Исканян Жорж
Когда много летаешь все аэропорты в которых ты бываешь смешиваются в твоей голове в однородную массу, но некоторые стоят особняком, откладываются в памяти какими-нибудь примечательными особенностями, непохожими на другие.
Запомнился аэропорт Красноярска (старый).
Мы летали на Ил-18 в Магадан делая посадку после шестичасового перелета в этом промежуточном аэропорту для смены экипажа и отдыха чтобы на следующий день лететь дальше, до Магадана.
Аэропорт находился прямо в городе, а если учесть что и гостиница была тут же и кинотеатр "Полет", то для нас все было удобно. Здесь же в нашем профилактории отдыхали и другие экипажи из Риги, Новосибирска и других управлений ГА. По вечерам на скамейках у входа в наш отель собиралась большая толпа летного состава и было шумно и весело. Это сейчас аэропорт Емельяново находится черт его знает где от города, а тогда было очень удобно - прилетел, вышел и ты уже в городе!
Но запомнился мне этот аэропорт по другому поводу.
На самолетах Ил-18 ребята летали почти всегда третьим номером, т. е. отвечали за коммерческую загрузку. Сдав багаж и подписав багажную накладную у грузчиков проводник ждал когда снимут почту и груз, чтобы затем забрать у диспетчера грузового склада подписанную и проштампованную накладную и через служебную проходную выйти с территории аэропорта почти рядом с гостиницей. Дорога к грузовой службе пролегала через автопарк, и мое внимание привлекло необычное художественное произведение нарисованное толи на стене, толи на фанере, но размеры его очень впечатляли: метров 9 в длину и метров 5 в высоту.
Я застыл перед этим шедевром современной живописи.
Почему раньше он не попадался мне на глаза? Либо после тяжёлого перелета было не него, либо его нарисовали недавно. Картина была явно современная, взятая из жизни трудящихся. Место ее расположения было выбрано очень удачно, т. к. ни один шофер автопарка не мог прошмыгнуть мимо на своем транспортном средстве не увидев эту хватающую каждого водилу за его израненное алкоголем и табаком трепетное сердце, душещипательную картину.
По стилю изображения и написания явно чувствовалась рука большого мастера что-то среднее между Глазуновым и Пикассо, а кое где можно было даже разглядеть Кукрыниксов.
На переднем плане художественного произведения стояла простая русская женщина в простом летнем платьице, очевидно мать, т. к. у нее на руке, приобняв детской ручкой за шею сидело одетое в детский сарафанчик дитё, наверное, женского пола, потому что из-за головы торчали две озорные косички. Головка у дитя была явно великовата, что говорило о тяжелом недуге поразившем ребенка. Хотя о том, что это ребенок можно было сказать с большой натяжкой. На вид, девочка тянула лет на пятьдесят.
Очевидно - гермафродит, подумал я и слезы сами подступили к глазам.
Лица мамы не было видно, она стояла ко мне спиной с поднятой вверх правой рукой зажавшей пальцами грязноватый платок (очевидно мужа).
Первое впечатление было о том, что она голосует у дороги чтобы свалить скорее из этого автопарка, а может, судя по болезненному выражению лица существа на руках, пыталась добраться до ближайшей больницы.
Страшная мысль мелькнула в голове: А вдруг это вовсе не дочь у нее на руке, а заболевшая страшным недугом ее родная мать! И вот несчастная женщина, с матерью на руках мается у дороги. Мне уже становилось плохо от дурных мыслей, когда я увидел к моему облегчению кому она подавала знаки внимания.
На дороге, изображенной на картине виднелся грузовик, очевидно удаляющийся, потому как виден был только его задний борт и сдвоенные задние колеса с четким протектором на резине.
Очевидно, грузовик остановился, - догадался я.
Увидев выглядывающую из-за кузова, из кабины, голову водилы я невольно вздрогнул. Голова смотрела в нашу с женщиной, сторону. Она была размером с кабину (очевидно, чтобы было лучше видно) и улыбалась загадочной улыбкой, смысл которой художник предоставил решать зрителям.
Дочка вся в него, - подумал я, - и улыбка такая же жуткая, и головка крупная, и глаза раскосые. Наверное, оба переболели рахитом. Но то что картину рисовал татарин или казах - это однозначно. Вспомните скульптуры Ленина в азиатских республиках. Все на одно лицо - вылитый Ченгис Хан!
В любой картине нужно додумывать замысел художника: что он хотел сказать, выразить, своей мазней?
Вот и я стал предполагать: зачем это шофер остановился? Что он такое хочет сказать, судя по всему, своей жене? Может вспомнил, что платок забыл и увидев его в ее руке дал по тормозам? А может наболело у него в душе́ и он, притормозив, высунулся и крикнул им любя:
- А пропадите вы все пропадом! Меня не ищите...
И тут я увидел в чем смысл этого шедевра художественного искусства. Вверху, неровными, разными по размеру буквами, было написано: - Я хочу шофёр, чтоб тебе повезло!
Интересно, эта картина до сих пор там?
Предыдущая часть:
Продолжение: