Исканян Жорж
Дорогой читатель! Хочу немного отвлечь ваше внимание от авиационной жизни, потому что эпизодов о которых я хотел бы вам рассказать еще очень много. Но моя жизнь складывалась не только из 30 лет работы в авиации, но и из многих интересных лет до неё. А чтобы не разочаровывать читателей авиаторов, скажу вам, что все это время до летной работы я являлся между прочим авиатором.
А дело в том, что в 1967 году я пытался поступить в КРАУСС, сдавая экзамены во Внуково. В школе я учился отвратительно, имея интерес и хорошие отметки только по истории, астрономии, географии и по пению. Учительница по русскому языку Любовь Ивановна удивлялась как мне удается писать диктанты и сочинения без ошибок абсолютно не зная грамматику. Она объясняла это моей хорошей интуицией.
Экзамен по литературе я сдал на четверку.
На письменной математике я поплыл. Прошло полтора часа, а мой лист был девственно чист. И тут в аудиторию зашел какой-то "туз" из гражданской авиации с широкой лычкой на погонах. Преподаватели повскакивали, волнуясь что пришел проверяющий из Министерства ГА. Тот подошел к ним, спросил, как все проходит, есть ли замечания и начал обходить ряды абитуриентов, заглядывая в билеты. Подошла моя очередь. Внимательно изучив мой билет, он незаметно спрятал его в пиджаке и пошел к выходу, сказав мне очень тихо:
- Жди и не дергайся.
Минут через двадцать он опять зашел. Дал какие-то указания председателю комиссии и опять пошел по рядам. Подойдя ко мне, он незаметно положил лист бумаги с решенными задачами и билет. Походив еще минут пять, удалился.
Оказалось, что моя мама подключила своих знакомых, а те своих и получился такой результат - 4 балла.
Я уже не помню какой был третий экзамен, но на дневное обучение я не поступил, не хватило одного балла. Поступил на заочный. Занятия были два раза в неделю, на улице Зорге, на Полежаевской, в школе. Вот так я стал авиатором. На каждом курсе я учился по два года, сдавая не спеша зачеты, лабораторные и экзамены. Отслужив в армии, я продолжил учебу, работая опять на заводе Энергоприбор. И учился я авиационном училище (уже при МИИГА) до самого диплома в 1976 году, для чего мне пришлось лететь в Кривой Рог, о чем я вам, конечно же расскажу.
Так что все рассказы, которые я вам расскажу произошли в то время когда я был уже авиатором, почему и начнем.
Изощренная месть
Я уже рассказывал вам про персонажа с завода Энергоприбор Витю Розенштейна, большого любителя лошадок, а конкретнее лошадиных бегов. (Кто не читал, найдите этот рассказ, интересно.)
Был там у меня хороший приятель Юрка Варфоломеев. Парень атлетического телосложения, симпатичный и юморной. Одно время я даже жил у него на Живописной улице.
Работая на Энергоприборе я обратил внимание, что там на грязных и тяжелых работах использовались умственно отсталые ребята, называемые в народе "дебилами". Не знаю почему. Может у завода перед псих больницей были какие-то долги, может директриса дурдома была любовницей директора завода, а может директор завода был выпускником дурки с красным дипломом, (а на такую работу даже алкаши не соглашались), но факт остается фактом - тележки с металлической стружкой и всяким мусором возили грязные, до безобразия, всегда с безумным взглядом, пронзительными воплями и криками, полу психи. Среди них особенно выделялся Толик.
Среднего роста крепыш, всегда с поднятой вверх подбородком головой, с устремленными в далекий космос, задумчивыми глазами на сплошь изрытом оспинами лице.
Он был, пожалуй, самым умным из себе подобных. Его все побаивались, т. к. Толя представлял собой спящий вулкан Кракатау, готовый в любую минуту взорваться и ухайдохать все и всех вокруг. Он возбуждался и приходил в ярость от чего угодно! То ему казалось что на него не так посмотрели, то ему ответили на пол тона повысив голос. И тогда далеко вокруг разносился ужасный, гнусавый истеричный вопль похожий на вой собаки Баскервилей:
- Ты чем недоволен, козел?
Крыть было нечем и недовольный, но напуганный козел, молчал или отвечал робко:
- Толик, да все нормально... Хочешь конфетку?
Конфеты он очень любил, поэтому только ими и спасались, таская в карманах постоянно дешевую карамель - так, на всякий случай!
О необузданной, нечеловеческой силе психов многие были наслышаны, поэтому с ним никто не хотел связываться. И правильно делали между прочим! Он шарахнет тебя по башке той же тачкой своей и ему за это ничего не будет, а ты через некоторое время уже сам будешь в Толиной бригаде тачку со стружкой возить и смотреть на всех с безумными глазами. Нет уж! Нехай себе орет блаженный, а мы лучше конфеткой откупимся...
Юрка Ворфоломеев никого не боялся! Несколько раз я в этом лично убеждался когда мы попадали с ним в довольно неприятные и рискованные ситуации. Дрался Юрка мастерски и благодаря этому, мы с ним удивительно легко выбирались из любой ситуации целыми и невредимыми.
