Павел утром успел позвонить деду с бабушкой, рассказать им о своём дебюте и узнать последние новости. Как выяснилось, сталкеры не унимались, продолжая устраивать разведку боем и лезть на территорию Лидиного дома. Один настолько оборзел, что потребовал у ремонтирующего крышу деда отчета, что тот делает на чужой половине. В ответ дед сначала выдал заготовленный вопль: мол, соседи померли, а мне что, теперь из-за них жилья лишаться? А когда парень продолжил качать права, выясняя, где живет Лида, то едва не словил молоток от осерчавшего деда с одновременным обещанием вызвать полицию. Так что теперь в планах старшего поколения значилась не только крыша, но и качественный соседский забор. Судя по задору, с которым дед обо всём этом рассказывал, ему эта ремонтно-осадная эпопея была только в радость.
Обедали в банкетном зале ресторана при гостинице, закрытом ради них на спецобслуживание. Изначально Мартынов хотел подсесть за стол к музыкантам, но там уже было занято. Поэтому он отправился за небольшой столик на двоих.
Буквально через полминуты у него появилась соседка. Ванесса, будь она неладна.
— Не возражаешь? — осведомилась она, явно не предполагая отказа.
Проклиная свою мягкотелость, Павел неопределенно пожал плечами: мол, тебя никто не гонит, хочешь — садись.
Конечно же, промолчать она не могла, да и не собиралась.
— Ну как тебе в роли супер-звезды? — поинтересовалась она. — Вряд ли ты раньше хоть раз выступал перед таким количеством зрителей.
— Почему же? — хмыкнул Мартынов, припомнив сборный отчетный концерт музыкальных школ его района, когда кое-кому из припоздавших родителей в зале не хватило места, и им пришлось стоять возле стен и за последним рядом кресел.
— Кстати, а как тебя по-настоящему зовут? — не унималась Ванесса.
— Для тебя — Фёдор, — Павел не поддался на провокацию.
Его настоящее имя здесь знали только Фимыч и Подгорная, но они оба держали язык за зубами, и при всех обращались к нему, как к Фёдору, условившись об этом ещё несколько дней назад. Игорь Серафимович сказал, что так вероятность их разоблачения будет куда ниже, и ребята с ним согласились. Так с чего бы вдруг делать преференции для Ванессы?
— Да ладно, — махнула рукой бэк-вокалистка, — здесь все свои. Где тебя, кстати, нашли?
— Выиграл конкурс двойников, — Мартынов в упор посмотрел на твердолобую девицу недобрым взглядом, всячески давая понять, что ему эти расспросы неприятны, и отвечать на них он не собирается.
— Ого! Не знала, что Жаркий озаботился поиском дубля.
— А он никого в этот процесс не собирался посвящать. Даже старожилов группы, к которым ты не относишься, — подпустил шпильку Павел, с плохо скрытым удовлетворением отметив, как скривилась собеседница. — И да, для всех я и есть тот самый Фёдор Жаркий. Не забывай, пожалуйста. Мне-то что? В следующий раз замечание тебе сделаю уже не я, а сценический директор. А может и не сделает, а просто оштрафует?
Ванесса надулась, и некоторое время их трапеза продолжалась в долгожданной тишине. Но когда они уже перешли к десерту, певица предприняла вторую попытку разговорить Павла. На сей раз её интонации были заискивающими, она разве что не мурлыкала. Видимо, сообразила, что изначально выбрала неверный тон общения, и лихорадочно пыталась отыграть назад.
— Ты, кстати, молодчина. Ещё вчера хотела тебе об этом сказать.
— Так что ж не сказала?
— Да вокруг тебя народ постоянно крутился, — бодро соврала Ванесса. — А потом ты заснул быстро. Не хотела тебя будить.
— Мне показалось, ты раньше меня отрубилась, — включив режим зануды, прокомментировал её слова Мартынов. — Мы ещё из города выбраться не успели, а ты уже выключилась.
— Да? Не помню. Я вчера устала под конец, — не стала спросить с ним певичка. — Всё-таки первый концерт в туре, это всегда тяжело.
Но тут десерт закончился, и Павел, не став дожидаться продолжения, удрал к себе в номер. Номер, кстати, был двухместный, там же жил и Фимыч. Ночью он заверил Мартынова, что практически не храпит, поэтому помехой для отдыха не станет. А вот от назойливых поклонников, если таковые объявятся, спасет.
Игорь вошел в номер десятью минутами позже.
— Ну как, — весело поинтересовался он у Павла, — я был прав насчет Ванессы? Пытается к тебе без мыла в душу влезть?
— Пытается, — не стал отрицать Мартынов. — Но пусть даже не мечтает. Во-первых, мне не до неё. А во-вторых, она мне не нравится.
— А если бы нравилась?
— Тогда был бы другой разговор. Но в целом я предпочитаю на работе личными делами не заниматься. Потом проблем не оберешься.
— Ценное наблюдение, — отозвался Фимыч, но произнес он это так, что в его голосе Павлу почудилась скрытая насмешка. — Кстати, отец тобой очень доволен. Я смог переслать ему несколько номеров из твоего выступления. Он был в полном восторге. Проверь телефон, думаю, он наверняка тебе что-нибудь написал.
Мартынов послушно достал мобильник. Ну да, так и есть. Очередная фотография от папы, где он показывает большие пальцы, широко улыбаясь во весь рот. И подпись: «Ты — самый лучший, так держать!»
Авантюра во спасение. Часть 21
Мой личный канал писателя: https://t.me/romanistca
#сентиментальный роман #авантюрный роман #юмор #приключения #седлова