал наверняка.
«Светка всё ещё меня любит».
Через неделю Холодов опять уехал. Катя погрязла в лени, апатии и жалости к себе. Она даже пропустила несколько дней учёбы. Она всерьёз ревновала Холодова. Это и пугало, и мучало, и продолжало удивлять её.
Это была среда. Катя осталась дома. В одиннадцать часов утра она ещё лежала в постели и не думала подниматься.
Рядом завибрировал телефон. Она увидела имя «Дима» на экране. От рядового пришла смс-ка. Катя уже привыкла к милым коротким беседам с парнем. Она решила, что сообщит ему о разрыве отношений, когда тот поправится. Сонная девушка прочитала.
«Катюха! Я наконец пошёл! Всё хорошо! Любимая. Осталось всего семьдесят дней!»
«Семьдесят дней!» — с ужасом произнесла вслух Катя, — «неужели уже так мало осталось? Неужели два месяца?» Она грустно вздохнула.
«Вот и на ноги Димка встал... И всё у него хорошо.» Ещё больше озадачили её планы высказать Диме про расставание.
Между тем отношения с Холодовым становились всё хуже. Владимир теперь ничего от Кати не требовал. Он просто приходил к себе домой и был рад увидеть там молодую красивую девушку в качестве компании, чтобы не скучать одному, сидя за просмотром политической передачи. Катя чувствовала это всё острее, и ненависть и боль кипели в её душе. Как же так?
Как же она, самая лучшая, самая красивая и самая желанная перестала интересовать мерзкого пятидесятилетнего, вечно молодящегося ректора? Поведение Холодова очень сильно ударило по самооценке Кати. Она всё чаще стала думать о своём молодом человеке, который где-то далеко от неё выполнял свой долг, проявляя мужество и отвагу.
Новость о том, что Дима теперь ходит, на самом деле оказала на неё больше влияния, чем она думала. Катя просто не хотела это признавать, но вопрос физического здоровья мужчины был для неё чрезвычайно важен. Она не хотела связывать жизнь с тем, кто принесёт ей хоть какие-то неудобства и лишние заботы.
Очередной звонок матери помог трансформировать мысли о Диме в желание остаться с ним и дождаться его из армии. У Татьяны Сергеевны для дочери была интересная информация.
— Катя, твоего то в МВД отец устраивать собрался! Только я тебя прошу, ты никому! Анатолий заходил к нам с отцом. Спрашивал, как ты там в Москве. Ждёшь ли... Ну... Я сказала, что ждёшь! — сказала мама.
— А, я жду, мам, — невозмутимо ответила Катя.
— Ты не дури, смотри мне, — строго, будто не услышав слова дочери, продолжала Татьяна, — Дима, завидный парень! Ты там в Москве ни одного такого не найдёшь... Ты понимаешь это, я надеюсь? — вразумительно говорила ей мама.
Катя после разговора с матерью помрачнела. Сколько глупостей она натворила. Но, признавать это всё равно ей не хотелось. Она просто решила для себя: надо возвращать Диму.
Это был прекрасный прохладный июньский вечер. Катя просто жила у Холодова, не более.
Он почти всегда отсутствовал дома, и между ними было негласно установлено, что девушка должна поддерживать порядок в квартире. Она всё мучалась и не могла понять, как ей разрешить сложную проблему: Дима вот-вот вернётся из армии, она живёт у Холодова, а без него ей не закончить эти четыре года, которые обещают быть ещё сложнее, и, самое главное, у неё нет работы и собственных денег на оплату жилья и даже самых базовых потребностей. Все эти мысли суматошно крутились у несчастной в голове, и, казалось, она скоро сойдёт с ума.
В тот вечер Холодов был дома. Он был как никогда спокоен и даже немного романтичен. Он первым завёл разговор:
— Ты чего такая напряжённая? — спросил мужчина.
— Я? Нет, Володь. Всё хорошо, — отговорилась Катя.
Мужчина, конечно, не поверил словам сожительницы. Впрочем, она никогда и не старалась скрывать усталость и грусть.
— Катя. А давай... — начал говорить Холодов.
— Что? — спросила она перебив его.
— Давай я уже отпущу тебя, — сказал он ей.
— Но, Володя. Ты знаешь... я не могу... — говорила Катя.
— А, я, что, могу, что ли с тебя интим брать за возможность у меня учиться? — резко перебил её Холодов.
— Володь... — тихо произнесла Катя.
— Я устал быть таким циничным по отношению к тебе. Уезжай отсюда завтра же. Я своим распоряжусь. Дадут тебе работу в деканате, будешь неплохие деньги получать. А, пока в приёмке поработаешь. Не могу я тебе просто так деньги кидать, — сказал решительно мужчина.
— Володя, я этого не просила. Мне мама с папой деньги присылают, — всё так же тихо отвечала Катя.
— Да, что они там присылают? На квартиру если... А, цацки твои, фитнесы, покушать хорошо? На, что? Нет... Я не позволю такой красоте нищенствовать. Нужен тебе этот ВУЗ, то учись и работай. А, там, кто знает, может ещё чего получше тебе через знакомых найду, — предложил он.
Катя не знала, что ответить на столь внезапную щедрость Холодова. Ей было неудобно принять его предложение, но оно прозвучало как нельзя кстати, и других вариантов решения нависшей проблемы у неё не было. А, решать эту проблему нужно было как можно скорее.
Через неделю Катя сидела в приёмной комиссии и вспоминала себя.
Она тогда, в период поступления была уверена в себе и решительна как никогда, готова была идти к цели до конца, чего бы ей это не стоило. А, сейчас как будто она стала другой. Ей было душно и тяжело от себя самой. Но, такие мысли были обычно не свойственны самолюбивой и гордой Кате Иваньковой, поэтому она постоянно пыталась гнать тоску и неуверенность в правильности своих поступков прочь.
Этот долгожданный прекрасный день в жизни каждого солдата настал. Это был день демобилизации Димы. Это был жаркий августовский денёк, и он обещал быть у парня и его друзей и подруг очень весёлым.
Ребята уже спланировали всю программу поздравления дембеля. Сержант Агеев, конечно, сначала намеревался заскочить к родным, ну а уж потом он был весь в распоряжении друзей. Самый большим трепетом для было увидеть Катю, ведь последний раз он видел её ещё тогда, на остановке. И бережно хранил маленькую плюшевую мышку как память о том дне, когда любимая пришла проводить его на службу.
Дима последний раз лежал на своей армейской металлической кровати.
Он держал игрушку в руке и размышлял о дальнейшей жизни, жизни на гражданке. Так как Дима совсем не был наивен, он понимал, там может произойти всё, что угодно. Особенно его тревожила любимая девушка.
Ночь была тёплая, духота не давала Диме уснуть почти до двух ночи. Мыслей было всё больше, и даже внезапно на парня накатила какая-то непреодолимая глубокая печаль. Он тихо встал с постели и быстро направился к окну. Распахнув его, он, что есть мочи вдохнул свежего августовского воздуха в грудь и расплакался.
Страшно и тревожно было возвращаться в привычную жизнь, в тот мир, где не было ни командиров, ни отбоя в одиннадцать вечера, ни строевой подготовки… где было куда проще столкнуться с неудачами, поникнуть в любой сложный момент, дать себе послабление...
Тем не менее, день увольнения настал, и вместе с его приходом тяжёлые мысли сержанта Агеева улетучились. Он сердечно прощался со своими новыми друзьями, товарищами по службе, некоторых из них он знал почти год.
За Димой закрылись ворота воинской части. Он посмотрел на так хорошо знакомый лесной пейзаж и сам себе проговорил, — «Свобода».
У магазина с алкоголем, излюбленного места встречи молодёжи района, дембеля ожидало порядка пятнадцати человек.
Время близилось к шести вечера. Здесь были и друзья, и подруги парня, пришёл в эту полностью незнакомую ему компанию и сослуживец Димы Коля Рогов. Коля был одним из тех, кого Дима спас из горящей казармы. Ждали весельчака Рому, Катю и виновника торжества.
Шумная компания собиралась отмечать дембель друга в парке километрах в двух от магазина.
Катя и Рома позвонили Максиму, ответственному за проведение мероприятия. Оба обещали прийти немного позже и просили не ждать их.
Вот и пришёл сам Дима. Столько много дружеских объятий, девичьих поцелуев и добрых слов в свой адрес парень не получал в сумме за всю жизнь. Пара его друзей уже успели «порадоваться» за друга и были немного подшофе.
— Эй, вы чего уже в натуре без меня пьёте? — в шутку возмутился дембель.
— Да вас тут дождись! — откликнулся Максим.
— Макс, а где Ромыч? — Дима осмотрелся вокруг и не нашёл старого друга.
— Да, задерживается. Сказал сюрприз какой-то, — ответил Максим.
За свою любимую Дима не переживал. Ещё утром она осчастливила его своим нежным сообщением, «Зай, я сегодня обязательно буду. Только не ждите меня. Я на наше место сама приду. Боюсь опоздать. Буду готовиться.»
Компания отправилась в парк. Настроение у Димы было совсем не похоже на то, которым оно было ещё ночью.
Парень развлекался с друзьями, окружённый красивыми девочками, а ещё Максим закупил огромное количество алкоголя и самый хороший в магазине шашлык.
День был ясным и тёплым. Жизнь только начиналась. Лишь только почему-то его тревожили мысли о Кате.
Нет, он не сомневался, что та придёт, просто почему-то его не покидало ощущение беды.
Через полчаса после того, как компания молодёжи расположилась на траве под огромным дубом с напитками, и рядом был установлен мангал, пришёл, а точнее приехал Рома.
Сначала ребята не поняли ничего, и кто-то даже громко ахнул: «Как?! Рома?» Молодой человек ехал на инвалидной коляске в сторону удивлённых друзей и махал им рукой, «Не узнали? Чего вылупились?»
— Ром, ты глупый? Ты откуда её взял?— не удержалась Ира.
— Пусть будет секретом, — улыбаясь во весь рот, посмотрел на Диму его друг.
— Это моя вообще-то, — сказал Дима, — а, как ты её стырил? И главное, зачем?! — спросил он.
Рома рассказал ребятам о том, как пришлось очень долго уговаривать медсестру тайком забрать на ночь коляску, якобы для очень важного дела, и та, под воздействием обаяния непревзойдённого Ромки, согласилась на его просьбу.
— Да не переживайте, вы, народ. Она резервная. Завтра вернём! — заключил Рома.
Очень быстро почти никого из этой веселой компании не осталось в трезвом уме.
Девчонки и парни брали коляску покататься и смешили друг друга, падая с неё на землю, гоняясь друг за другом с криками на весь парк и просто отдыхая на ней в перерыве между порциями шашлыка и алкоголя. Одним словом, всем здесь было весело.
Уже стемнело, несколько человек ушло. Толпа стала по тише. Начались разговоры об армии. Те, кто ещё не прошёл этого испытания, внимательно слушали Диму и других служивых. Были и ребята, не постеснявшиеся рассказать о своём откосе. Самой частой темой был, конечно, подвиг в казарме.
Как стеснительный человек, Дима старался много об этом не говорить. Но, всё, что он рассказал, произвело на друзей сильное впечатление.
— Ну, Димас, я от тебя в шоке, — удивлённо слушала его красавица Рита, девушка Максима.
Издали Дима увидел знакомый силуэт, медленно приближавшийся к месту празднования.
«Она. Наконец-то. Как красива», — подумал всё ещё влюблённый Дима. Он так обомлел от шикарного внешнего вида своей возлюбленной, что совершенно забыл, что сел отдохнуть в свою коляску, которая когда-то была ему необходима.
Он лишь внимательно наблюдал за выражением лица приближающейся милой красотки на высоких каблуках в узких джинсах, и его перепирало чувство гордости перед друзьями и приятелями.
Все знали и видели, Катя - его девушка. Не переставая смотреть на неё он вдруг увидел, как она встретилась с ним взглядом и, внезапно её лицо будто перекосило. Катя стала идти ещё медленнее, а потом и вовсе остановилась.
Кто-то в толпе засмеялся.
— «Диман! Ах-ха-ха! Пожалей свою девушку уже!» — смех подхватили все ребята и девчонки из компании, и только один Дима всё так же смотрел на Катю, но только теперь не с воодушевлением, а как бы ожидая, что она сделает дальше.
В мыслях у Кати была полная каша. Она не знала, как поступить и что делать, но чувство отвращения ей уже не удалось скрыть от своего молодого человека.
Уже готовая повернуться и уйти из парка и никогда не вспоминать о том, кто её сначала предал, а потом обманул, она вдруг побелела. Дима молча встал с коляски и всё так же, не отводя от неё взгляда, смотрел ей прямо в глаза. Толпа уже сильно пьяных друзей неистово смеялась, кто-то даже катался по траве.
Никому и в голову не приходили мысли, что Диме в этот момент было совсем не до смеха.
Никто не видел той неприятной химии, которая происходила между двумя. Разве хотелось людям обращать внимание на такие тонкости, если вокруг царила атмосфера безудержного веселья.
Катя медленно подошла к компании ребят и обняла Диму. Они старались общаться по-доброму, как обычно. Весь вечер и всю ночь Катя была до нелепости мила со своим парнем.
Она приносила ему попить, пыталась поделиться шашлыком и всё время неестественно пыталась то поцеловать, то обнять его. Всё это происходило в самые неуместные моменты, и фальшь её была видна Диме. Остальным же было просто хорошо.
К часу ночи шумная компания разбрелась по домам. Катя и Дима молча дошли до квартиры Иваньковых.
— Завтра уезжаешь? — спокойно спросил Дима.
— Нет. Я хотела на неделю-две задержаться. Ну ты же понимаешь... — улыбнулась девушка.
Дима перебил её словами: «Спокойной ночи. Увидимся.»
Катя наблюдала, как фигура Димы медленно удаляется скрываясь в тени клёнов. Она было сильно встревожена. Молодой человек даже не обнял её на прощание, а ведь до армии они всегда расставались с поцелуем...
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.