- Ну, опять приданое назад повезла!
Вся Бобровка припала к окнам, наблюдая как Зоя Михайлова тянет за собой тележку, груженную немудрящим скарбом.
Зоя овдовела рано. Детей Михайловы не завели, и теперь она тяжело переносила одиночество. Хотя, надо сказать, с покойным Николаем жила плохо. Любил он к рюмочке приложиться, а охмелев, обзывался и руки распускал.
Как-то набравшись сверх меры самогона, Николай замерз в сугробе недалеко от дома. Односельчане подумали, что Зоя только перекрестится, что, наконец-то, от такой обузы судьба её избавила, но нет. Голосила по погибшему Зоя отчаянно, а потом и вовсе затосковала.
- С работы домой идти неохота - стены давят. Словом перемолвиться не с кем – хоть волком вой!
Люди ей сочувствовали - плохо, когда сорокалетняя женщина остается одна. Но каково же было их удивление, когда Зоя сошлась с Алексеем Пенкиным – мужиком, по местным меркам, богатым, но с таким скверным характером, что жена с дочерью от него сбежали.
- Ты чего, Зоя, рехнулась? Алешка такой склочный, что спать не ляжет, с кем-нибудь не поругавшись, - отговаривали её соседки.
- Зато не пьет, и в доме у него все удобства и какой только техники нет.
- Да ты-то в том дому кто будешь – уборщица или повариха?
- Вы мне просто все завидуете!
- Было бы чему!
- Главное, что теперь не одна!
И началось. Сошлись Зоя с Алексеем в марте – аккурат к началу огородов. Всю весну и лето, когда нужно было сажать, полоть, поливать, он ещё свой нрав усмирял, но как только огороды выкопали, сразу же словно с цепи сорвался – всё ему не так. С руганью вставал и с руганью спать укладывался.
Потерпела-потерпела Зоя, но, когда тарелка с супом ей в лицо полетела, поняла, что пора ей восвояси возвращаться. Погрузила на тележку вещички и вернулась в свой заброшенный домишко.
- Так на чужого-то дядю вкалывала, что на свой угол уже сил не хватило! – съехидничала соседка баба Саня. - Крыльцо разваливается, весь двор травой порос, печка от сажи нечищеная.
- Ой, не трави душу! - отмахнулась Зоя. – Какой же этот Лешка неблагодарный – уж я для него…
- Разве же это дело к мужику уходить и на него вкалывать? Пусть сам в дом к тебе идет, где ты хозяйка.
Но Зоя только отмахнулась. Всю зиму она только и делала, что жаловалась всем подряд на неблагодарного Алексея. Но когда в огородах стаял снег, потрясенная улица увидела у её домика Пенкина с пакетом, в котором угадывался «джентльменский набор» - бутылка и коробка конфет.
- Неужели простит? Это после всего-то?
Но уже на следующий день они увидели, как Алексей подъехал к дому на машине и грузит Зоины вещи, а сама хозяйка счастливо порхает вокруг него.
- Алеша одумался – прощения попросил.
Но как в дурном сне все повторилось сначала. Теперь уже, стоило Зое начать жаловаться, как соседки её грубо обрывали.
- Сама виновата, что ничему не учишься.
- Я думала, что он одумается.
- Это на шестом-то десятке? С чего вдруг?
Когда по весне Пенкин вновь разбежался с подарками к Зое, она не поддалась на уговоры. И, наверное, чтобы её проучить, а, может, вызвать ревность, Алексей принялся обхаживать ещё одну вдову - Шуру Маслову – мощную бабенку, которая могла играючи полкопны на вилах поднять.
Вся Бобровка затаила дыхание, наблюдая как трудится Шура в хозяйстве у Пенкина.
- Посмотрим, что осенью будет?
А осенью Шура тоже отправилась восвояси, но только Алексей потом долго на больничном с поломанной рукой был – той самой, которой замахнулся на сожительницу. И это, не говоря про подбитый глаз. В милицию мужик заявление писать не стал – побоялся насмешек односельчан.
Как только синяк спал, Пенкин сразу же, несмотря на гипс, отправился к Зое.
- Возвращайся. Я все понял. Лучше тебя мне не найти. Ну, хочешь, в ЗАГС пойдем?
- Да и я поняла, - насмешливо ответила Зоя, - что твой склочный характер даже Шура с её кулаками укоротить не смогла, куда уж мне! Иди с Богом, а я уж как-нибудь одна проживу.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал