- Дочке повезло, зато мне доставалось. Сколько раз избивал, требовал сказать, от кого нагуляла, девочка на него не похожа. Ладно, все в прошлом. У вас столько игрушек, Илья так балует?
Как принято говорить, работа спорилась, за шуточками Сании, за разговорами, незаметно стало вечереть. И тут, совсем неожиданно, появился Радик. Илья, которого стало напрягать все более сокращающееся расстояние между ним и красавицей Дамирой, быстренько ретировался.
- О, Радик! Какой ты молодец! Шамиль со Славиком вдвоем остались?
- Шамиль сказал, иди, поработай, чего тут сидишь, народу нет, нечего Пирожковую втроем караулить. Я и приехал.
- Ну, раз приехал, вставай на мое место, помогай нашим дамам, я ненадолго отлучусь.
Однако, выйти из квартиры Илья не успел. Пришли Владимир Семенович с Петром. Владимир Семенович весело поздоровался
- Приветствую славную армию ремонтников!
Ему ответили вяло, все, кроме Ильи!
- Дядя Володя! Я было собрался идти за вами, в вы уж сами тут!
- Я бы раньше пришел, да Лерочка настояла, чтобы я Петю дождался, а потом заставила его ужинать, вот мы и задержались.
- Ага! Петр, пойдем, я тебя познакомлю с прекрасной девушкой, Дамирой. Пойдем, пойдем, не стесняйся.
Илья привел Петра в другую комнату, едва ли не тычками в спину.
- Сания, Дамира, знакомьтесь, это родственник моей Алины, Петр
Петр наклонил голову и с твердым акцентом выговорил
- Приятно! Очьшен!
Сания насмешливо посмотрела на парня. Ненормальный какой-то, картавит и глаза поросячьи, ресниц не видать. Дамира не соизволила поздороваться, отвернулась и занялась делом. Петра это почему-то нисколько не задело, он пожал плечами и вышел. Илья, за ним.
- Ладно, ничего! Дядя Володя! Ты когда-нибудь клеил обоями стены?
- Я? Да, я самый лучший приклеиватель обоев. Раз пять, может больше приходилось этим заниматься под чутким руководством Валерии Николаевны.
- Вот и я только что прошел курсы. Петр, ты умеешь?
- Я ничего не умею. Надо просто вызвать мастера, он все сделает. Я не уверен, что смогу помогать.
- Друг мой, Петро! Мужчина должен уметь все. Не волнуйся, мы тебя научим.
Ничего, и у Петра руки не крюки. Быстро наловчился намазывать клей на стену. Конечно, они втроем не так ловко и быстро работали, как другая тройка, но у них тоже получалось ровно и аккуратно.
Сания с Дамирой доклеивали третью стену, когда за ними приехал Шамиль.
- Работаете? Поздно уже, Илья, дорогой, отпускай, пожалуйста, работников.
- А, Шамиль, за своими приехал? А я и не заметил, как ночь настала. Все, шабаш! Сания, Дамира! Спасибо вам просто огромное. Основное вы сделали, остальное мы сами тихонько доклеим.
Приунывшая Сания, кисло улыбнулась
- Да, завтра мне на работу. Надо будет помочь в другой раз, зови!
- Договорились, буду иметь ввиду.
Женщины удалились, Петя с Ильей стали прибирать остатки обоев, мыть кисточки. Дядя Володя, сидя на подоконнике, мечтательно поглядывал в темное незашторенное окно.
- Эх, ребята! Был бы я моложе лет эдак на сорок, пусть бы даже на тридцать, я бы эту красотку, Дамиру, мимо не пропустил. Ладно, Илья женатый человек, ему проблемы ни к чему, а ты Петя, чего смотришь? Какая красавица тут ходила, бедрами покачивала, очами стреляла, а ты ноль внимания.
- Красавица? О, она ужасна! У нее усы растут, разве вы не видели? А волосы? Это же тауэрк, как по-русски? Канаты, веревки! А вот это? – Петр показал, раздвинув руки на свои бедра и покачал ими – это что? Этим она уронить может. Толкнет и упадешь мерт вый.
