Предыдущая, седьмая глава *** Начало, первая глава
Станислав Юрьевич лишь хмыкнул, понимая, что сохранит в тайне рассказ бывшей жены только в том случае, если она расскажет всё без утайки. Он постарался успокоиться и взять собственные чувства под контроль. Вера медленно опустилась в кресло напротив мужчины и, порывисто вздохнув, сказала:
- Я не знаю, как тебе удалось докопаться до правды, но ты прав. И где ты отрыл эту, - Вера с пренебрежением кивнула в сторону Вики, - но ты прав, Камилла мне не дочь. Она мне на самом деле никто. Я никогда не хотела становиться матерью. Я не собиралась тратить свое время и силы на бессонные ночи, каши и подгузники. У меня на жизнь были совсем другие планы. Это была твоя мечта, а не моя. Я даже перевязала себе трубы, чтобы никогда не забеременеть. Ты не давал мне покоя, все упрямо требовал от меня детей. Что я должна была делать? Я обманула тебя, сказав, что не могу забеременеть.
Я думала, ты после этого успокоишься и захочешь кого-то усыновить, но нет же…Тебе обязательно нужен был свой, родной. Ты предложил сделать ЭКО. Я не могла отказаться. Ведь ты был очень настойчив. Я чувствовала, что ты найдешь мне замену, если я не соглашусь на ЭКО. Потом меня свели с мужем Виктории. Я щедро ему заплатила за то, чтобы он организовал все таким образом, чтобы его женушка, сама того не подозревая, выносила и родила ребенка от тебя. Я нашла надежных людей, которые все грамотно устроили. Как только Виктория родила, у нее забрали девочку и передали мне, а ей сообщили, что ребенок родился мертвым. Играть роль беременной женщины не пришлось. Ты уехал в командировку, и все пошло, как по маслу. Пришлось, конечно, сильно постараться, что сам знаешь кто заключил с тобой контракт и отправил в Канаду, но всё сложилось как нельзя идеально.
Виктория беззвучно рыдала, слыша эти чёрствые, нечеловеческие признания Веры. Получается, её муж с самого начала знал, что их ребёнка заберут. Он вёл себя как счастливый отец, так готовился к рождению малышки, заботился о Вике только для того, чтобы убедить жену поверить, что он ждёт этого ребёнка не меньше её самой. На самом же деле он заботился только о том, чтобы получить деньги, поэтому сдувал пылинки с беременной жены, а когда та родила, и ребёнка отняли, муж подался во все тяжкие и наверняка начал сливать финансы на свою любовницу. Так противно Виктории давно не было, но в то же мгновение её успокаивало то, что её дочь жива. Камилла её родная дочь, пусть она пока не знает всей правды, не подозревает даже, что её мама рядом, и что она очень любит свою девочку. Хотелось бы рассказать ей всё, но Вика понимала, что не сможет травмировать детскую психику. Должно было пройти время. Много или мало? Пока не было ясно, но следовало подождать немного, больше привыкнуть к девочке.
Станислав едва сдержался, чтобы не прибить бывшую жену на месте. Его охватил неистовый гнев. Мужчина был ошеломлен тем, что услышал. Станислав не испытывал к Вере ничего, кроме ненависти и презрения. У него в голове не укладывалось, как она могла так жестоко поступить с другой женщиной? Как Вера посмела отобрать дитя у матери, которая только что родила? Стас поблагодарил Бога за то, что он избавил его от супруги, которая никогда его не любила. Вера ценила и признавала лишь деньги. Ради них она была готова на все. Теперь мужчина был уверен в том, что она вышла за него не по любви, а по холодному расчету. Стас также понял, почему его бывшая жена так отстраненно вела себя с Камиллой, почему она не изъявляла желания с ней общаться. Станислав видел, как страдала девочка без материнской ласки и любви. Он, искренне надеялся, что однажды сможет вернуть дочери мать, что Вера остынет и попытается провести со своей дочерью время. Вот только теперь понимал, почему бывшая сбежала – не нужен был ей ребёнок, которого родила не она сама, а совершенно чужая женщина.
- Пошла вон отсюда, иначе я за себя не ручаюсь! – воскликнул находившийся в исступленной ярости мужчина, устремив свой ненавидящий, испепеляющий взгляд на Веру, - Больше не хочу видеть тебя. Если бы захотел, я после всего того, что узнал, запросто стер бы тебя в порошок, но ради дочери я оставлю тебя в покое. Больше никогда не показывайся нам на глаза. Надеюсь, я ясно выразился. А теперь проваливай и забудь дорогу к этому дому.
Напуганная Вера стремительно вылетела из гостиной и покинула дом, в котором прожила не один год. Станислав был уверен, что больше он никогда не увидит Веру, потому что та будет делать всё возможное, чтобы держаться от него в стороне. Как только она исчезла, мужчина робко подошел к оцепеневшей Виктории и с жалостью посмотрел в ее опухшие, покрасневшие от слез глаза. Стас нежно положил руку на содрогающееся плечо женщины и тихо пробормотал, пристально глядя ей в глаза:
- Мне очень жаль, что тебе пришлось все это пережить. Ты столько лет считала своего ребенка мертвым. Не представляю, каково тебе пришлось. Справедливость восторжествовала. Ты узнала правду, но я тебя прошу, не торопись что-либо предпринимать, хорошо? Помни о том, что Камилла – шестилетний ребенок, и она уверена в том, что Вера – ее мать. Ее нужно постепенно подготовить к правде, которая может шокировать, несмотря на то, что вы с ней крепко подружились. Твои материнские права священны. Я не стану мешать тебе общаться с дочерью, которую ты вновь обрела. Просто наберись терпения.
- Я все понимаю, - всхлипывая, произнесла дрожащим голосом Виктория, - Я не собираюсь травмировать детскую психику. Пусть все произойдет постепенно. Я буду рядом с моей девочкой, а все остальное уже не столь важно для меня. Самое главное, что она жива и здорово. Я даже не могла на это надеяться, и уж точно не ожидала, что смогу отыскать свою крошку в вашем доме. Как хорошо, что два месяца назад я приняла предложение подруги выбраться из своего кокона...
СЛЕДУЮЩАЯ, ДЕВЯТАЯ ГЛАВА