Монахиня устало прикрыла глаза, пытаясь восстановить прошедшие события. С годами многое стало забываться, но основные моменты все-таки в памяти остались. К примеру, бледное личико брата Ивана и его огромные, грустные, если не сказать, страдающие глаза, никак из памяти не выходят. Куда не глянет, кажется, что с небес смотрит и плачет.
Казалось, брат скорбит сразу за всех Романовых. Впрочем, а почему нет? По крупному счету, судьбы у них не сложилось. Даже у Петрушеньки. Тяжел, ох и тяжел ты венец Мономаха!
Софья прекрасно понимала: правителя из Ванечки не получится, но уступить трон ненавистным Нарышкиным не собиралась. К тому же, не давали покоя постоянные слухи о том, что младенец Натальей Кирилловной рожден не от батюшки-государя.
Версий о родителе единокровного брата ходили всякие. Одни пугливым шепотом утверждали, что его отцом был сын царевича Эрекле, в будущем царь Кахетии Ираклий I. При дворе царя Алексея Михайловича его звали Николай Давидович и он, о чем все знали, довольно тесно общался с Натальей Нарышкиной. К слову, мачеха довольно охотно с ним кокетничала. Оно и понятно! Законный супруг стар и немощен, а этот юноша молод и красив! Глаза имел бархатные, речи вел сладкие...
По другой версии, его отцом был царь Имеретии и Кахетии Арчил II. Еще поговаривали, что стараниями боярина Федора Ромодановского появился царевич на свет. Как ни странно, но в последнюю версию Софья больше всего верила. Уж больно между ним и молодым правителем нежные отношения были.
Не известно почему, нарышкинская клика считала, что это царевна Софья Алексеевна сплетни распускает. Глупцы! До этого ли ей было? Опять же, да она никогда бы такого не опустилась. Ведь тем самым, имя своего отца порочила!
Но как бы там ни было,факт имел место быть. Чем Петр Алексеевич старше становился, тем меньше походил на законного отца. А уж ростом каким вымахал! У батюшки в роду, да и у самих Нарышкиных-Матвеевых, таких высоких не наблюдалось. А вот грузинский царевич и верно высок был!
Только сама Софья ни на минуту не сомневалась: от беса царь зачат, от него проклятого! А что? Сколько таких случаев в книгах о греческих богах описывается! Правда, Наташка, хотя мордой и смазливая была, на нимфу бесстыжую никоим образом не тянула. Тут царевна в какой раз за утро хихикнула. Видать, потому на нее бес и обратил внимание. Вот и произвели общими стараниями чертушку, от которого нет никому покоя.
А насчет слухов, продолжала мысленно возмущаться Софья Алексеевна, так это еще надо разобраться, кто больше сплетни распускает! Благодаря чьим языка поганым в народе говорить стали, что царь Иван Алексеевич слабоумный? Только они, гады, Нарышкины да Матвеевы на подобное способны были!
Потом кричать стали, что Стрелецкий мятеж его рук дело. Да Иванушка за свою жизнь мухи не обидел! Просто после смерти царя Федора, который не успел объявить преемника, столкнулись интересы двух партий – Милославских и Нарышкиных.
Сами того не желая, молодые царевичи Иван и Петр оказались в центре противостояния. Сторонникам Петра, ссылаясь на немощь царя Ивана, удалось добиться его отстранения от престолонаследия в пользу Петра. Народ шуметь стал, казалось, спичку поднеси – пожар вспыхнет. Вот все и загорелось, зашлось пламенем. Опять же, жадных и спесивых Нарышкиных не любили, вот и расправились с ними без особой жалости.
– Странно, а почему никто не говорит, как Петечка, когда стал единоличным правителем, с царскими дочерьми поступил да как стрелецкие головы самолично рубил, – с нескрываемой злостью подумалось монахине и она принялась торопливо креститься, дабы усмирить эту внезапную вспышку.
Публикация по теме: Софья-Сусанна, часть 34
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке