В выходные Маша вытащила Аню на природу. Они взяли детей, съездили на шашлыки, искупались в пруду и позагорали. Когда детей завезли к маме Ани, она завела разговор с Машей.
— Знаешь, я хотела попросить тебя о помощи, — сказала она.
— Интересно, — оживилась Маша. — Это что-то новенькое, но, видя твое серьезное лицо, я понимаю, что ты не шутишь. Слушаю тебя внимательно, — серьезно сказала Маша и даже приосанилась. Она всегда так делала, когда собиралась с мыслями и старалась не упустить ни одной детали.
— Знаешь, я долго думала и пришла к выводу, что мне придется уволиться с работы.
— Ты что, с ума сошла? — воскликнула Маша. — Где ты найдешь в нашем городе работу с такой зарплатой? Мне кажется, ты слишком поспешила с решением.
— Маша, пожалуйста, выслушай меня до конца, а потом уже высказывайся. Хорошо? — произнесла Аня, бросив быстрый взгляд на подругу. Увидев, что ее больше не собираются перебивать, она продолжила:
— Пойми, я физически не справляюсь. Ты же знаешь наш график работы и понимаешь, как сложно совмещать его с магической практикой. Ты видела, как я устаю, и если буду продолжать в том же духе, то скоро упаду. А не работать с людьми я не смогу. Не потому что мне не позволят, а потому что я не смогу отказать людям в помощи. У меня не тот характер. Поэтому я хотела попросить тебя, пока мы с Настей поедем в отпуск, подыскать мне подходящую работу. У тебя талант находить нужные связи, ты уже всех своих знакомых устроила на работу.
Маша внимательно слушала, а затем произнесла:
— Я боялась этого момента, но, видимо, так суждено. В очередной раз убеждаюсь, что высшие силы не просто так наделяют людей даром. Они словно знают, кому его давать. Как будто специально выбирают людей с таким мягким характером и чрезмерной человечностью. Но они не учитывают, что у тебя дети, семья, которую нужно кормить, одевать, учить, а это в наше время не бесплатно.
— Маша, не начинай. Я все это прекрасно понимаю, — ответила Аня, поморщившись. — Поэтому я и хочу найти работу с другим графиком. Да, зарплата будет меньше, и, возможно, мы не сможем ездить на море раз в год, и Настя будет реже ездить по лагерям, но я не вижу другого выхода. Я реально оцениваю свои силы и возможности и понимаю, что если не сбавлю ритм жизни, то упаду. А мне еще Настю на ноги ставить, да и Ромка пока еще не совсем самостоятельный.
— Я все понимаю, но считаю, что это несправедливо. Если у человека есть дар или сила, то нужно сделать так, чтобы он не страдал, как и его близкие. Это неправильно, — произнесла Маша, а заметив на себе взгляд Ани, примирительно подняла руки. — Хорошо, я тебя поняла и подумаю, что можно сделать.
— Спасибо, что не отказала, — поблагодарила Аня.
— Пока не за что, — ответила расстроенная Маша. Когда Аня припарковала машину, подруга вышла из нее и, попрощавшись, направилась домой.
«Переживает, как за себя. Как же мне повезло с подругой», — подумала Аня, направляясь к подъезду.
Утром, придя на работу, она отнесла начальнице заявление на отпуск и заявление об увольнении. Через час к ней подошла секретарь и пригласила к директору. Аня была очень удивлена, что ее вызывает к себе директор, а не ее непосредственный руководитель. Однако она не стала задавать вопросы секретарше, а последовала за ней.
Зайдя в кабинет, она поздоровалась с Лидией Константиновной, с которой была хорошо знакома. Много лет назад Лидия Константиновна была ее начальницей, а когда фирма стала развиваться, она заняла должность директора.
— Проходи, не стой в дверях, — приветливо сказала женщина, указывая на кожаный диванчик в углу. Она попросила секретаршу принести им чаю и села рядом.
— Сегодня мне принесли на подпись твое заявление об увольнении. Признаюсь, я очень удивлена и хотела бы узнать причину. Тебя не устраивает зарплата или есть конфликты с начальством? – заметив, что Аня хочет что-то ответить, она подняла руку, останавливая ее.
— Я спрашиваю не просто так. Ты работаешь у нас уже достаточно давно, можно сказать, с самого основания фирмы. Ты проверенный сотрудник, и мне бы не хотелось тебя терять. Я не привыкла расставаться с ценными кадрами.
