Уже через пару дней - Новый, 2024 год, самое время подвести итоги и проверить, нет ли долгов, и закончить незавершенные дела и темы. Из таких у нас - история с действиями подводных лодок Кригсмарины на Черном море в годы Великой Отечественной войны. Предлагаю вспомнить материалы талантливого и известного автора работ по тайнам подводной войны Петра Владимировича Боженко и завершить данную тему. Начало "истории" можно прочитать ЗДЕСЬ и ТУТ
Окончание.
Как ранее мы выяснили, после небольшого периода адаптации на новом ТВД немецкие подводные лодки начали добиваться успехов, заставив советский Черноморский флот серьезно заняться организацией противолодочной обороны и защитой своих коммуникаций. Мы уже отметили, что успехи в борьбе на советских коммуникациях позволили одному из командиров немецких "каноэ" получить Рыцарский крест. И даже если учесть, что не все атаки были успешными и такими как об их результатах докладывали немецкие подводники, то им было чем похвастаться.
Так, по докладам командиров лодок результаты походов оказались следующими. 30 июля командир подводной лодки U-24 Петерсен добился двух попаданий в 7886-тонный танкер «Эмба». Это судно еще 29 января 1942 года был очень серьезно поврежден прямым попаданием крупной бомбы в порту Камыш-Бурун, и наконец в мае 1943-го был отбуксирован на рейд Сухуми, где использовался в качестве плавучей емкости.
И вот теперь судно вновь получило большие разрушения. Что характерно, фактически немцы добили почти все суда приведенные на отстой в Сухуми. Они часто использовали этот порт как объект атаки - очень "удобно", не надо искать суда в море и перехватывать их - достаточно было подойти к Сухуми и выбрать удобный момент.
А вот до следующей крупной победы немецких "U-ботов" пошла череда побед против «тюлькиного флота», как называли сами черноморцы такие плавсредства.
Как было сказано на одном интернет-ресурсе: "Таким несколько ироничным прозвищем моряки наградили многочисленные соединения мобилизованных гражданских судов, активно применявшихся в годы Великой Отечественной войны для решения различных боевых задач. В их числе были вооруженные буксиры, грузовые шаланды, пассажирские прогулочные катера и, конечно же, рыболовные суда - шхуны, сейнеры, мотоботы, баркасы. Увидев этот «флот», писатель и военный корреспондент Леонид Соболев сказал: «Удивительное сборище водоплавающих храбрых малюток!»
В августе 1943 года подводной лодкой U-24 были потоплены буксир и два десантных бота. А 30 августа, как пишет П.Боженко, произошел первый на Черном море бой немецкой подлодки с надводным кораблем. После потопления «Джалиты» в море вышел на поиск врага сторожевой катер СКА-0132. Так сложилось, что бывший пограничный катер ПК-139 являлся первым и последний кораблем типа МО-4, который как «пограничник» имел на борту только глубинные бомбы и два крупнокалиберных пулемета.
В 20.55 он обнаружил U-18 на поверхности, глубинные бомбы оказались бесполезны, а вот Фляйге моментально открыл огонь из 20-мм орудий и весьма точно. По данным П.Боженко, очень серьезно поврежденный «охотник» с трудом смог вернуться в Сухуми, и хотя до мая 1944 оставался в составе флота, к боевой службе оказался не пригоден и числился в ранге плавсредства. Редкий результат в дуэли подлодки с охотником. По одной из версий (немецкие данные), катер получил несколько попаданий, но лодку ослепили прожектором с берега, и атака была прервана. Может просто стало темно на море, вечер как никак.
В то же время надо отметить, что это данные "немецкой стороны", и в этой истории не все ясно, по крайней мере мне. По данным справочника С.С.Бережного СКА-0132 (тип МО-4) летом 1943 года только был спущен на воду и вступил в строй осенью 1943 года, а 14 декабря включен в состав ЧФ. Так что встреча в августе 1943 года с U-18 маловероятна.
Но в том же справочнике С.С.Бережного можно найти другой СКА-0132 (тип МО-1), который был заложен в 1934 году, вступил в строй уже в 1935 году, и был включен в качестве ПСКА в состав 2-го ЧОПС МПО НКВД Черноморского ПО. В июле 1941 года этот катер вошел организационно в состав ЧФ, и вот он действительно был вооружен 2-12,7-мм пулеметами, 2 бомбосбрасывателями и 1КАТ. И что интересно, у ережного отмечено, что с 31 августа 1943 года по 7 мая 1944 года использовался "в качестве плавсредства", значит что-то было не так.
В тоже время по данным диссертации Д.Н.Тихонова этот катер, согласно данных ЦВМА: " В IV квартале 1943г. дивизионы пополнились катерами типа ОД-200 и МО-4. При этом в 1-й Краснознаменный Новороссийский ДСКА вошли 8 катеров типа ОД-200: СКА-011, -021, -041, -051, -061, -071, -0121, -0131. 2 ДСКА пополнился 2 катерами типа ОД-200: СКА-092 и СКА-112 и пятью катерами типа МО-4: СКА- 012, -032, -042, -0122, -0132 и 1 катером типа МО-2: СКА-062."
В той же работе отмечено: "СКА-0132 отконвоировал 3 транспорта, отразив при этом одну атаку; авиации противника. Эскортировал одну канонерскую лодку. С 21 по 23 января находился на позиции дозора для обеспечения ПЛО, ПТО Туапсинской ВМБ. Имел один выход в район Туапсе -Сочи для поиска и уничтожения плавающих мин" (предположительно в 1944 году?).
Правда точных данных о встрече с немецкой субмариной этого катера нет.
Тем временем, в сентябре U-18 потопила шхуну около Туапсе, а U-20 20 сентября установила 9 мин ТМВ у Поти и потопила у Анапы баржу 30-го сентября. В октябре: немцы заявили о потоплении танкера (U-18), катерного тральщика (U-24), еще одного танкера в районе Сочи (U-9), и двух пароходов и рыболовного судна (это, вероятно, атаки по «Ахиллеону» и T-486) (U-23). В ноябрь U-18 потопила танкер и пароход. Сложно сказать насколько перечисленные победы действительно имели место.
Кстати, 18 ноября Фляйге частично реабилитирует себя за ранний доклад, в тот день он встретил танкер «Иосиф Сталин», который еще в июне уже "почти потопил".
На этот раз "Иосиф Сталин" совершал переход из Туапсе в Батуми около Лазаревского, и в этот раз командир немецкой субмарины не промахнулся и попал двумя торпедами в правый борт, ближе к носовой части судна. Вероятно, танкер был или дегазирован или наполнен морской водой вместо балласта, поэтому не взорвался, а сбросив ход до 6 узлов вернулся в Туапсе, больше до конца войны он в море не выходил. Так же считается, что достоверно можно подтвердить потопление еще одного "морского охотника" - СКА-088. Бывший пограничный катер ПК-100 типа МО-4, вышел из Гагр на поиск подводной лодки. Обычный рядовой поиск закончился 31 октября всего в 6 милях от порта, взрывом торпед, выпущенных U-24. Весь экипаж катера погиб.
Конечно, что-то из этих донесений возможно и правдиво, но никаких кораблей и судов значительного размера потоплено не было. Правда есть не подтвержденное упоминание о гибели, во второй половине 1943 г. танкера «Москва», от торпеды подводной лодки, но это требует дополнительного уточнения. Всего за 1943 год немцы прошли 71636 миль над- и под водой, как уже упоминалось выпустили 63 торпеды. Они "насчитали" себе 12 потопленных пароходов 29300 брт и 4 боевых корабля, еще два парохода, по их мнению взорвались на поставленных минах. Вероятно не плохой результат, особенно в сравнении с их румынскими и итальянскими союзниками.
А вот новый, 1944 год принес уже победы по-значительнее, уже в январе удалось добиться крупного достижения, причем за счет технических новинок.
В 13.05 16 января 1944 года из Батуми вышел советский конвой: танкер в охранении четырех базовых тральщиков и девяти сторожевых катеров. Около мыса Aнакрия на подходах к Поти в 18.45 обер лейтенант Графтен (U-20) выстрелил одну торпеду по танкеру. Торпеда точно навелась на шум винтов и поразила машинное отделение одного из самых больших на Черном море танкеров «Вайян Кутюрье».
Вспыхнул пожар, откачивать воду было нечем и танкер медленно садился кормой в воду, затем перевернулся вверх килем и затонул через 11 часов после атаки, утром 17 числа. Глубина в месте атаки оказалась около 50 метров, поэтому, в следующем году судно подняли. Погибло 3 человека в машине. Данная атака показала, что наличие акустических торпед у подводных лодок позволяло стрелять издалека, не прорывая линию охранения, очень мощного, но иногда бессильного.
В том же месяце (23 января) командир U-3 донес о потоплении танкера и парохода. В феврале 28-го числа проведена последняя немецкая минная постановка у Поти: U-20 поставила 10 мин ТМВ. А до этого командир U-18 (все тот же Фляйге), вероятно отличавшийся особо богатой фантазией, выстрелил торпедный залп внутрь Батумской гавани в тот момент, когда противоторпедная сеть оказалась разведенной и наблюдал потопление парохода в 1500 тонн. В апреле U-23 донесла, что расстреляла малый тральщик, а Фляйге, по его словам, около Геленджика выстрелил три торпеды по буксирному каравану и сообщил, что после трех попаданий один буксир был точно потоплен, один поврежден, и еще один вероятно поврежден. Даже не знаю насколько оправдано было тратить акустические торпеды на буксиры (если это были акустические), если же торпеды были обычными - то факт попадания трех торпед по трем мелким целям одновременно вызывает недоверие.
В мае 1944 года лодки 30-й флотилии резко активизировали свои действия, и для этого были свои основания. За две недели до этого, 18 апреля 1944 года началось общее наступление советских войск, и немецкие лодки старались в любой мере проявить свою активность и как можно большее число кораблей и самолетов оттянуть на себя. За этот месяц пять подводных лодок донесли о десяти атаках. Из них упомянуты выше повреждение СКР, а также потопление 29 мая буксира «Смелый» (капитан Е.К.Щуров) у Сухуми, причем командир U-23 возвел его в ранг танкера, хотя водоизмещение буксира 71 т.
Для справки: 29.05.1944 г. буксир "Смелый" и шхуна "Арабат" в охранении двух сторожевых катеров и речного тральщика вышли из Очамчиры в Сухуми. В 13 ч 55 мин в районе Бабушеры "Смелый" был атакован немецкой подводной лодкой U-23, выпустившей по нему две торпеды. От попадания торпеды буксир затонул в точке 42°52' с.ш., 41°04' в.д. Вторая торпеда взорвалась на берегу. Из 17 человек команды было спасено 6. Два сторожевых катера сбросили бомбу на предполагаемое местонахождение подводной лодки.
В этот период немецкие "каноэ" начинают атаковать торпедами и артиллерией рыболовные суда. Так 5 мая U-9 расстреливает рыбачий катер, 24 мая оставшаяся неизвестной лодка дает торпедный залп по рыбачьим катерам, но торпеды вылетают на берег, где и взрываются. Если раньше еще были сомнения, но в данном случае, при любой ситуации торпеды стоили наверняка больше чем предполагаемая «добыча».
25 мая 1944 U-9 доносит о потоплении катера типа МО у Сочи, на другой день такой же доклад приходит от командира U-24 от Батуми. По крайней мере одно из этих донесений реально.
В ночь на 13 мая от торпеды U-24 погиб дозорный охотник МО-376 «Бузулукский комсомолец» (тип "ОД-200"). Новый катер только в апреле вступил в строй (7 мая включен в состав ЧФ), наверное морякам не хватило опыта, все они погибли, за исключением одного.
Активность не прошла для подводных лодок Кригсмарине совсем безнаказанно. 27 мая U-24 в районе Поти теряет в боевом столкновении одного убитого и двух раненых; это войдя в азарт ее командир, обер-лейтенант Ланд-Хайен попытался расстрелять 20-мм пушками сидящий на мели патрульный корабль (вероятно, катер МО). Это были единственные потери в море среди личного состава 30 флотилии. В июне за рыболовные катера берутся более серьезно, а до этого в последний день мая новый командир U-18 Арендт торпедирует буксир. Спрашивается, и не жалко им было торпед?
Но нельзя считать, что для немцев все эти походы "были легкими прогулками". Тот же Рудольф Арендт (командир U-18, U-23 года) писал: "Лодки были спроектированы на хорошие две недели с максимум 15 членами экипажа. Но в Черном море лодки находились в море в течение 30 дней в среднем с 30 людьми. Особенно утомительно было в долгие летние дни. Нырнуть нужно было самое позднее в половине четвертого утра, и нельзя было явиться раньше 22:00... К вечеру в маленькой лодке бывало израсходовано столько воздуха, что команда уставала и делалась апатичной".
2 июня командир U-23 Вален встречает около Поти такой рыболовный катер, что становиться жалко на него не только торпед, но и снарядов и его топят ручными гранатами, сняв весь экипаж из 3 человек. Скорее всего это местные жители пытались поймать рыбы себе на обед. На другой день U-23 встречает катер МО и, конечно, стреляет торпедой и доносит о потоплении незамедлительно.
