Есть мнение, что пролетарская революция в 1917 году задержала ликвидацию безграмотности в стране на 15-20 лет. То же, кстати, касается и электрификации. Это мнение было высказано в одной из предыдущих публикаций, и по существу возражений не вызвало. Ибо если прямое сравнение с дореволюционной Россией невозможно, – сохранение ударных «николаевских» темпов строительства школ и электростанций является лишь гипотезой, но не фактом, то сравнение темпов ликвидации безграмотности в России и других странах начала XX века проблемы не составляет. И большевики тут, мягко говоря, оказываются не на коне. Собственно, нигде в мире дело с народным образованием не шло настолько туго…
И на такого рода вылазки и происки «советчики» реагируют вопросом, а не надо ли, прежде чем советскую власть обвинять, учесть вызванную гражданской войной разруху?.. Нет, не надо. Ленин прямо говорил, что империалистическую войну нужно проиграть и превратить в гражданскую. Ленин то и другое сделал, как собирался. И каким образом в таком случае разруха, большевиками и организованная, может служить для них оправданием? На ниве народного образования советы столкнулись лишь с теми затруднениями, которые сами же себе и создали… Но, не суть.
Суть в том, что то же касается и эпичной, упорной, бескомпромиссной, – до последнего дня существования, да и после него, до сих пор, – борьбы советской власти с бюрократией. «До сих пор», это значит, что «советчики» объясняют все затруднения и конечный крах СССР саботажем или даже заговором «номенклатуры»… Почему-то недорасстреляной Сталиным… Дурное дело, казалось бы, не хитрое, но Отец Народов и такой малости не смог.
А откуда, кстати, взялась эта «номенклатура» – прослойка чиновничества с собственными интересами?
...Естественно, большевикам, коль скоро они решили напрямую управлять всеми предприятиями, обменом и вообще взаимодействием хозяйствующих субъектов, понадобились люди. Много людей, занятых в этой сфере. Причём, желательно людей компетентных, а навыки управления экономикой нельзя приобрести у станка. Естественно, пожелав управлять потоками информации и всей жизнью вообще, вмешиваясь буквально во все сферы, большевики вынуждены были выделить штаты и для решения этой задачи.
То что над производством вырастает пирамида служащих, при переходе к плановому производству было неизбежно. Но, казалось бы, что за беда? Ведь раньше заводами тоже кто-то управлял… Беду, между тем, советская власть не отрицала. Ибо с самого начала обнаружилось, что аппарат себе на уме, во-первых, а во-вторых, работает совершенно не удовлетворительно.
Может ли в капиталистической стране вообще встать вопрос, что «нужно больше рабочих и меньше клерков»? Очевидно, нет. Буржуй знает, сколько именно ему требуется управляющих и прочих работников. Как заинтересовать тех и других в результате, тоже его сугубо личная проблема.
Породив чиновничью орду, советское государство безуспешно пыталось сократить её, – безуспешно, поскольку оно само и было той самой «ордой», и выходило, что «пчёлы против мёда». Но даже не пыталось добиться заинтересованности управляющих работников. Максимум, они стремились избежать наказания, однако, поскольку наказывать должны были друг-друга сами…