Следующим утром мы как два штыка стояли возле дверей гостиницы. Олега сразу определили на кухню, а меня познакомили с горничной Олей и отправили наводить порядок в бесконечных номерах. За работой полдня просвистело только так. Ближе к обеду нас позвали за стол. Настала очередь Олега блеснуть талантом. Как мы помним, в первом сезоне друг получил работу благодаря своему волшебному борщу! Коллективу так понравился его борщ, что они проголосовали руками, ногами и ложками.
Итак, мы чинно уселись за стол и приступили к трапезе. Дочка хозяев, взрослая такая барышня спросила нас, а положить ли нам в борщ кинзу. Мы ответили согласием, чем очень удивили хозяев.
- Обычно русские не любят кинзу. Говорят, что клопами пахнет.
- Не, мы обожаем эту травку, - в голос заверили мы.
И ничуть не лукавили! Кинза всегда была у нас на столе.
Забыла уточнить, хозяева гостиницы были армянской семьей а, как известно, эта нация очень любит различную зеленушку. Олег не ударил в грязь лицом; борщ получился, как всегда, фантастически вкусный. Хозяева ели с аппетитом и довольно переглядывались. Вечером мы простились еще теплее, чем накануне и назавтра нас ждали уже с вещами. В Туапсе мы возвращались счастливые донельзя. А как же? Сразу нашли и жилье и работу! Вот свезло, так свезло!
На следующий день мы заселились в небольшую комнату, что выходила на каменную террасу-палубу. А какой вид с нее открывался! Ведь гостиница-корабль стояла на горе, и горизонт не загораживался домами. Еще раз попечалюсь, что делала мало снимков. Всегда кажется, да успеется все, успеется…
В конце террасы находилась кухня и добротные такие столы из дерева. Я представляла, как же приятно будет отдыхающим сидеть за этими столами, наслаждаться вкусной стряпней Олега и любоваться сногсшибательным видом. Я завидовала им. Я тоже хотела вот так сидеть и растворяться в природе, а не думать-гадать, хватит ли у меня сил на этот сезон. А не рухну и я посреди этой палубы как спиленное дерево? А смогу ли, выдержу?
В день своего заезда мы уже приступили к работе. Олег отправился покорять новую кухню, а мы с Олей поскакали по этажам, наводить последний лоск. Вечером хозяева сообщили новость; они должны уехать на несколько дней по очень важным делам, и мы остаемся одни. Наши обязанности - поддерживать чистоту в номерах и привести в порядок кухню. Надо признать, кухня после зимы пребывала в весьма растрепанном виде и наша задача состояла в том, чтобы привести ее чувства. На следующее утро мы были сами себе начальники. Так сказать – Халифы на несколько дней. Мы могли бы пить, гулять и предаваться разврату, но увы… не из того теста сделаны. С утра мы с Ольгой шуршали в номерах и боролись с вездесущей пылью, а потом шли на подмогу Олегу. Бесконечные кастрюли, сковородки и тарелки - все это надо было тщательно отмыть и разложить по местам. Так же навести порядок в шкафах и всю утварь распихать по своим углам. Работали мы слаженно и после трех дня шли на море. Но в гостинице всегда кто-то оставался. Или Оля, или же Олег. А я соответственно бродила по окрестностям то с другом, то с напарницей.
Чудесно-расчудесно все складывалось, но тревога меня по-прежнему не отпускала. И вот на третью ночь нашей вольницы мне приснился жуткий сон. Будто бы сижу я наверху, то ли на крыше, то ли на горе, и наблюдаю за протекающим внизу шествием. Одетые в траурные одежды люди несли гроб, а в нем высохший от страшной болезни мужчина. И мне его так жалко, будто знаю, но откуда знаю, не помню.
Вдруг в толпе замечаю моих хозяек со второго сезона в Геленджике; Раису Михайловну и ее сноху Изолину. Женщины плакали и обнимались. Я захотела подлететь к ним ближе, но сама того не желая, зависла над открытым гробом. Вот-вот чувствую, что-то жуткое произойдет, а сдвинуться не могу. А покойник вдруг шевельнулся и глаза открыл! Ох и страшен был его взгляд, не очи, а черная бездна. Омут без дна… Прямо как у Раисы Михайловны. Только ее бездной я восхищалась, а от этой мороз по коже… словно заглянула за край, куда живым нельзя бросать взора.