Сейчас молодежь не хочет работать, они считают, что если посидели на работе, то за это им должны заплатить. Думаю, ты и сама это прекрасно понимаешь. Ты обучала не одну ученицу, но больше года ни одна из них не задерживалась. Причина ухода — много работы, — она рассмеялась.
Пойми, эта фирма — мое детище. Мой муж основал ее еще в то непростое время. Мы получили наследство и решили рискнуть, вложив свои силы и все, что у нас было на тот момент. Первые три года всем управлял муж, а когда его не стало, я взяла на себя ответственность за управление. Я не знала, с чего начать, и два года мы держались на плаву.
Но потом пришла ты. Где-то подсказала, где-то помогла разобраться с документами, и постепенно дело пошло в гору. Возможно, это звучит глупо и даже суеверно, но ты принесла мне удачу и помогла поверить в себя. Не скажу, что не было падений и разочарований, но они были не такими болезненными, как раньше. Мои дети никогда не верили в меня так, как ты.
Я хорошо помню, как ты допоздна сидела за документами, пытаясь найти выход из сложных ситуаций. Благодаря тебе нам неоднократно удавалось избежать крупных штрафов. Я ничего не забыла.
Поэтому я и хочу узнать, почему ты решила уволиться? — спросила она, наливая чай в чашку, положив два кусочка сахара, пододвинула ее Ане и пристально посмотрела на нее, ожидая ответа.
«Надо же, она даже помнит, сколько сахара я добавляю в чай», — мелькнула мысль у Ани.
— Лидия Константиновна, я бы ни за что не уволилась с этой работы, если бы не сложившиеся обстоятельства. У нас замечательный коллектив, отличная зарплата, но я не могу остаться и, к сожалению, не могу объяснить вам причину своего решения, — произнесла Аня, опустив глаза, и вдруг замерла, услышав:
— Твой дар требует больше времени? — с легкой хитринкой в глазах спросила начальница, грустно улыбаясь.
Аня подняла голову и с удивлением посмотрела на нее, не понимая, ей показалось или она действительно только что услышала эти слова.
— Что тебя удивляет? Не смотри на меня так. Я ведь не всегда жила в городе. Все мое детство прошло в деревне. Не поверишь, но я умею доить корову, ощипывать кур и гусей, а еще и сено косить.
Недалеко от нас жила травница — добрая женщина, о которой судачили разное. Люди ведь такие. То, чего не видят и не понимают, боятся, а если случается беда, то их вины в том нет, во всем виновата ведьма: сглазила или порчу навела.
У травницы была одаренная дочка, все в город стремилась, хотела красивой жизни и от дара отказывалась. Только не складывалась у нее судьба. Дар ее ломал и на колени ставил, сильно ей досталось, пока не поняла своей ошибки. Вернулась она в деревню и стала учиться у матери. И сейчас там живет. Замуж вышла, двое детишек. Работает с людьми, хотя дар у нее и слабенький.
Я за тобой наблюдала и видела, как тебя сила крутила. Ты сама не своя ходила, словно в прострации. Непонимающие думали, что у тебя трагедия в жизни, а я знала, что с тобой происходит, но помочь ничем не могла, — она замолчала.
— Не буду отрицать. Вы правы, Лидия Константиновна. Теперь вы понимаете, почему я ухожу. Я не смогу работать в таком режиме. Меня надолго не хватит.
— Согласна, — задумчиво произнесла Лидия Константиновна и, встав, прошлась по кабинету, размышляя.
Аня взяла чашку, сделала пару глотков и зажмурилась от удовольствия. Чай был с ромашкой и мятой, как она любила, без лишних добавок. Она смотрела на задумчивую женщину, которая подошла к окну, молча стояла и смотрела вдаль. Затем, словно приняв для себя какое-то решение, она резко развернулась и сказала:
— Знаешь, давай пока не будем спешить. Ты отправляйся в отпуск, отдыхай и набирайся сил. Как вернешься, позвони мне.
Думаю, тебя устроит, если мы оформим тебя на полставки или как консультанта. График работы обсудим позже. Не думай, что я занимаюсь благотворительностью. Я прекрасно знаю, какой объем работы ты выполняешь, и думаю, что если не каждый день или по полдня будешь работать, то прекрасно справишься со своими обязанностями.
Аня смотрела на Лидию Константиновну, не веря своим ушам.
«Зря Маша ругала высшие силы, они все же заботятся о нас и помогают. Возможно, не всегда так, как мы ожидаем, но все же», — подумала Аня.
