«Колодец смерти» - лента примечательная многими моментами. Начнем с того, что это был дебютный проект выдающегося «сумрачного режиссера» Бретта Леонарда, который внёс огромный вклад в развитие киберпанка, создав «Газонокосильщика» и «Виртуозность».
Во-вторых, действие кинокартины разворачивается в психиатрической лечебнице, а потому вам предложена лукавая игра с отсылками к «Шоковому коридору» и «Пролетая над гнездом кукушки». Только Леонард, словно вам говорит: зачем портить такие чудные локации каким-то психологизмом, здесь же можно развернуть сюжет подлинного хоррора!!!
После этого наступает «в-третьих», так как «Колодец смерти» по праву считается самым необычным фильмом про зомби, которые словно обитатели «коварной шкатулки» повалили из подвалов закрытого корпуса психушки. К слову сказать, в оригинале всё-таки подразумевался «подвал», некая «крипта», а вовсе не «колодец».
Хотя это может быть игрой слов, отсылающей нас с наследию Эдгара Алана По, так как в действии неоднократно появляется «маятник», только не со смертоносным серпом-секирой на конце, а гипнотический, позволяющий вводить в состояния управляемого сна, дабы выудить «подавленные воспоминания».
Именно этим занимается лечащий врач с кажущейся вполне вменяемой (на общем фоне) пациенткой, которую по американской традиции нарекли Джейн Доу. Такое условное имя дают всем, потерявшим память и не способным вспомнить свое прошлое. Мужчины - Джон Доу, женщины – Джейн.
И речь и не о простой амнезии, так как барышню регулярно накрывают «кошмары наяву». Сама же она утверждает, что не утратила память – оную у неё украли. То есть она стала жертвой некого осознанного действия. Что, принимая во внимание «прошлое больницы», не кажется простым совпадением.
Дело в том, что уже в прологе вам сообщат – здесь проводил свои эксперименты наделенный внешностью эсэсовского врача доктор Колин Ремзи. Он изучал физические аспекты безумия, судя по всему, «заглянул в бездну», а потому стал трепанировать всех больных подряд.
Пытаясь скрыть страшную правду, врача-садиста убили, а трупы вместе с его телом замуровали в крипте, мол, не было такого и вообще всё лучше забыть. И было спокойно почти двадцать лет, пока землетрясение (в Калифорнии такие хотя и не часто, но всё-таки случаются) повредило «неприкаянный могильник».
Самой чуткой к предстоящему кошмару оказалась Джейн, которую для пущей привлекательности снабдили ночным нарядом а-ля фото из «мужского журнала». Конечно, не слишком вызывающе, но вместе с тем не имеет ничего общего с реальными больничными пижамами.
В итоге фильм ценен не сюжетом, а визуальной составляющей, которую Бретт Леонард создал в строгом соответствии с клиповыми традициями той поры. А потому, несмотря на то, что фильм внезапно с места в карьер срывается в недра крюко-мясного трэша, это изрядно приправлено сумрачной эстеткой, а потому не вызывает ощущение брезгливого отторжения.