#городские_легенды
Возле села Замарайка Воловского района есть местечко под названием Идолки. Исстари известны Идолки как место ведьминских шабашей и всякой чертовщины. Однажды здесь повторился сюжет гоголевской «Ночи перед Рождеством». Только наоборот. Черт катался на человеке.
Крестьянин Иван по прозвищу Мистёрч возвращался в деревню через замарайские Идолки и вдруг ему на плечи прыгнуло нечто. По бокам Ивана били обросшие шерстью ноги с копытами, когтистая лапа впивалась ему в волосы. Поднимая голову, Мистёрч видел рога, свиное рыло с торчащими клыками. Гонял чёрт на Иванушке до пенья первых петухов, а потом спрыгнул и исчез.
Рассказывают в Замарайке и о местном солдате, служившим в Закарпатье. После демобилизации решил он остаться там немного подзаработать. Поселился в квартире местной женщины. Однажды его в прямом смысле бес попутал - прокрался в комнату хозяйки с греховными помыслами, дело-то молодое, дембельское! И видит дембель: хозяйка натерлась какой-то мазью, прочла заговор и вылетела в трубу. Иван запомнил заговор, тоже намазался мазью и полетел вслед за ней. Из Закарпатья они быстро долетели до мест знакомых солдату с детства – к замарайским Идолкам. А там - в самом разгаре ведьмин шабаш. Солдат встретил на сборище местную колдунью Парашу, которая узнала его и очень удивилась. Но заметила его и закарпатская ведьма. Она тут же прочитала заговор, и оказались они там, откуда прилетели. Вскоре солдат уехал из Украины домой, встретил в родном селе колдунью Парашу, которая запретила рассказывать кому-либо о встрече на Идолках. И хранил он эту тайну почти всю жизнь, раскрыв ее лишь перед смертью.
Еще одна ведьминская история произошла с жителем Замарайки Кузьмой. Он был трудолюбив, но как ни старался – с трудом сводил концы с концами. Однажды на постой к Кузьме попросился торговец из Тулы. Увидев бедность Ивана, спросил: «Что ж, хозяин, хватает ли тебе хлеба от новины до новины?». «Нет», - ответил Кузьма. А гость ему говорит: «Из хлеба твоего вынута спарина». И дал ему совет, что нужно сделать.
Ранней весной срезал Кузьма ракитку-однолетку, как было нужно по обряду, сделал сверху расщеп и стал ждать. Как только заколосилась рожь, и наступило полнолуние, пошел он ночью в поле, с помощью ракитовой рогульки выдернул пучок ржи и понес его домой. За спиной раздавались свист и улюлюканье, Кузьму окликали, звали по имени-отчеству, просили обернуться, но он не поддавался на уговоры, помня наказ гостя: «Обернешься, разорвет тебя нечистая сила на мелкие клочья!»
Не помня себя от страха, прибежал он домой, закрыл за собой дверь на засов. Пучок ржи, как было ему велено, положил на печь и прикрыл горшком. Стала рожь на печи томиться. В это же время ни с того ни с сего заболела в селе женщина, Аннушка, знахарка занимающаяся ворожбой, проще говоря – колдунья. И спустя некоторое время умерла она в страшных муках. Положили ее в гроб, стали читать псалтырь. Кузьма захотел проверить, не обряд ли повлиял на события? Он приподнял на печи горшок, под которым томился заговоренный пучок ржи. И тут же колдунья встала из гроба, обвела всех угрюмым взглядом, села на пол начала наматывать саван на руку. Кузьма услышал про это, и снова накрыл подвядший пучок ржи горшком.
Аннушка рухнула замертво. Похоронили ее, а Кузьма снял с печи высохший пучок ржи и закопал. Но ведьма еще долго не давала покоя семье Кузьмы. Являлась по ночам, шумела, гремела в доме посудой, а во дворе разной утварью. Успокоилась лишь после того, как священник отслужил по ней молебен и воткнул в могилу осиновый кол.