— Ну что скажешь? – спросила Лидия Константиновна. – Тебя устраивает мое предложение?
— Более чем, – ответила Аня, улыбаясь.
— Ну вот и договорились. С завтрашнего дня ты в отпуске. У тебя там еще плюс неделя за прошлый год. Думаю, этого времени тебе хватит на восстановление и отдых. А когда вернешься, мы решим, какой график работы тебе подойдет. Возможно, даже сможешь работать дистанционно. Я давно об этом думала, но все руки не доходили. Вот и появилась возможность попробовать. У сына в главном офисе уже давно есть такая практика, а я все по старинке работаю, — она усмехнулась.
— Большое спасибо. Не знаю, как вас отблагодарить, — сказала Аня, вставая.
— Да брось, — отмахнулась она. — Я не привыкла разбрасываться ценными кадрами и проверенными людьми. В последнее время текучка кадров огромная, и если я потеряю старых сотрудников, то работать будет некому.
Она села и посмотрела на Аню с некоторым замешательством.
— Что-то не так, Лидия Константиновна? — спросила Аня, немного растерявшись и насторожившись, заметив перемену в ее поведении.
— Скажи, ты можешь снимать порчу или проклятье? — спросила она.
— Проклятье я еще не пробовала снимать, а вот порчу снимать доводилось. Но ведь она бывает разной, и я не могу с уверенностью сказать, что у меня получится. Это зависит от конкретной ситуации, ведь каждый случай индивидуален, — ответила Аня, не совсем понимая, к чему клонит собеседница.
— У меня есть подруга, она мне как сестра. Она была подругой моей старшей сестры и часто бывала у нас в гостях. Когда моя сестра погибла, мы стали ближе, и она стала для меня как родная. Потом нас жизнь развела, но недавно она вернулась в родные края. Однако с тех пор у нее все пошло наперекосяк. Как будто ее кто проклял. Мне ее очень жаль. Я обращалась к нашей травнице, но она только разводила руками и говорила, что ей нужно уехать из деревни. Но куда ей ехать?
Ты не могла бы посмотреть, что происходит? У меня душа болит за нее. Я уже и по знакомым спрашивала, и даже к знающим ездила, но толку никакого. Все говорят, что нужно уезжать из дома, но не объясняют, в чем причина. Одна женщина даже приезжала посмотреть, но только руками развела и уехала, ничего не объяснив.
— Хорошо, я попробую, но не уверена, что у меня хоть что-то получится. Если даже другие одаренные не смогли помочь, то, боюсь, у меня и подавно не выйдет. Я ведь только недавно начала пользоваться своей силой, и у меня пока нет достаточного опыта в этой области.
— Ты главное попробуй, — произнесла женщина с такой надеждой и мольбой в глазах, что Аня даже слегка растерялась. Она привыкла видеть эту женщину решительной и даже немного жесткой, но сейчас перед ней был растерянный, полный надежд человек.
— Куда ехать? — спросила Аня, решив, что не стоит бояться. У нее были необходимые знания, и она понимала, что пока нет причин паниковать и бояться раньше времени.
— Я отвезу тебя, это примерно тридцать километров от города, а затем еще семь километров по проселочной дороге, — сказала Лидия Константиновна.
— Давайте тогда завтра утром поедем, — сказала Аня, вставая. — Как раз я в отпуске буду, — добавила она. — Я и так задержалась у вас в кабинете, а рабочий день только начался.
— Не переживай из-за этого, — отмахнулась Лидия Константиновна. — Пусть Светлана и Лена поработают немного. Привыкли выезжать за твой счет.
— Если ты не возражаешь, то можно поехать прямо сейчас, — предложила она. — За работу не переживай, тебе зачтут этот день. Просто у меня неспокойно на душе. Боюсь, что если затянем, то будет поздно. Ну, что скажешь?
— Хорошо, — немного неуверенно и растерянно произнесла Аня. Она не ожидала такой стремительности и напора. Однако в какой-то степени она понимала эту женщину. Когда с близким человеком случается беда, кажется, что каждая секунда дорога и есть риск не успеть.
— Вот и отлично, — с облегчением произнесла ее собеседница. — Переставь свою машину на нашу служебную стоянку. Там охрана так будет спокойнее. Я сейчас же отдам соответствующее распоряжение.
— Тогда я пойду заберу свои вещи и подожду вас на улице, — предложила Аня и, получив молчаливое согласие, вышла из кабинета.
Продолжение:
Предыдущая: