Летом мы с мамой ездили на родину, в Киров (Вятку) - в город и детства, и юности, и отрочества, да и огромной части взрослой жизни. Повидали много всего памятного, повстречались с подругами, навестили и поправили могилы на кладбище.
Вперед прилетели самолетом. Очень понравилось. В небе не больше полутора часов, там взяли такси, еще полчаса и мы в центре города, заселяемся в гостиницу.
На обратную дорогу билеты не брали, не знали как дело на кладбище пойдет, но управились быстро и... получили сюрприз: на самолет билетов нет, а на поезд тоже все туго - или нет билетов, или только СВ и люкс, и при этом за какие-то бешенные суммы.
Рылась я в расписании, рылась и нашла такой вариант: 6 часов от Кирова до Нижнего в плацкарте на нижних полочках и потом пересадка на ласточку до Москвы. Решили, что ничего такого, полежим на полочках в плацкарте, попьем чай, подремлем, поглазеем в окно, да тут и пересядем, а там до дома уж рукой подать.
Загодя приехали на вокзал, раннее утро, народу совсем не много, чисто, аккуратно, поглазели на сувениры в еще закрытых ларьках и пошли на перрон - ждать поезд.
Наш поезд шел из Ижевска в Санкт-Петербург, но в Кирове к нему прицепляли вагоны и нужно было подождать. Присели на лавочку в тенечек. Сидим, народ разглядываем. Люди выходят нарядные, красивые. Обсуждаем, что у женщин Севера какая-то особая стать, все они такие высокие, голубоглазые, с открытыми нежными лицами, русоволосые, красивые и изящные в движениях.
И тут на перрон вываливается группа в полосатых купальниках группа из шести человек, резко выделяющихся из общей массы. Какие-то грязнущие, помятые, нечесанные и немытые, волочат за собой необъятные грязные баулы и тоже высматривают прицепные вагоны... Вот кому-то не повезет - обсуждаем мы...
Ну... Вы уже наверное все поняли? Да-да, именно у них и были боковые полки напротив нас и верхние над нами. А вот этот мужик, ростом под два метра и весом наверное под 130-140 кг, в футболке, которая то ли облевана была, то ли соплями какими-то измазана, с ногами не мытыми не иначе как все лето, лазал на полку надо мной. Ага. При этом не сбоку, нет, а ступая прямо на наши матрасы и сбрасывая сланцы вниз на лету, всхлопывая при этом ногами чтобы видимо грязь постряхнуть...
Это он лазал когда они там за столиком менялись есть по очереди. Ну да, в тихом и спокойном вагоне, только они одни без остановки громко орали и ели все шесть часов. При этом главной в банде была вот та женщина. Она рассказывала им, и слегка очевидно зачем-то и нам, что еды у них мало и на всю дорогу не хватит. Поэтому при каждом следующем приеме пищи каждый вначале выяснял что и сколько он сейчас может съесть и можно ли есть вот этот пирог и то яйцо... Оставшееся время немытый и пованивающий красавчик в оранжевых труселях лежал на полке надо мной и старательно кашлял вниз.
Что мы? А мы решили, что мы философы, и что эти шесть часов такое наше испытание, и буквально словом в сторону соседей не обмолвились. Один раз быстро-быстро успели выпить по стакану чая с печеньем, пока наш колоритный сосед уходил на порядочное время, очевидно в туалет и потом выйти на станции покурить.
При этом паренек-проводник, который принес чай, сказал нам, что понимает всю сложившуюся ситуацию, но помочь ничем не может. Пересесть некуда - мест нет.
Поэтому мы в основном сидели, смотрели в окно, читали журнал, смотрели на родную природу, где "то березка, то рябина", на широкую реку Вятку у Котельнича, а потом и Волгу перед Нижним, обсуждали то, что матрасы мягкие, подушки плотные, белье чистое и хрустящее, туалет тоже и не воняет, и чистый. Еще подремали, отвернувшись к стене, да и приехали наконец-то в Нижний Новгород, вышли с облегчением на горячий, прогретый солнцем перрон и оставили неприятное приключение за спиной.
Мораль? Ну какая тут мораль. Невозможно же внушить взрослым уже людям, что периодически мыться и ходить в чистой одежде - это и есть норма. Поэтому только не понять и перетерпеть.
Давайте же мыться, плескаться,
Купаться, нырять, кувыркаться
В ушате, в корыте, в лохани,
В реке, в ручейке, в океане, -
И в ванне, и в бане,
Всегда и везде -
Вечная слава воде!
(с)