«Западная цивилизация начиналась в грязи» - именно так можно охарактеризовать эту ленту по образцу того, как Скорсезе некогда заявил своими «Бандами Нью-Йорка», что «Америка начиналась на улицах».
«Соломон Кейн» - вдвойне значимая для современной массовой культуры кинокартина, хотя и была снята совершенно недавно (в глобальном историческом масштабе) – всего лишь какие-то пятнадцать лет назад. И что интересно, её «воздействие» началось несколько позже, чем она вышла на экраны.
Указанный фильм надо воспринимать как нечто большее, нежели просто вольную экранизацию рассказов Роберта Говарда, который в своё время был олицетворением американской палповой литературы – проще говоря, плоть от плоти «бульварного чтива».
Не то что бы режиссер Бассетт, насколько понимаю, на момент съемок бывший ещё сугубым мужчиной, открыл этого персонажа. Соломон Кейн по большому счету никуда и не исчезал, просто иногда «уходил в тень».
Однако именно после данного фильма началось его триумфальное возвращение, в первую очередь связанное с цифровой живописью. В последние годы только редкий иллюстратор не воспроизвел образ этого сумрачного капера. Впрочем, нас интересует несколько иной аспект, нежели широкополая шляпа и чёрный плащ.
Соломон Кейн словно назначен провозвестником современной западной цивилизации, которая в корчах и судорогах рождалась на рубеже Средневековья и Нового Времени. Там, где гнездились всякого рода воинственные пуритане, поощряемые короной флибустьеры, да «железнобокие» Кромвеля как движущая сила английской революции.
Там, где расчетливые финансы соседствовали с уходящим в прошлое мифом. По этой причине в фильме очень много мистики, которой в оригинальных рассказах было заметно меньше. И если созданный тем же самым Говардом Конан-Варвар может считаться выражением евразийской идеи, эдаким прото-казаком, то пират Соломон Кейн явный выразитель идей атлантизма, с присущим им «внутренним проклятием».
Вроде бы действие должно было быть сугубо рациональным, однако совершенно внезапно вмешиваются силы не просто потусторонние, но непривычно инфернальные, будто бы выныривающие из вековой английской грязи, которая была отличительной чертой страны на протяжении столетий (вспоминайте сериал «Табу»).
А чего вы хотите, если «новая эпоха» породила пословицу, про то, что «овцы сожрали людей»? Бродяг вешали просто за факт того, что они – бродяги. А сильный без какой-либо оглядки на закон и небеса обижал слабого. Если детально препарировать «английские сюжеты», например, Шекспира, то картинка получится категорически безрадостная.
А потому надо ли удивляться тому, что несущий на себе печать проклятия капер-пуритатин, вершащий действие, находясь по колено в слякоти, может считаться «символьным англосаксом»? Да ещё он был сыгран известным множеством негативных образов Джеймсом Пьюрфойем. Хотя сыгранным, как всегда блистательно.