Малоизвестный, неинтересный и совершенно никому не нужный блогер по-прежнему, даже спустя год после смерти остается настолько опасным, что серьезными преступниками признаются и те, кто просто рассказывал о нем. Не будем подробно останавливаться на этом, давно и не нами подмеченном и уже вполне тривиальном противоречии. Поговорим о другом – о том, почему люди делают то, что они делают, даже когда все вокруг указывает на то, что делать это как максимум плохо, а как минимум – нецелесообразно.
Тут тоже никаких особо новых открытий не сделаю, конечно – уже много писала и о системах зла, как таковых, и о том, как именно люди становятся их действенными участниками. Надо бы давно сделать отдельную подборку этих статей, чтобы одной ссылкой отвечать на эти время от времени возникающие вопросы, да все руки не доходят.
Да, объяснить их поведение можно довольно просто – было довольно просто три или два года назад. Но вот почему они делают это сейчас, в текущей весьма турбулентной уже и для них ситуации – это меня сильно занимает. Даже несмотря на то, что статус кво для многих их коллег и единомышленников все больше и больше перестает быть незыблемым, несмотря на то, что главный источник зла все меньше и меньше демонстрирует вероятность собственного бессмертия, они совершают поступок, который и в их, хотя бы сугубо профессиональной системе координат, не может считаться хоть мало-мальски нормальным и справедливым.
Они знают, что мы знаем, что они знают – и все равно делают, и все равно рука не дрогнет. Мало им сердечка из рук – они теперь и красную помаду сделают символом, по которому мы, как первые христиане в Римской империи, будем распознавать своих, за нами не заржавеет. Глупо, малополезно, недальновидно и главное – зачем?
Ну затем, во-первых, что они это все так же делают не сами. Там, где это придумывается, уж так сильно свербит, как и у Нерона, наверно, не свербило. Там все очень плохо, очень страшно, очень безвыходно – и поэтому кажется, что можно все. Скидка после покаяния не выйдет, точка невозврата пройдена не одно десятилетие назад – и надо успеть сделать как можно больше зла, чтобы ни один день не пропал впустую. Если это не агония, то что-то уже сильно похожее на нее.
Второй хорошей для нас новостью является до предела убогий инструментарий, все тот же скудный набор расправ и мучений, в котором давно не угадывается никакой способной нас удивить фантазии. Привести в ярость, возмутить, ужаснуть, вызвать отвращение – да. Поразить и привести в какой-то особый шок – давно нет. Мы как будто сами прошли эту точку невозврата, за которой осталось это наше изумление. Это зло остается жестоким и страшным, но становится предельно убогим и скучным – и именно с этого, как гласит нам любимая некоторыми моими подписчиками история, и начинается его поражение.
Послушные винтики системы зла делают то, что они делают, потому что давно перестали получать адекватный фидбэк, видеть и оценивать свои действия со стороны. Запершись в своем тесном и искаженном информационном пузыре, они и понятия не имеют о реальном положении дел. Нервная система этого чудовищного организма отмирает и не доставляет сигналы о неполадках к мозгу. Неудивительно, впрочем – ведь он сам столько лет эту нервную систему уничтожал. Мир меняется, а они живут по старинке, всерьез рассчитывая на то, что будут так жить всегда.
Но навсегда ничего не бывает – и на них, сделавших это открытие рано или поздно, будет чрезвычайно любопытно посмотреть. И, возможно, где-то в глубине души они это понимают, расправляясь именно с теми, кто смог бы в будущем нам их с этой малопривлекательной стороны показать.