Часть III. Двадцать лет спустя
Предыдущие главы см.
Часть I: https://dzen.ru/media/270747/faraon-doch-faraona-chast-i-65c793afaa3df11d2cb9d834
Часть II Глава 1: id/644246f0c920925e5dae645a/faraon-doch-faraona-chast-ii-glava-1-65c7c1cb09606a2c085f1df4
Часть II Глава 2 https://dzen.ru/media/270747/65cc91fb147d0f435eae1de1
Часть II глава 3 https://dzen.ru/media/270747/65cc91fb147d0f435eae1de1
Часть II Глава 4 https://dzen.ru/media/270747/65ccccb1aa3df11d2c57bf6f
Часть II Глава 5 https://dzen.ru/media/270747/65ccd9d16540023a5aef8f6e
Глава 1. "...Я хочу жить!.."
Прошло двадцать лет. За эти годы в Египте изменилось многое. Для начала Птахомон сделал всё, чтобы сбежавшие из столицы Сети не смели возвращаться назад. Он всеми доступными способами оберегал свою любимицу Мерит-Амон, способности которой с каждым годом всё больше поражали его. Он сам научил ее читать и писать и поражался, как легко, на лету она схватывала всё. А когда пришло время изучать древние папирусы, Птахомон удивлялся, как легко она разбиралась в сложных, порой в самом деле зашифрованных письменах! Философский подтекст некоторых папирусов, над которым сам жрец в годы своего обучения, бывало, корпел ночами, она понимала с первого прочтения. Иногда ему казалось, что это сама Мерит и написала их столетия назад, а теперь лишь вспоминает… Он и завидовал девочке, и немножко ревновал ее к легкости получения знаний, и одновременно гордился ученицей.
Мать Мерит, несчастная Нефертари, умерла, не прожив и года после рождения дочери, поэтому девушка почти не помнила ее. Выходила и выкормила девочку ее любимая няня-кормилица Ануш, которая называла ее «дочкой», а та и в самом деле долго считала Ануш своей мамой. Но не так давно скончалась и она, оплаканная всеми детьми Рамзеса. Умерла и повитуха Варвария, унеся в могилу тайну рождения Мерит. Любимый отец Мерит, Рамзес-старший, умер два года назад от раны, нанесенной стрелой, отравленной ядом скорпиона, а через несколько дней ее торжественно возвели на престол под тем же именем, ибо она считалась Рамзесом из рода Рамзесов.
Так постепенно умирали посвященные в тайну люди, и через два десятка лет их осталось лишь трое: Птахомон, Маатхон и мальчик-нубиец, который вырос и стал высоким красавцем-посыльным и продолжал верно служить «государю». Конечно, он был тайно влюблен в Мерит, и она чувствовала это, но выражалась его любовь только в том, что он смотрел на нее с обожанием да бесконечно заботился и опекал своего драгоценного фараона. И только недавно появился еще один человек, которого сама же она и посвятила в тайну…
…Сегодня Мерит что-то нездоровилось, и она хотела прилечь на свою мягкую домашнюю кроватку с львиной головой в изголовье. Из потайного сундучка она достала тонкое льняное женское платье и надела его. «Могу я хоть чуть-чуть почувствовать себя женщиной», - разрешила она себе, поворачиваясь перед серебряным зеркалом. Последние месяцы в походе ее то и дело мучили какие-то недомогания: то голова кружилась, то подташнивало, и тогда она на всякий случай отказывалась от еды… Впрочем, это само собой проходило, и она старалась не обращаться к Кассиану. Но наконец-то поход закончился, теперь она дома, и она послала Нубийца за Маатхон. Та явилась быстро, ведь теперь она жила при дворе.
- Приветствую тебя, мой государь! - низко поклонилась Маатхон. - Как чувствуешь себя? "Стареет мамушка, - с нежностью подумала Мерит, глядя на седую голову жрицы, - и спина уже не такая прямая…" - Что-то нездоровится мне, Маатхон. Посиди со мной, моя мамушка. - Да ты и в самом деле приболел? - целительница подсела поближе к Мерит. - Дай-ка я тебя осмотрю. Целых полгода не видела. В бою ты ведь не был ранен? - Да нет, мамушка. Рана есть, но не телесная… - Дитя моё, ты на что-то намекаешь? - улыбнулась жрица. - Говори прямо, пожалуйста, ибо кому еще ты можешь довериться, кроме меня?
- Верно, с тех пор, как умерла моя нянюшка, ты осталась единственной женщиной, с которой я могу хоть немного ослабить свои собственные вожжи, - вздохнула Мерит. - Ох, если бы ты знала, как я устала играть эту роль! Когда я в кругу мужчин, я стараюсь быть вульгарной, грубой, хотя мне это противно, потому что я боюсь, что они разглядят во мне женщину. Среди женщин я еще больше напрягаюсь, потому что они более проницательны! Умных женщин я просто ненавижу!.. Единственная отрада – дети, которым до моего пола нет никакого дела! Но детей я вижу так редко… Ах, Маатхон, - проговорила Мерит сквозь слезы, - зачем вы втиснули меня в эту гробницу заживо?! Я хочу жить по-человечески!!
