Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Вслед за мальчишкой Андрей прошел по деревне под взглядами жителей. «Окули», одетый в темные свободные штаны и красную рубаху, с распущенными длинными седыми волосами (голову перехватывала красная лента с вышитым золотыми нитями узором), встретил его на краю деревни. Подбежавший мальчишка что-то произнес, показав пальчиком на Андрея. «Окули» потрепал мальца по волосам и сунул что-то в руку. Кивнув, сверкая босыми пятками, мальчишка побежал к домам.
— Здравствуй! — «Окули» приложил руку к сердцу и поклонился. — Идем…
Мужчина, не дожидаясь ответного приветствия, развернулся и направился вглубь темного леса.
Андрей качнул головой, поправил ремень кофра и двинулся следом. Уже через пару десятков шагов наступил полумрак. Кроны высоких деревьев сомкнулись, не пропуская солнечного света. Ноги тонули в мягкой почве, покрытой густым упругим слоем опавшей гниющей листвы; кое-где сквозь естественный ковер виднелись корни деревьев. Липкая духота обволакивала, рубашка мгновенно стала мокрой. Андрей, медленно двигаясь, всматривался в сплетения лиан, деревьев и кустов, между которыми мелькала красная рубашка.
Деревня исчезла из вида, вокруг царили полумрак и духота, воздух был пропитан гнилостным запахом. Идущий впереди остановился, и следом Андрей вышел на небольшую темную полянку, на которой стояла старая плетеная хижина, покрытая банановыми листьями.
— Тебя ждут, — «окули» показал на вход в хижину, прикрытый темной тканью с вышитым замысловатым узором.
Постояв минуту, Андрей шагнул к входу, отодвинул ткань, пригнулся и вошел. На сухом земляном полу вдоль стен была расставлена старая глиняная посуда различных размеров, наполненная травами и какими-то порошками; справа на стене закреплены пожелтевшие черепа животных. Посередине размещался очаг, сложенный из камней, в котором тлели угли. Напротив, на коленях, сидел сухой старик в темной рубахе и штанах, с длинными, спадающими на землю седыми волосами, перехваченными темной тканевой лентой. Бесцветные внимательные глаза словно ощупали вошедшего. Старик молча вытянул костистую руку, приглашая присесть по другую сторону очага. Сняв кофр с плеча, Андрей опустился на колени, сев на пятки. Полог отодвинулся — в хижину вошел «окули», произнес что-то на непонятном языке, поклонился.
Старик, шевеля губами и глядя на Андрея, провел рукой над тлеющими углями. Появился тонкий дымок; старик покрутил рукой — дым стал гуще, скручиваясь в спираль, обвил, словно змея, его руку. Сжав пальцы в кулак, старик что-то произнес — дым соскользнул с руки и потянулся к Андрею, но, словно испугавшись, отпрянул, закрутившись, и опал.
Бесцветные глаза вперились в Андрея, губы старика вновь зашевелились; сжатая в кулак рука застыла над углями, пальцы разжались, бросив смесь трав. Языки пламени взметнулись, лизнув руку… Губы старика продолжали шевелиться; чуть прикрыв глаза, он начал раскачиваться, издавая монотонный звук. Пламя поднялось, заплясало, словно в танце. Тональность звуков изменилась — пламя очага потянулось к Андрею. Продолжая сидеть, молодой человек протянул руку — пламя лизнуло ее и закрутилось вокруг ладони. Голос старика достиг высокой ноты, и в то же мгновение пламя соскользнуло с ладони Андрея, метнувшись к сидящему напротив. Старик отшатнулся, быстро что-то произнес — и пламя спряталось в тлеющих углях. Бросив горсть трав, старик вновь затянул речитатив на непонятном языке с одной тональностью. Из углей поднялся черный дым, закручиваясь спиралью, потянулся к Андрею, но, словно натолкнувшись на стену, остановился, начал расползаться, скрыв сидящего старика. Дым собрался в шар, раздался рык — и дым рассеялся…
Старик рывком поднялся, не сводя взгляд с Андрея, поклонился в пояс, прижав руку к сердцу.
— Здравствуй, брат из далёкой северной страны! — старик произнёс на хорошем английском. — Мне сказали, что в тебе есть сила… Прости, я не должен был сомневаться. Наши «сукья» (шаман) и «окули» (верховный шаман) не обладают такой силой, как ты. Ты повелеваешь волками, тебя хранит Матушка Земля…
— Волки — мои друзья… Нельзя повелевать свободным народом, — по-английски произнёс Андрей.
Старик замолчал, рассматривая Андрея, обдумывая услышанное. Воцарилась тишина. Старик вновь поклонился.
— Ты — воплощение Синслакадаванка (бог мудрости у индейцев мискито).
— Нет, ты заблуждаешься… Я журналист, — Андрей поднялся, подхватил кофр, набросил ремень на плечо. — Прости, что спрашиваю… Кто ты?
— Все называют меня «ласа»… Тот, кто говорит с духами трёх миров. Простым «сукья» и даже «окули» это недоступно. Не уходи… — старик обошёл очаг, в его руке появилась тёмная лента с расшитым золотом узором. — Возьми, носи при себе, можешь просто в кармане. Покажи эту ленту в любом племени мискито — и тебе всегда примут как почётного гостя и окажут помощь. А если наступит момент, когда твоя жизнь повиснет на волоске, сожги ленту. А если не будет возможности, разорви узор в трёх местах — помощь придёт мгновенно…
— Какая помощь? — Андрей, взяв ленту, всмотрелся в узор.
— Ты поймёшь… — старик улыбнулся.
— Спасибо! — приложив руку к сердцу, Андрей поклонился. — Прости, мне нечего тебе подарить…
— Твой приход уже подарок… — улыбнулся старик, повернулся к «окули». — Иди в деревню, скажи «Тайакану», что всё сказанное этим человеком в прошлую встречу было произнесено искренне, он желает нам добра. Если приехавший из Манагуа согласен с этим, то с ним надо договориться…
— Всё передам, «ласа», — «окули» поклонился и вышел из хижины.
— Поможешь мне дойти до деревни? — старик чуть наклонив голову, посмотрел на Андрея.
— Почту за честь! — Андрей склонил голову.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today. Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.