А затем наступает «звездный час» обер- лейтенанта Графтена на U-20. С середины 1943 года несколько советских транспортов встали на линию Батуми - Трабзон (Турция). Из Турции вывозились медикаменты, поставляемые туда союзниками. По требованию турок все вооружение с судов снималось. Наши корабли конвоировали транспорты до кромки турецких территориальных вод и там же встречали. Немцы знали об этих походах и несколько раз ходили к Трабзону, но только19 июня добились результата. В тот день из порта вышел черноморский «ветеран» 1810-тонный пароход «Пестель» (бывший «Великий Князь Алексей»). Его хорошо видели с кораблей конвоя, которые как и положено ждали в 3 милях от берега. Командир U-20 Графтен не стал ждать и выстрелил 2 торпеды в нос транспорта в 2,5 милях от берега, хотя возможно он стрелял из нейтральных вод. 54-летний пароход утонул почти мгновенно, в точке 41°03' с. ш. 39°42' в.д., на его борту погибли 18 человек, 48 членов экипажа удалось спасти. Пароход "Пестель" лежит на глубине около 100 м.
На обратном пути Графте около Адлера встречает 4 моторные лодки и расстреливает их артиллерией (все водоизмещение потопленной «флотилии» даже, по расчету немецкого командира - 15 тонн). По нашим, данным в тот день погиб только десантный бот №29.
Завершает месяц Оленбург на U-19, выстреливший торпеду по буксиру с баржей - это случилось 27 июня около Туапсе. Речь идет о барже без названия, которую буксировал у правого борта буксир «Вежилов». После взрыва торпеды баржа мгновенно затонула, погибли 4 моряка.
После «подводного наступления» мая и июня наступает тишина на море. В августе все тот же неугомонный Фляйге старается показать, что крест Рыцаря ему дали не зря. 4 августа он доносит о попадании в пароход и патрульный корабль, 11 августа – еще в один пароход, а затем - о торпедировании катера МО у Поти. Больше ни одна лодка ничем похвастаться не может.
К лету 1944 года подлодки базировались уже только на Констанцу, и советское командование наконец решило покончить с этим подразделением Крисмарине. После освобождения Севастополя была проведена тщательная подготовка воздушного рейда на Констанцу силами ВВС Черноморского флота и 20 августа 1944 года этот рейд состоялся. В нем было задействовано 317 самолетов, из них 203 ударных. Для удара по месту базирования подводных лодок была выделена специальная группа в несколько десятков машин. В целом, удар можно считать удачным: военно-морская база получила очень большие повреждения, а немецкая 30-я флотилия в тот день уменьшилась на половину: U-9 получила попадание крупной бомбы и затонула прямо у причала; U-18 и U-24 были повреждены и затоплены на рейде Констанцы. Для подводных сил Кригсмарине на Черном море начиналась агония.
В тот день, когда пошли на дно две лодки, в последний на Черном море боевой поход пошла U-19. Она так и дежурила у Констанцы, ожидая появления советских кораблей, туда же подтянулись две остальные лодки U-20 и U-23. В ночь на 1 сентября U-23 пользуясь тем, что практически охраны рейда еще нет прошла в порт и выстрелила залп по стоящему у стенки румынскому эсминцу «Реджеле Фердинанд» и по пришвартованному рядом с ним танкеру, поврежденному бомбой еще в августе. Танкер «Ойтуз» немедленно затонул, а остальные торпеды попали в топливный причал, вызвав сильный пожар, в котором едва не сгорели накануне пришедшие сюда полтора десятка советских торпедных катеров.
А вот на следующий день, как упоминалось, ранее погиб БТЩ-410. В это связи представляется странным, что 2 сентября румынский минзаг "Адмирал Маржеску" "ассистирует" немецкой U-19 при атаке на советские корабли. Здесь надо отметить, что и после этой даты лодки пытались проводить атаки, но успеха они не имели.
К 10 сентября общая ситуация на море и суше для немцев стала просто безнадежной; из войны вышла Болгария и Pумыния. В результате оставшиеся «бездомными» три лодки - U-19, U-20, U-23 были затоплены в тот день у анатолийского побережья Турции, недалеко от Босфора, а их экипажи интернированы.
Итак подведем итоги.