У Маатхон сжалось сердце, и она едва не разрыдалась сама, но выдохнула волнение и взяла себя в руки. Она стала гладить Мерит по голове, по спине. - Девочка моя, ты же знаешь, другого выхода не было! Если бы мы не решились на такую подмену, это означало бы гибель всех. В том числе и тебя. И ты не думай, что мы вот так запросто решили твою судьбу! Я долго колебалась, прежде чем решиться на это! И Птахомон, и твой отец тоже. Думаешь, мы не понимали, на что тебя обрекаем?! Но этой жертвы потребовали боги ради процветания Египта. И ведь ты прекрасно справляешься со своей ролью, ты – настоящий правитель, мудрый и справедливый. Народ Египта стал жить богаче, бунты прекратились… Ты – настоящий фараон! Гордись этим!
- Гордиться?!.. Знаешь, мамушка, раньше я, действительно, гордилась этим, дела правления увлекали меня, занимали, и от этого мне легче было играть свою роль, но сейчас… Я готова послать весь Египет со всеми его делами в подземное царство, в пасть чудовища Амат! Я устала быть мудрым фараоном! Хочу быть простой девушкой, женщиной, иметь семью, детей! Отпустите меня! Дайте мне свободу!.. - Мерит упала на подушку и заплакала. Маатхон принялась гладить руки девушки от плеч к ладоням и «сбрасывать». - Поплачь, поплачь, девочка моя… - уговаривала она Мерит. - Лучше плакать, чем посылать Египет так далеко. Не забывай, что твои слова слышат боги! - а сама думала: «Что это с ней творится? Надо осмотреть получше…» - Ты ляг на спинку пока, расслабься. А я постараюсь снять усталость. Мерит послушно перевернулась, а целительница, не переставая успокаивать тело, всмотрелась в ее поле.
- Э-э, моя хорошая, а ведь под твоим сердцем уже бьется еще одно маленькое сердечко! Вот в чем причина твоих слёз! Та-ак, и через семь лун родится у тебя… сейчас посмотрим… Родится у тебя хорошенькая девочка. Похожая на тебя, как твоё отражение в воде! Радоваться надо, а ты плачешь! У Мерит сразу просохли слезы. - Девочка?! Правда?! Ах, как хорошо! Только… Вы ведь из нее не будете делать мальчика? А, Маатхон? - Конечно, дитя моё, конечно! Никто не собирается. Больше нет такой необходимости. Правда, нам всё же придется скрыть факт ее рождения. Ты меня понимаешь? - Понимаю… Теперь вся моя человеческая жизнь под запретом. Но хоть ее отцу-то можно будет сказать о рождении дочери?
Маатхон помедлила. - Ты, конечно, можешь сказать ему, но зачем? Хватит с него и того, что раскрыта твоя тайна. Не зря говорят: «меньше знаешь – крепче спишь». А он к тому же военный человек, верно? И плен может случиться, не дайте боги, и пытки… - А ты откуда знаешь, что он военный? - спросила Мерит. - Поживешь с моё – узнаешь, - засмеялась жрица. - Чудачка! Под чьей неусыпной охраной и в чьей палатке ты спишь во время походов, а?! Ну кто еще мог узнать о твоих девичьих секретах? Ну, да что теперь об этом… Харемхеп, по-моему, вполне достоин твоего выбора. Ну и… будьте счастливы!
Маатхон на мгновение молча подняла глаза. Она послала запрос: «Будут ли они счастливы?» - и в тот же миг увидела, как вражеское копье летит прямо в грудь Харемхепу… Как бы она хотела остановить это копьё!.. Но в следующее мгновение воин упал и имя «Мерит…» застыло на его устах. На ее немой вопрос: «Когда?» - пришел ответ, как знание: «Скоро…». Она опустила глаза, но сказала как можно спокойнее: - Любите друг друга, пока дозволяют боги… А о девочке я позабочусь, ты не волнуйся. Она вырастет в самых лучших условиях. Правда, не при дворе, но ты сможешь видеть ее, как только захочешь! Но вообще детей быть у тебя не должно, ты же понимаешь. Пусть лучше весь двор продолжает судачить, что фараон «любит мужчин»…
- Спасибо тебе, мамушка. - Мерит крепко обняла жрицу. - И правда, ребенка лучше держать подальше от двора. Душа целее будет… Ну вот, мне уже полегче стало. Ты и вправду волшебница, Маатхон… В это время над дверью задергался серебряный колокольчик. Мерит быстро накинула длинный плащ, закрывающий всё платье. Явился Нубиец с докладом: - Главный военачальник Египта господин Харемхеп просит принять его со срочным донесением. Маатхон встала: - Я, пожалуй, пойду, тут дело секретное… - Да, мамушка, иди, я тебя потом позову, - сказала ей Мерит, а Нубийцу приказала: - Пригласи Харемхепа сюда. - Слушаюсь, государь! - и он удалился вместе с Маатхон.
Продолжение - Часть III Глава 2 "Покой нам только снится", а также гл. 3 и эпилог "Где сегодня живут фараоны?" см. по ссылке https://dzen.ru/media/id/644246f0c920925e5dae645a/faraon-doch-faraona-okonchanie-65d20ec42fe17714a649c1f5