Наш цех, где мы работали, находился на втором этаже большого заводского корпуса с левой стороны, если стоять к входу лицом. Из цеха ты выходил в большой, широкий коридор посередине которого справа были два туалета, женский и мужской. Это, если идти прямо. Для выхода на широкую лестничную площадку сразу справа были выходные двери, которые свободно отклонялись, пружиня вперед и назад. В противоположном конце коридора стоял автомат с газированной холодной водой, к которому всегда была очередь из жаждущих и страждущих.
Состыковавшись с Юркой, во время перекура мы решили освежиться холодненькой газировкой, подошли к автомату, стали в очередь и стали заигрывать с симпатичными молодыми наладчицами. Перед нами стояли человек шесть. Очередь продвигалась быстро и когда перед нами остались только две подружки появился Толик. Очевидно, оставив свою тачку внизу, он решил утолить жажду. Не обращая никакого внимания на стоявших в очереди и дождавшись когда освободится стакан Толя нагло вырвал его из рук приготовившегося пить Варфоломеева.
- Послушай, Толик, стань в очередь, как все, - вполне миролюбиво сказал Юрка, пытаясь вернуть стакан себе из рук наглого агрессора.
- Ты чем недоволен, козел? - громко и вызывающе прогнусавил Толян и стал демонстративно наливать себе воду.
Моему другу было неудобно перед напуганными девчонками, поэтому он тихо выругался:
- Долбаный псих!
Но слух у психа оказался идеальным и с криком: - Получай, козел! - он выплеснул содержимое стакана в лицо обидчику.
В одну секунду перед нами возник жуткий монстр. Из всегда приоткрытого рта потекла слюна, глаза налились кровью и были безумны.
Юрка молчал, униженный и струхнувший, как и вся очередь.
Это возымело действие на дебила. Он, увидев, что его боятся, успокоился и с победоносным видом направился в мужской туалет. Это заведение, скажу я вам, представляло из себя в те времена, отвратительное и мерзкое зрелище.
На полу, почти по щиколотку, была постоянная лужа из мочи и воды, в которой, у самого входа, плавала большая тряпка из мешковины, служащая очевидно для того чтобы вытирать ноги. Шесть изолированных друг от друга, деревянных кабинок украшали сей пейзаж.
План мести в Юркиной голове созрел мгновенно, и он метнулся к знакомому слесарю стоявшему рядом: - Дай быстро рукавицы, я тебе потом новые отдам!
Затем обратился ко мне, направляясь быстрым шагом к туалету:
- Пойдем скорее, поможешь! Откроешь дверь туалета (она открывалась наружу) и стой за ней! Не думай отпустить!
Я все сделал, как учили, еще не понимая, что он задумал.
А Юрок зашел в туалет, быстро надел рукавицы и взяв ими из лужи тряпку, тихо пошел к кабинкам. Догадаться в какой из них находился Толя было нетрудно, тот громко стонал и пыхтел за закрытой на задвижку дверью.
Народный мститель аккуратно зашел в соседнюю кабинку, взобрался на унитаз и, перегнувшись над деревянной перегородкой, увидел сидевшего в позе орла и громко мычавшего психа.
- То-о-лик, - ласково и нежно позвал Юрка.
Толик поднял свое лицо кверху и в ту же секунду на него с громким чмоком плюхнулась набухшая и пропитанная насквозь мерзкой влагой огромная тряпка.
Она плотно обняла его голову и плечи, не давая Толяну возможности сразу сообразить что это такое с ним случилось.
Варфоломеев, топая как скаковая лошадь форсирующая водную преграду, вылетел из туалета. В ту же секунду оттуда раздался жуткий вой, от которого у меня волосы везде встали дыбом. Затем послышался звук падающего в лужу тела и еще через пару секунд тишины еще более страшный рёв, напоминающий брачный крик динозавра, затем грохот выбитой дверцы кабинки и быстрое шлепанье приближающихся шагов. Я врос в дверь моля всех святых чтобы меня не заметили.
Хитрый Юрка перед тем как забежать в цех долбанул в дверь выходившую на лестничную площадку, с таким расчетом чтобы она болталась туда- сюда, создавая впечатление что кто-то только что вышел через нее.
И Толя попался на эту удочку!
Громко подвывая, с голой жопой, весь мокрый, с тряпкой на шее как бедуин, он помчался к двери, пытаясь на ходу натянуть штаны и скрылся за дверью на лестничной площадке, громко топая по ступенькам и затихая вдали.
По заводу долго потом пересказывали это представление и смеялись до слез. Юрка стал героем, но на всякий случай взял больничный.
Но скрывался он зря! Толика больше никто никогда не видел. От такой мести и нормальный человек умом бы тронулся.
Очевидно, что после такого потрясения он либо окончательно двинулся рассудком, либо наоборот - моментально выздоровел и стал соображать, и чем черт не шутит, может сидит себе депутатом двадцатого созыва и скучает по тачке...
Предыдущая часть:
Продолжение: