Как широко известно, французские драгуны и кирасиры периода наполеоновских войн в бою отчетливо предпочитали колоть. Укол вообще тогда считался французской военной прерогативой, в противовес, например, английской, где ставка делалась на рубку.
Все хорошо... А как именно колоть? Как колоть оружием, которое больше метра в длину, весит около 1,4 кг (это в лучшем случае, при соблюдении заводских допусков), и рассчитано под одну руку? Причем не будем забывать, что укол-то полагается наносить с коня, в весьма даже скоростной и маневренной конной стычке.
Собственно, чем они кололи-то:
Причем этот наполеоновский палаш, использовавшийся и драгунами, и кирасирами, оказался настолько удачным, что с минимальными изменениями простоял во французской армии на вооружении около 100 лет, практически до Первой мировой. В 1826 году его заимствовали русские (слегка изменив рукоять), после франко-прусской - немцы (несмотря на то, что выиграли войну - как, впрочем, поступили и мы), его потомками были голландские, бельгийские палаши разных типов и годов выпуска... Список даже и не полон.
При всем при этом изначальный французский палаш - весьма "однобокое" оружие. Дело в том, что он в принципе не способен рубить. Только колоть.
Во-первых, сечение.
Взгляните. В сильной части:
На острие и... Как раз в точке удара:
Выше показан чертеж французского палаша образца 1816 года, наследника нашего героя, но это непринципиально. Вся геометрия у них одинаковая, кроме боевого конца. который выполнен в виде копьевидного (обоюдоострого), а не тесачного. Копьевидный лучше колет.
Там в принципе нет лезвия. Оно не то чтобы не затачивалось, как можно иногда услышать... Оно физически не существовало.
Кроме этого, удару препятствовала асимметричность эфеса, снабженного дужками только с внешней, правой стороны:
Которая вызывала очень сильное "заваливание" руки при ударе, что автоматически приводило к нанесению цели лишь ссадины или синяка вместо глубокой раны (хоть бы там и было острое лезвие);
И большая масса этого эфеса, которая составляла до половины всей массы оружия (хотя при этом, что интересно, точка балансировки находилась отнюдь не у самой рукояти, а сантиметрах в 10 от нее).
Усугубляли ситуацию округлая форма самой рукояти, которая способствовала непроизвольному проворачиванию оружия в руке, наличие двух глубоких и узких долов (и, соответственно, трех ребер жесткости с каждой стороны) - такая раздоловка также сильно ухудшает проникающую способность клинка при рубке, и полное отсутствие упора для мизинца - что является очень важным для чисто рубящего оружия. Там идет своеобразный контроль через мизинец, причем в самых разных техниках, между прочим, для очень разных видов оружия...))
Нет, законцовки дужек гарды, выходящие к колпачку рукояти, нормальным упором для мизинца не являются. Поверьте, если вы попробуете этим рубить, держа его не тупо молотковым хватом (самым на самом деле бесперспективным из всех) - вам ваш мизинец спасибо не скажет, а после парочки полновесных ударов по плотной мишени (а не в пустоту) он вообще заявит, что ему на больничный пора...)
Именно поэтому про рубку этим палашом, если она случалась (например, по причине низких воинских качеств самих его обладателей) писали скорее с усмешкой:
«Я быстро поворачиваю лошадь обратно, рассекаю лицо одному из них и, не останавливаясь, делаю то же самое с другим. Третий спасается бегством. Я преследую его со шпагой в руке, но, к несчастью, моя шпага никуда не годилась и не могла пробить полушубок, надетый на него.» (Из писем кирасирского капитана // Французы в России: 1812 г. по воспоминаниям современников-иностранцев 2012, 431).
Кстати, выше по контексту речь идет о столкновении кирасирского офицера с казаками. "Шпага" у него вот такая:
Эфес другой, нежели у солдатского палаша, а вот клинок почти тот же самый, но малость изящнее. Вообще этот офицерский экземпляр на 400-450 грамм легче солдатского, кстати. А значит, с учетом геометрии, рубит еще хуже...)
С русской стороны, из воспоминаний прапорщика ополчения Гавриила Зотова:
« …и тогда-то удары и ругательства посыпались на меня как дождь. На мне был сюртук, мундир и фуфайка, а сверх всего еще ранец. Все это было изрублено как в шинкованную капусту, и изо всех ударов только два еще по голове были сильны, один в руку самый незначащий, и один с лошади ткнул меня в спину острием палаша. Все прочие удары даже не пробили моей одежды. ... Вскоре явился и ко мне один из эскулапов и спрашивал, где я ранен. … «Что? смертельны ли мои раны?» — спросил я с сильно бьющимся сердцем. «Теперь этого нельзя знать… Впрочем, кажется, в голове один только удар повредил череп, и то слегка.»
Но тут Зотову вообще феноменально повезло. До того, как его начали рубить палашами, он получил еще 2 пистолетных выстрела. Не человек, а тот еще живучий терминатор...)
Однако европейский театр боевых действий рисует в целом совсем иную картину эффективности этого палаша:
«…[Французские драгуны] приобрели такую репутацию своим навыком нанесения уколов, которая деморализовала испанские и английские подразделения…»;
«…французские [мечи] превосходно приспособлены к уколу…».
«…французская кавалерия в девяти из десяти случаев использовала укол …»
«Французский драгун имеет длинный прямой меч; эфес массивен, а клинок легок, посредством чего нацеливаемое острие естественным образом поднимается без усилий, ощущаясь в руке как легкое и управляемое.»
«Хотя мечи и сабли французской армии … тяжелее, чем британские, но будучи сбалансированы ближе к эфесу, они ощущаются в руке как более легкие; и их клинки уже, создают своим действием меньшее сопротивление воздуху, и в целом они более управляемы, чем наши…»
Хотя упоминания об ударах тоже есть. Кстати, наносились те удары, судя по некоторым источникам, как раз в голову, но с приоритетной целью - оглушить и взять в плен, но не убить...
Хорошо. Но КАК им кололи? Да еще на скаку, по быстрой и маневренной цели, вполне способной защищаться своим оружием? Для укола, кстати, указанные выше недостатки, вплоть до конструкции эфеса, некритичны, а "гантелеобразное" сечение клинка придает как раз необходимую продольную жесткость (хотя тоже не является идеальным, есть более "жесткие" сечения).
Французских "родных" источников, что обидно, на эту тему почти нет. Есть только п. 283 Временного ордонанса об упражнениях и маневрах кавалерии от 23 сентября 1804 г. И то - он касается лишь первой шеренги атакующих драгун или кирасир. Даже и не второй...
И сводится он к тому, что необходимо принять вот такое положение:
Острие вперед (и чуть ниже эфеса), рука в терции - то есть ногтями вниз, тыльной стороной ладони и дужками гарды вверх, лезвие (точнее, "лезвие") направлено вправо.
И все.
Но! С другой стороны, у нас есть так называемая "Новая система владения мечом в кавалерии", предложенная в 1818 году в Великобритании драгунским подполковником Чарльзом Эдмундом Рэдклиффом. Она касается не сабли, а именно колющего меча (палаша). Выглядеть он должен был так:
Геометрия и форма эфеса несколько другие. чем у французов, но... Штука в том, что сэр Чарльз Рэдклифф воевал с французами с 1809 года - и до упора. Причем не в обозе, а в 1 драгунском Королевском полку, и послужной список у него был крайне обширный. В том числе и в плане противостояния именно тяжелой и линейной французской кавалерии. Именно у них он и набрался своей "уколоцентричности".
Но об этом мы поговорим во второй части нашей статьи, следите за новостями...))
Написано в рамках сотрудничества в части популяризации истории фехтования с историком и реконструктором Максимом Звягинцевым, на основе его труда (и проекта) "Звягинцев М. И. Реконструкция системы владения палашом французских кирасир и драгун, 1803-1815 гг."
Вторая часть тут: https://dzen.ru/a/ZdsQV85NKkyfYJNo