Найти в Дзене
OnkoWife Жизнь после...

Записки жены онкобольного. Истории из детства. Мамин характер

(начало пост1, пост2) Я не хочу утверждать, что мама меня не любила. Любила, конечно, и , по-своему, заботилась. Просто мы всегда были "на разных волнах", что-ли.... Чувствительный, ранимый, эмоциональный ребенок; и замкнутая в себе, внешне "сухая", вечно отмахивающаяся мать. Мы просто не понимали друг друга. Я - в силу детского возраста, мама - в силу своего характера. Разные люди...Скажи ей кто-нибудь, что мне чего-то не хватает, так она бы искренне удивилась. Не помираем же с голоду, и ладно. А общение, внимание... Разве это нужно? Мама пахала в две смены на работе, в теплое время года была на даче в выходные. Очень уставала и физически и морально, и, поскольку старшую сестру она побаивалась и не хотела портить отношения, то всю свою усталость и злость она часто срывала на мне. Были дикие скандалы даже за мелкие провинности, крики, истерика. Мне доставались болючие подзатыльники, в меня летели вещи и домашняя утварь - все что попалась под руку. Я проливала море слез и даже хотела у
фото из интернета
фото из интернета

(начало пост1, пост2)

Я не хочу утверждать, что мама меня не любила. Любила, конечно, и , по-своему, заботилась. Просто мы всегда были "на разных волнах", что-ли.... Чувствительный, ранимый, эмоциональный ребенок; и замкнутая в себе, внешне "сухая", вечно отмахивающаяся мать. Мы просто не понимали друг друга. Я - в силу детского возраста, мама - в силу своего характера. Разные люди...Скажи ей кто-нибудь, что мне чего-то не хватает, так она бы искренне удивилась. Не помираем же с голоду, и ладно. А общение, внимание... Разве это нужно?

Мама пахала в две смены на работе, в теплое время года была на даче в выходные. Очень уставала и физически и морально, и, поскольку старшую сестру она побаивалась и не хотела портить отношения, то всю свою усталость и злость она часто срывала на мне. Были дикие скандалы даже за мелкие провинности, крики, истерика. Мне доставались болючие подзатыльники, в меня летели вещи и домашняя утварь - все что попалась под руку. Я проливала море слез и даже хотела уйти, но было страшно да и некуда.

Вообще, в нашей семье между взрослыми и детьми была огромная пропасть. С мамой ничем нельзя было поделиться, рассказать - она меня просто не слышала. С Галей было то же самое.

Мама всегда знала, как сделать лучше. Помню, принимали меня в пионеры, одну из первых в классе - отличницу, умницу. Дети завидовали, а мы," избранные", активно готовились и учили клятву. Перед торжественным днем учительница наказала всем девочкам прийти в повседневной форме, а с собой взять банты, туфли и белые фартуки. Мама была на этот счет другого мнения. Утром она отправила меня в школу без парадной формы(все мои слезы и уговоры опять не действовали).Отправила, сказав, что вещи принесет сама. Стоит ли говорить, что в пионеры я вступала в драных колготках, лохматая и в резиновых сапогах. Я почти плакала, одноклассники посмеивались, учительница смотрела с жалостью, а старшая вожатая одела мне свой галстук так как и его у меня тоже с собой не было.

Позже я пришла домой и выяснилось, что мама просто перепутала время линейки. Меня никто не поздравлял со значимым событием, не успокаивал по поводу того, что я осталась без праздничной одежды - ни.че.го. И уже тогда у меня в сознании начала укореняться мысль: что бы со мной не происходило - всем глубоко наплевать.

Будучи еще маленьким ребенком, я не понимала, что можно делать что-то для себя. Учиться-для себя, читать-для себя, уборка-для себя. Я делала, как и многие дети - чтоб меня похвалили, чтоб мама порадовалась. А когда этого не происходило оставалась в недоумении и обиде. Мама же пребывала в постоянной зависимости от мнения окружающих. От взрослых окружающих - дети не в счет. Главный мамин страх: "что скажут люди" всегда был на первом месте. И меня она воспитывала так же: не бери, не проси, молчи, не спорь. Я боялась лишний раз даже рот открыть, своего мнения вообще не было, а любые проявления бунта давились на корню.

Прошло еще два года, и мне посчастливилось на лето уехать к сестре Ленке в поселок под Владимиром. Это был рай - вишни, яблони, смородина. Удивительно богатая природа, поля пшеницы и чистые озера. А эти старые церквушки, маленькие дворики и пекарни с удивительно вкусными душистыми пончиками. Лена баловала меня, как могла - походы за земляникой в лес, в такой светлый березняк(не то, что наша тайга) Почти каждый день мороженое сок и булочки. Я ходила к ней на работу в швейный цех и получала в подарок кусочки красивой ткани для своих игр.

К тому времени Ленка родила мне еще одного племянника Кирюшку. Ему уже исполнился год, и это был удивительно светлый мальчик. Смешной, белобрысый и пакостливый. Полюбила я его с первого взгляда и нянчила с удовольствием. Мы обжирались вишнями; купались в большом тазу с водой, нагретой на солнце; читали стихи и орали детские песни.

Прежде мне казалось что нет таких моментов, которые я хочу вернуть из детства. Я ошиблась. Хочу вернуться в эти три месяца лета. Играть с маленьким Кирюшкой, опять бежать по пшеничному полю с ватагой ребятишек, нырнуть с мостика в теплое озеро, ощутить запах спелой земляники и обнять мою, тогда еще совсем молодую, сестру....

Три месяца пролетели незаметно, и за мной приехала мама. Как же я не хотела уезжать, вы бы знали.... Умоляла Лену оставить меня, обещала ей хорошо учиться, слушаться, сидеть с малышом - лишь бы не отдавала. Но она не могла выполнить мою просьбу. Их отношения с мужем уже разлаживались(я просто была маленькая и этого не замечала),и сестра спустя год вернулась к нам обратно. Но это случилось позже, а пока мне пришлось уехать с мамой в родной город. Продолжение следует...

Друзья, пожалуйста, подписывайтесь на мой телеграмм. От количества подписчиков очень зависит развитие канала. Заранее благодарна!

Для добровольной помощи: 2202 2004 7544 6645 СБЕР Евгений Валерьевич