Важнейшим из искусств для классицизма является театр. Если литература - это служение обществу, то именно театр по точному, пусть и более позднему сравнению Гоголя - это кафедра, с которой писатель может напрямую общаться с самой разнообразной публикой.
Авторы XVIII века верили в возможность исправления общества с помощью слова. Достаточно только искусно изобразить красоту добродетели и высмеять в сатире пороки - и жизнь может быть перестроена на новых разумных началах.
Об общих правилах классицизма мы говорили в прошлый раз и упоминали, что для каждого жанра был разработан свод правил. Был он и у трагедии.
Трагедия относилась к высоким жанрам. Её героями были монархи, вельможи, воины. Конфликт - борьба долга (в виде служения Отечеству) и страсти (любой личной эмоции, привязанности, желания). Отсюда вытекают два типа героев: положительные всегда выполняют гражданский долг, даже вопреки своим интересам, отрицательные поддаются личным амбициям, иррациональным порывам, ревности, гневу.
Классицистическая трагедия, как мы видим, изображала характеры схематично, однобоко и статично. Это не герои, а функции, типы без развития: деспот, справедливый монарх, храбрый воин, коварный интриган и т.д.
Трагедия состоит из 5 действий: завязка, развитие, кульминация, спад и развязка. Написана она александрийским стихом - шестистопным ямбом с цезурой (паузой) после третьей стопы и чередованием мужских и женских рифм, если кому интересны детали.
При всей условности театрального представления классицисты тяготели к некоторой правдоподобности, результатом чего стало правило трёх единств. Это означало, что события драмы (любого жанра) должны были разворачиваться в одном и том же месте (если не комнате, то хотя бы доме), занимать не более суток (чем меньше, тем лучше) и рассказывать только об одном конфликте (“единство действия”). То есть происходящее на сцене должно было создать иллюзию событий, разворачивающихся в реальном времени перед зрителем.
Первой “правильной” русской трагедией в 1747 году стал “Хорев” А.П.Сумарокова. Но мы в качестве примера поговорим о более поздней трагедии “Димитрий Самозванец” - одной из самых популярных среди зрителей всего XVIII века и первой тираноборческой пьесе русской литературы.
Сюжет повествует о последних часах царствования Димитрия, который все 5 действий рассуждает, как бы ему погубить Россию, а заодно и насильно женить на себе девушку Ксению. Заглавный герой - воплощение всевозможных ужасных качеств правителя, причём о них он сцена за сценой рассказывает зрителям сам:
Российский я народ с престола презираю
И власть тиранскую неволей простираю.
Возможно ли отцем мне быти в той стране,
Котора, мя гоня, всего противней мне?
Здесь царствуя, я тем себя увеселяю,
Что россам ссылку, казнь и смерть определяю.
Сыны отечества - поляки будут здесь;
Отдам под иго им народ российский весь.
Тогда почувствую, последуя успеху,
Я сан величества и царскую утеху
<...>
Я к ужасу привык, злодейством разъярен,
Наполнен варварством и кровью обагрен.
То есть скрывать свои замыслы он даже и не пытается. Да, говорит, тиран и маньяк. Буду вас всех казнить. Влюбился в Ксению, поэтому и жену свою отравлю, и от её жениха избавлюсь.
Делать приличествующий хорошему правителю выбор в пользу разума и пользы он отказывается. Его функция - показать правителям, как тиран выглядит со стороны и к чему это приводит. Не будьте таким, как он.
Положительные герои действуют наоборот. У них тоже если личные желания, привязанности, но они всегда уходят на второй план по сравнению с долгом защиты Отечества:
Когда умрети рок велит, умреть хощу,
Но на Димитрия весь город возмущу.
Спасу престольный град, отечество избавлю,
Умру, но имени бессмертие оставлю.
Почтен герой, врага который победит,
Но кто отечество от ига свободит,
И победителя почтенней многократно.
За общество умреть и хвально и приятно.
Уходят на второй план до такой степени, что когда Димитрий ставит ультиматум: казнь Ксении или конец бунта против него, отец девушки выбирает для неё казнь. Такие герои выступают резонёрами авторских идей, то есть напрямую проповедуют их в своих монологах.
Интересен их взгляд на идеальную форму правления. Если французские классицисты требовали перехода к республике, то Сумароков последовательно отстаивает просвещённый абсолютизм, то есть борется не с царями в принципе, а только с их неразумными методами. Что не спасло его от очень плохих отношений с императрицами:
Дай нам увидети монарха на престоле,
Подвластна истине, не беззаконной воле!
Увяла правда вся, тирану весь закон -
Едино только то, чего желает он
Более того, Сумарокова даже не очень интересует самозванство Димитрия:
Когда б не царствовал в России ты злонравно,
Димитрий ты иль нет, сие народу равно.
То есть любой человек мог бы стать царём, если бы он обладал необходимыми, по мнению Сумарокова, качествами. А раз Димитрий не такой, то у народа появляется священное право бунтовать против тирана, что они и делают. Трагедия имеет непривычный для этого жанра хороший конец: Димитрий в своей злобе совершает самоубийство, а все положительные герои, как и Россия в целом, спасены.
Классицистическая трагедия во многом утопична. Рассказ о прошлом - только повод показать общество таким, каким оно должно быть: справедливый и просвещённый монарх, такие же дворяне, думающие только о благе и процветании Отечества, а народ служит им покорно, следует закону. Если монарх не способен отказаться от эгоизма, он не может управлять другими, и дворяне имеют право его свергнуть. Чтобы достичь этого идеала в жизни, нужно только убедить зрителя в его разумности.
И закончим ещё одной забавной мыслью Димитрия:
Блаженство завсегда весьма народу вредно:
Богат быть должен царь, а государство бедно.
Ликуй монарх, и все под ним подданство стонь!
Всегда способнее к труду нежирный конь,
Смиряемый бичем и частою ездою
И управляемый крепчайшею уздою.
Ссылка на предыдущую часть цикла:
Об авторе также можно почитать: