Миша решил не будить Риту. Пусть отдыхает, а он пока почитает. Похоже, они стали обладателями чьей-то тайны. Миша погрузился в дневник неизвестной ему девушки.
«…Я сама поняла, что у папы что-то случилось. Он, помнишь, на больничном был. Я тогда его пугнула, что если не расскажет, пойду к Василичу ругаться. Он мне и рассказал. А куда отцу в тюрьму? Даже если не посадят, а уволят, по судам затаскают. А у него сердце. Бабушка у нас лежачая.
Я решила, что не могу рисковать жизнью папы и бабушки. А самое главное – если Ваня через отца так решил меня получить, то они и с тобой что-то сделают. Я с твоей мамой посоветовалась, она так же считает.
Поэтому я с тобой и порвала. А мама посоветовала тебе уехать. Так будет лучше. Мало ли что там Ване или его отцу привидится.
Я решила вести себя понаглее, может, Ваня меня бросит до свадьбы. Начну краситься, носить короткие юбки, вып.ивать».
Судя по дате, следующая запись была через месяц.
«Увы, Ваня не реагирует на мое поведение. Наоборот, говорит, что рад, что я стала раскованнее. Что когда поженимся, он не будет мне запрещать и с подружками встречаться и краситься. Что оденет меня, как куклу. Не могу понять, он совершенно не наглый, не лезет ко мне. Хотя знает, почему я с ним. Но при этом задает странные вопросы - почему я с тобой рассталась. Как будто сам не знает.
Поскольку дело идет к свадьбе я посоветовалась с тетей Верой, нашим фельдшером. Она меня отправила к своей подруге, она акушер-гинеколог. Та мне, надеюсь, помогла и я от Вани не забеременею. Постараюсь быть с ним похолоднее. Если у нас не будет детей, да и допускать я его к себе не буду, надеюсь, что он меня бросит.
Я советуюсь с твоей мамой. Больше не с кем. Она рассказывает о тебе, мне любое слово о тебе в радость».
Потом шло скупое описание свадьбы. Несколько строк о семейной жизни, серых буднях. Женщина писала, что холодна с мужем, но он спокойно к этому относится, старается ее баловать.
«Я надеялась, что Ваня начнет скандалить. А он притащил книжку о семейной жизни, прочитал, что такое бывает, а потом может пройти. Странно, но Ваня, судя по всему, не знал о том, что его отец шантажировал моего. Он уверен, что мы с тобой расстались по твоей вине. И даже холодность к нему объясняет тем, что я очень обижена на тебя и мужчинам не доверяю. Знаешь, мне его жаль. Он меня действительно любит. Получается три несчастных человека – он, я и ты. Твоя мама говорит, что ты до сих пор один. Я уже думала о разводе, но твоя мама против. Говорит, что Василич сразу все поймет и нам с тобой жизни не даст. Да и за отца я боюсь.
Если бы ты знал, как я жалею, что мы с тобой не додумались до того, чтобы ты остался в армии, а я к тебе приехала. Поженились бы. Да, поездили бы по гарнизонам. Зато вместе, страну бы посмотрели.
Следующая большая запись появилась только через год.
«Кажется, мой план работает. Свекры открыто заявили Ване, что он женился на ущербной. Что я никак не могу забеременеть. Когда мы с Ваней пришли к ним в гости прямо за столом спросили, может я до свадьбы с тобой кувыркалась и аб.орты делала, поэтому и забеременеть не могу. Ваня схватил меня и увел домой. Извинялся за родителей. Сказал, что не у всех сразу получается. Он теперь к родителям не ходит. Но вода камень точит. Зачем мы с тобой решили ждать до свадьбы?! Если бы не ждали, ведь я, действительно, могла забеременеть. Я же дурочкой была. Да и ты ничего не понимал. Тогда бы Ване я стала не нужна. Вернее, отец бы не позволил ему на мне жениться».
Дальше было несколько записей о том, что Ваня почти не общается с родителями, а ее саму ни в чем не упрекает. Но она надеется, что его родители сами велят Ване развестись.
Запись через полгода гласила:
«Сегодня самый ужасный день в моей жизни. Приехала твоя мама и рассказала, что ты женился, что любишь свою жену, что вы ждете ребенка. Значит больше думать о том, как развестись и уехать к тебе, смысла нет».
«Дневник принадлежит снохе председателя колхоза. Значит, этот стол притащили из его кабинета, - решил Миша. – Судя по датам, все участники событий могут быть еще живы».