По советским данным от подводных лодок на Черном море погибло 1,5% боевых кораблей, и 2,5% транспортных (по другим данным 6,6%). Возможно эта цифра не далека от истины, если учесть, что большинство крупных транспортных судов пораженных торпедами, позднее поднято с грунта. В ходе боевых действий лодки неоднократно попадали под удар самолетов и кораблей, но ни одна из них не была потоплена и все до самого последнего момента продолжали выходить в море.
Сильнее всего пострадала U-18, когда 25 апреля 1944 ее обстрелял из пушки и пулемета свой самолет «Бломм унд Фосс - 138». На рубке этой лодки красовалась персональная эмблема - большая красная звезда, которую раскалывает торпеда. В свеженакрашенную звезду и прицелился немецкий «противолодочник», довольно сильно продырявив ее. Несколько раз в море встречались советские и немецкие лодки, но все встречи закончились «вничью».
Так в конце апреля 1943 года подводная лодка U-19 находилась на позиции в районе Гагр. 29-30 апреля лодка всплыла в непосредственной близости от советской лодки Л-6 капитан-лейтенанта Б.В.Гремяко, которая выходила в боевой поход в район Крымского побережья. Оба корабля срочно погрузились, U-19 выстрелила одну торпеду(по другим данным - две), но промахнулась.
Через год 5 апреля 1944 года U-23 в 16 милях от Поти заметила советскую подлодку, которую сопровождал катер СКА-099. Вален выстрелил торпеды мимо, затем обстрелял артиллерией катер, значительно повредив его. Правда, он донес по команде, что наблюдал «тонущий тральщик». Но все это уже было в прошлом.
В октябре 1944 года 30-ю флотилию расформировали официально. Экипажи затопленных в августе лодок в Турции не задержались, вскоре они убыли в Германию и продолжили службу на флоте. Так черноморский «рыцарь» Карл Фляйге после возвращения преподавал в школе подводного плавания в Нойштадте, а потом командовал подлодкой типа XXIII U-4712, до ее затопления 4 мая 1945 года в Киле. Кстати лодки XXIII типа также могли появится и на Черном море. Немцы планировали развернуть строительство таких субмарин в Николаеве (что-то сейчас мне напоминает эти планы). Причем эта идея оказалась очень "притягательной". Фирмы «Линц «Шиффсверфт» и «Николаев Дойче Верфт» уже 20 сентября 1943 года получили заказ на постройку 14 кораблей от U-2446 до U-2460. Правда, работы так и не начались и 1 мая 1944 года этот заказ был аннулирован (точно напоминает что-то).
Что интересно, для немецких лодок на этом история не закончилась. Три субмарины (U-9, U-18 и U-24), затопленные в Констанце были подняты аварийно-спасательной службой Черноморского флота в конце 1944 – начале 1945 годов и включены в состав ВМФ. Подводная лодка U-9 бала переименована в ТС-16, поставлена на ремонт на верфи г. Николаева 16 апреля 1945 г., но 12 декабря 1946 г. исключена из списков флота и сдана на разборку.
Подводная лодка U-18 была поставлена на прикол 14 февраля 1945 года, а 26 мая 1947 года ее потопили артиллерией подлодки М-120 около Севастополя. Последняя субмарина, U-24 повторила судьбу U-18. Ее после подъема со дна с 7 июня 1945 года законсервировали и поставили на длительное хранение. Но затем, 26 мая 1947 году она была потоплена торпедами подлодки М-120 около Севастополя. Оба этих корабля исключены из состава ВМФ 19 июня 1947 года.
P.S.Безумная мысль - представьте, а ведь одну из этих лодок можно было сохранить, и потом использоваться как музей, демонстрируя трофеи войны, как это делается до сих пор в западных странах. И ведь были лодки - и не только этого типа, но увы.
Источники: Бережной С.С. Корабли и суда ВМФ СССР. 1928-1945: Справочник.- М.: Воениздат, 1988.-710 с.; Бишоп, К. Подводные лодки Кригсмарине. 1939-1945. Справочник-определитель флотилий /К.Бишоп.- М.Эксмо, 2007.- 192 с.; Залесский, К. Военно-морской флот Третьего рейха/ К.Залесский.- М.: Яуза, Эксмо, 2005. - 640 с.; Боженко, П.Тайны подводной войны/ П.Боженко.- Москва, 1995.- 108 с.; Материалы П.В.Боженко, К.Б.Стрельбицкого и ресурсов Интернета,
.