Посмеялись. Вот уж истинно, на вкус и цвет товарищей нет. Владимир Семенович хлопнул Петра по плечу
- Не в меня ты пошел внук! Не нравятся тебе смачные женщины
В ответ получил тоже увесистый хлопок
- Я пошел в бабушку Леру. У нее тонкий вкус, не как у тебя.
Собравшись спать Валерия пошла в душ. Но там лилась вода и слышалось громкое пение. Она вернулась в спальню
- Володя! Там Петя принимает душ и поет.
- Чему ты удивляешься, дорогая?
- Да, он вчера мылся. Петя каждый день не принимает душ. Еще и поет. Что случилось?
- Ничего особенного, наработался парень, вспотел, может быть. Погоди, то ли еще будет. Наш внук-то, наш. Сейчас я тебя удивлю. Он сегодня назвал тебя бабушкой Лерой. Заявил, что у тебя тонкий вкус.
- Не может быть! Бабушкой назвал? Ох, ты Боже мой! Я ведь чувствовала, он хороший. Просто надевал на себя панцирь, прятался от нас, потому что считал нас какими-то недостойными людьми. Эх, Светлана, на нас обижена, сына зачем лишать любви?
Настала в жизни семьи белая полоса. Снова у Валерии забота, встать пораньше, внука повкуснее накормить, на работу проводить. Рубашки мужу и внуку постирать, погладить, Алину с Яночкой навестить. Благо, далеко ехать не надо, через подъезд перебежать.
Доклеили все-такие общими усилиями обои. Перевезли кое-какую мебель, самое необходимое. Илья решил, в новой квартире будет стоять новая мебель, но на нее еще надо заработать. Владимир Семенович предлагал
- Илья, возьми у нас деньги, обставь квартиру, отдашь, когда сможешь
- Дядя Володя! Скажу по секрету, я в долгах, как в шелках. Поэтому поживем пока так. Придется потерпеть месяца два.
- Как же новоселье? Марго уже дважды спрашивала. Боится, что вы про нее забудете.
- Дядя Володя! Ни в коем случае! Алина всегда помнит, как тетя Марго сшила ей на Новый год костюм Снегурочки. Вспоминает и плачет. В этот Новогодний вечер она стала Алиной Краснопольской.
Однако, новоселье придется справлять раньше, чем задумывалось. Выяснилось, что Петру к Новому году надо уезжать в Германию, у него заканчивается командировка. Обратно он приедет только в конце января. Какое новоселье без Пети?
Валерии надо это дело обсудить с Алиной. Пошла, как только проводила своих мужчин на работу
- Ну, как вы тут? Захлопоталась я вчера, не звонила, как моя внучка-ягодка поживает?
- А, баба Лера пришла! Поживает твоя внучка ничего, только сегодня плохо спали. Ничего не пойму, температуры нет, тьфу, тьфу, сыпи никакой, а она все как-то ежится, словно чешется у нее что-то. Что это может быть, тетя?
- Прикорм новый давала? Может аллергия к чему-нибудь?
- Не знаю! Вроде, все, как всегда. Посмотрю сегодня как себя вести будет, если что, завтра в больницу пойдем. Теть Лера, посиди с ней, я в булочную схожу. Заодно эклеров куплю, чаю с тобой попьем.
Ой, как хорошо на воле-то, утренний воздух после бессонной ночи действует как холодный освежающий напиток. Выпавший за ночь снег, еще не успевший потемнеть от выхлопных газов, слепит глаза, манит нетронутой белизной. Так и хочется набрать пригоршню снега, лизнуть, ощутить, как в детстве вкус талой воды.
Алина остановилась возле витрины с детскими игрушками. Ах, какая кукла в кружевном розовом платье! Надо на Новый год Яночке купить. Может лучше ту, что в ползунках? Алина задумалась и опомнилась только когда ее окликнули по имени.
- Алина, здравствуй!
Обернулась, перед ней Ульяна, вернее тень от бывшей подруги, Ульяны. Серое лицо, круги под глазами, меж бровей глубокая продольная морщина.
- Здравствуй, Ульяна! Как дела?
Женщина криво усмехнулась.
- Разве по мне не заметно? А ты что в этих крах делаешь? К тете вернулась? Бросил тебя что ли Илья?
- Почему? Мы купили квартиру в том же доме, где мои тетя с дядей живут.
- В старой-то чего не жилось? Хороша квартира была.
- Илье эта больше понравилась. Да, и жить с родными рядом лучше. Ты как, как Артем?
- Посадили Артема. Он, конечно, не виноват. Подельники все на него одного свалили, он взял на себя, за групповое больше бы дали.
Алина не стала спрашивать, за что Артема посадили. Она не хотела знать про него ничего.
- Ты теперь как? У родителей живешь?
- Куда мне деваться? У них. Как Артема посадили, отец запил. Мать винит во всем меня, ругается каждый день. Алинка уже большая, ножками ходит, везде лезет, ребенок ведь, не понимает. А мама ее по попе, по попе.
Хоть бы скорее дочку в садик отдать, да настоящую работу найти. Мою по ночам подъезды, сама мою, сама думаю, только бы дочка не проснулась, а то мать опять ругаться будет.
- Господи! Какой кошмар! Мне казалось, тебя родители любят, радовалась за тебя.
- Любили, гордились. Отличница, подающая надежды, красавица, умница. Не оправдала их надежды. Стыдно им за меня перед родственниками, знакомыми.
- Ульяна! Ты все про дочку, а сынок как? Его родители не обижают?
- Нет у меня сына. Отдала я его.
- Ульяночка, милая, как же так? Зачем? Он ведь тебя не простит.
- Пусть. Зато вырастет с родным отцом, с мамой и любящими бабушками и дедушками. Феденька сразу после окончания Университета уехал на Север с Лизой Чернавкиной. Помнишь, беленькая такая, с длинной косой.
- Ну, да, помню. Он женился на ней?
- Сначала заставил делать аб орт, после женился. Осенью Федя написал, что знает о моем положении, не хочет, чтобы на сына легло клеймо отчима-насильника, сам будет воспитывать своего сына. Согласилась. Месяц назад они с Лизой приехали и забрали сына.
- Понимаю, родители твои настояли
- Нет, Алина! Я сама. Мне не поднять двоих. Дай Бог, дочку вырастить. Такие у меня дела. Я рада, что у тебя все хорошо. Что у меня так сложилось, сама виновата, каждый в этом мире получает то, чего заслуживает. Пока, Алинка-малинка!
- Постой, Ульяна! Ты приходи ко мне вместе с Алей, у нас в квартире еще пусто, пусть бегает в волюшку. Мы с тобой посидим, подумаем, как тебе быть, может вдвоем что-то придумаем.
- Спасибо! Я приду Алин. На самом деле, иногда хочется уйти из дома, хоть на пару часов, а некуда. Мы придем.
Алина дошла до булочной, купила хлеба, зашла в кафе за эклерами и все думала, думала. Куда девалась высокомерная, гордая Ульяна? За что ее жизнь так побила? Как она будет жить с таким грузом на сердце? Ей же никогда сына не вернуть.
Валерия давно заварила чай, а Алина все задерживается. Только бы ничего не случилось. В городе стало столько много машин, плюнуть некуда. Того и смотри, наедут. Слава Богу, пришла.
- Алина! Ты где так долго? До булочной десять минут ходу.
- Ой, теть Лера! Не спрашивай даже! Встретила Ульяну, ты помнишь ее.
- Конечно помню, однокурсница твоя, за друга Ильи замуж вышла.
- Так вот, нет у нее больше мужа.
- Как? Такой молодой и скончался?
- Хуже, посадили его.
- Ну, посадили! Живой, вернется. Всяко бывает, недаром в народе говорят, от сумы и от тюрьмы не зарекайся.
- Тетя, милая, он насильник, по крайней мере я так поняла. Такие не возвращаются. А если и вернется, это уже не человек. Надо ей срочно разводиться, брать обратно свою фамилию.
- Бедная, несчастная девочка. Как она теперь, у нее ведь маленькая дочь.
- Подъезды по ночам моет. Я не знаю, как ей помочь. Может Любаша пристроила бы ее торговать на рынке, опять, куда девочку на пол дня девать?
Тетя Лера, мне иногда становится страшно от того, что я счастливая, а вдруг что-нибудь случится? Проснусь ночью, обниму своего Илюшу, положу голову ему на грудь и заплачу. Он такой умный, такой красивый, мог бы жениться на самой лучшей девушке на свете, а выбрал меня. Вдруг он встретит ту, самую лучшую и поймет, что ошибся? Что тогда?
- А бояться, как раз и не надо. Отгоняй прочь все дурные мысли. Ты для Ильи та самая, которая лучше всех. Запомни это! Мысли наши реальны, не зови к себе беду.
Ульяна с дочкой пришла на следующий же день. Бойкая Алечка, пошла играть, как будто она бывала в этой квартире каждый день. Алина поставила перед ней коробку с игрушками
- Играй, малышка! Высыпать тебе игрушки, а то, гляжу, тебе их не достать. Ульян, дочь твоя нисколько не похожа на Артема. Повезло ей, мамина дочка, хорошенькая
- Дочке повезло, зато мне доставалось. Сколько раз избивал, требовал сказать, от кого нагуляла, девочка на него не похожа. Ладно, все в прошлом. У вас столько игрушек, Илья так балует?
- Не только. У нас есть дядя Питер, сын Светланы. Долго объяснять, получается, мой дальний родственник. Он, как только увидел нашу Яночку, так влюбился. Говорит, такую же хочу.
Заходит каждый вечер после работы, хотя бы на часик. Игрушку принесет, поиграет с дочкой, с Ильей какие-то журналы читают немецкие. Илья не знает немецкого, Питер ему переводит.
Слушай, Ульяна! У меня фарш есть, давай мы с тобой пельмени постряпаем. Илья очень любит, но мне одной возиться не хочется.
- Давай, я чур, тесто сделаю. Мама говорит, что тесто у меня лучше получается.
- Давай, действуй, вот мука, яйца, скалка. Я пойду свою дочку кормить. Слышишь, куксится, сейчас рев начнется. Такая спокойная была девочка, как переехали в эту квартиру, словно сглазили ребенка. Вот, готово, уже и плачем.
Алина взяла на руки дочь, прижала к себе.
- Ох, как бьется твое сердечко! Ты что? Ты кого боишься? Мама с тобой, сейчас мама даст тебе яблочного пюре, накормит, поносит тебя на руках.
Ульяна стряхнула с рук муку
- Алина, может Яночка из-за нас плачет? Не привыкла к чужим?
- Нет, Ульяна, мы сейчас не как раньше живем, не одни. Дядя Володя заходит, Марго пару раз была, Питер тут все время. Мне кажется Яночка растет, ей скучно становится одной сидеть. Нужно, чтобы я все время была у нее на глазах, разговаривала с ней, на руки брала. Думаю, это нормально.
- Ну, да! Ты права! Дети чем старше, тем больше требуют внимания. Что-то моя затихла, надо посмотреть, чего она там делает.
Девочка спала, положив светлую головку на лохматого мягкого мишку. Ульяна взяла дочь на руки, отнесла на диван. Алина подала ей покрывало
- На, Ульян, укрой, пусть в квартире тепло, все равно неуютно спать, не укрывшись. Сейчас я свою тоже укачаю и займемся мы с тобой пельменями.
- Да, странно, Аля никогда сама не засыпала. Конечно, у тебя тишина и покой. У нас дома телевизор орет, дед пьяный выступает. Приходится дочку на руках носить, да песни петь, чтобы она уснула.
Продолжение Глава 129