Проснулась я, а ужас не отпускает, рядом кружит. С утра сон Олегу рассказала.
- Вечно ты со своими снами, - настороженно произнес друг. – И к чему это?
- Еще не знаю, к чему… - ответила я. – Может у Раисы Михайловны случилось что…
- Ладно, как узнаешь, сообщишь. Лучше скажи, что сегодня делать будем? Кухня блестит… Чем заняться-то?
- Приготовь что-нибудь.
- Полный холодильник готовки, - совсем пригорюнился Олег. – Скорей бы уже сезон, а то скучно как-то. Привыкли мы с тобой пахать, а отдыхать совсем разучились, - усмехнулся невесело.
- Давай после обеда на море сходим, потом до пятерочки дойдем, - предложила я.
На том и порешили, но все вышло не так, как запланировали. Оказывается, хозяева уже приехали со сранья и ждали, когда мы встанем. А мы и не торопимся. С Олей успеем пыль погонять, а Олегу и совсем делать нечего. Какой смысл в шесть утра подрываться? Правильно, никакого, решили мы и, поднявшись в девять, не особо спешили. Не спешили, пока в дверь не постучала Оля.
- Хозяева приехали, выходите, - испуганно пропищала она и убежала.
Мы не поняли ни ее бледного вида, ни испуга пока не увидели хозяев. Армянская семейка была зла и раздражена.
- Мы приехали в шесть, а тут все спят! – принялись они нас отчитывать.
- А какой смысл так рано вставать? Гостиница пуста и дела все закончились, - на правах старшей ответила я и красноречиво обвела рукой кухню.
- А потому что вы спите, а вдруг кто чужой пролез? – совсем не подумавши, ляпнула жена хозяина.
- О том, чтобы сторожить гостиницу речи не велось, а все что оговаривалось, мы сделали.
Не ясно, по какой причине, но срывалась только хозяйка. Ее муж молчал и прятал глаза. По нашим с Олегом лицам было заметно, мы не согласны с каждым словом и считаем наезд необоснованным, а ситуацию высосанной из пальца с каким-то определенным умыслом.
- Вы нам не подходите, - зло бросила хозяйка. – Собирайтесь и уезжайте.
- Хорошо, - напустив на себя тонну спокойствия, я согласно кивнула. – Но вы украли у нас время и поэтому, взамен полагающейся зарплаты, мы просим пожить еще два-три дня, чтобы найти, куда съехать.
Эх, как я ловко ввернула, да? Знала ведь, что денег нам не дадут, а тут хоть поживем бесплатно. Конечно, нам будет неприятно встречаться с хозяевами, но мы потерпим. С этого дня снова начались поиски. Кстати, Олю оставили, но как мы узнали потом, повар Олег стал лишним, потому что на все готовенькое (на чистую кухню) уже ехали родственники хозяев, чтобы отработать сезон большой и дружной семьей. Ну да Бог им судья! Мы же помыкались, помыкались и решили ехать в Геленджик. Но сначала я позвонила Оле (другой Оле, которая из Геленджика и у которой мы жили второй сезон), и спросила, а примет ли она несчастных бедуинов и пустит ли снова в наш любимый домик на крыше?
- Да что же вы раньше не позвонили? – посетовала Оля из Геленджика. – Ладно, приезжайте, я что-нибудь придумаю!
- Завтра будем! – пообещали мы и, положив трубку, перекрестились.
- Значит, все-таки Геленджик, - задумчиво проговорил Олег. – Ну и хорошо! Я на старую работу схожу. Должны взять, они меня каждую весну зовут. Да и ты найдешь. Слушай, а может, Раиса Михайловна, поэтому и приснилась? Встретишься с ней, она тебя с руками и ногами возьмет.
- С руками и ногами-то, конечно, возьмет, - невесело рассмеялась я. – Не, я ее кошмарный график точно не потяну. Здоровье не то.
- Другое тогда найдешь. Прорвемся! – успокоил друг.
Следующим утром мы шагали с сумками к дороге, а неприветливая Ольгинка смотрела вслед и шептала, что она не виновата.
- Да мы и не в обиде, - тихо крикнула я горам.
У дороги мы вызвали такси и уехали в Туапсе, там взяли билет на автобус и рванули в Геленджик.
Без лишних трат не обошлось…
продолжение
предыдущая часть
начало