- Десять тысяч в час, - сказал человечек. Глазки его блуждали, смотрели куда угодно, только не на Макса. Время от времени он облизывал губы темным сухим языком.
Десять тысяч – небывалая плата для аниматора. Что надо делать за эти деньги? Макс поинтересовался.
- Да, считайте, ничего: прийти, пошутить, расшевелить народ. Анекдотик тиснуть. Они обожают черный юмор. Часа два, больше не нужно. Дальше они, обычно, сами. Начнете в 23, а к часу – все.
Стремная какая-то вечеринка, но двадцать тысяч…
- А какой контингент?
- Люди спокойные, тихие, в основном, в годах. Ежегодный праздник. Корпоративчик, можно сказать.
Человечек причмокнул, словно поправляя протез.
- Запишите адрес, я вижу, вы согласны.
Макс кивнул, почти против своей воли. Двадцать тысяч, думал он.
Очень неприятно было обнаружить по указанному адресу кладбище. Надвратная башенка чернела в прозрачных летних сумерках. В воротах единой темной массой толпились гости. С облегчением Макс увидел на тротуаре своего знакомца.
- Вот и хорошо, вот все и в сборе! – забормотал тот, хватая Макса холодной ручонкой с грязными ногтями.
- Корпоратив похоронной службы? – попробовал пошутить Макс. Дама в платье в стиле бохо, насколько смог в сумраке определить ее лохмотья Макс, жеманно хихикнула.
- Дорогая, прошу, проводи нашего друга на поляну, пока я запру ворота.
Дама кивнула, приглашая Макса следовать за ней. Он с безотчетной тоской оглянулся назад. Когда же повернулся к провожатой, то с ужасом увидел, что ее платье на спине разрезано от ворота до подола. В морге, одевая покойника, именно так режут одежду. Маскарадная уловка? Но ужас охватил Макса. Он ринулся к лязгавшим и скрипящим сходящимся створкам и повис в воздухе, болтая ногами - его подхватило множество холодных жестких рук.
Вырваться он не мог.
Его влекли по темной аллее. Мелькали бледные огоньки, иногда упавший сквозь кроны луч высвечивал надгробья. Впереди горел костер, освещая оранжевым нижние сучья кладбищенских деревьев.
Сквозь панику Макс чуял энтузиазм толпы, подобный тому, что висит над трибунами на футбольных матчах. Он жадно впитывал эти потусторонние флюиды, напоминавшие холодный вязкий ликер.
Сам того не зная, Макс был эмоциональным вампиром. Именно в погоне за чужими эмоциями он выбрал работу аниматора. Наутро его клиенты пребывали в депрессии и слабости, дети даже заболевали – ничего удивительного, думали люди, перебрали спиртного или перевозбудились. Но почти никто не рекомендовал Макса своим друзьям. Его бизнес хирел.
Он нуждался в чувствах больше, чем в деньгах. А теперь вокруг него плескалось море замогильной радости, обморочной, потусторонней, странной, тошнотворной, но волнующей до дрожи. Напитавшись ею, Макс сделался бесчувственным, как под наркозом, поэтому совсем не испугался скрюченных останков, ковылявших к нему от костра с острым вертелом наперевес. Носильщики перевернули Макса, чтобы удобней было насадить на вертел и разместить над костром.
Мало чувств содержалось в мертвых телах, и непрочно чувства эти держались. Первым разжал руки и упал державший Макса полускелет, выпитый им до донышка, затем – мертвец с вертелом. Остальные гуляки побрели с поляны в вялой пародии на панику. Зато Макс сделался сильнее Халка. Он нагонял уходящих и пил их чувства – смутный страх, разочарование, тоску, обреченность.
«Пожалуй, мне стоит сменить занятие, - думал он, допивая смесь печали со страхом из застрявшего в оградке, вяло отбивающегося мертвеца. – Начну пугать людей. Ха-ха-ха!».
Больше на старом кладбище праздников не бывало. Там поселился Страх!
Автор: Татьяна Ватагина
Источник: https://litclubbs.ru/duel/1602-poslednii-prazdnik.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: