Крупные фигуры из декабристского движения, в том числе руководители восстания, на допросах после арестов от своих убеждений не отказывались.
Павел Пестель, Кондратий Рылеев, Сергей Муравьёв-Апостол, Михаил Бестужев-Рюмин взяли на себя всю ответственность за произошедшее на Сенатской площади в Петербурге. Например, Бестужев-Рюмин просил Николая Первого об аудиенции, он хотел рассказать о целях общества и просить «не принуждать меня назвать Вам имена лиц, — и взамен этого я имел намерение умолять Ваше величество сделать меня ответственным за всё то, что могли замышлять члены общества, в котором я состоял».
А Муравьёв-Апостол на первом допросе говорил, «что готов дать истинный ответ на все то, что до него касается, но что до других лиц относится, того он никогда не обнаружит». Утверждал, что «все возмущение Черниговского полка было им одним сделано, без предварительного на то приготовления».
Но сохранились и другие примеры поведения декабристов прямо в первые дни после восстания. Александра Ивановича Одоевского называют «певцом декабристов». Одоевские — Рюриковичи, прямые потомки князя Михаила Всеволодовича Черниговского. Ребёнок из известного княжеского рода получил отличное домашнее образование. Писал стихи с детства, правда, тут же их рвал и выбрасывал. Поэтому так мало его стихотворений дошло до наших дней.
В общество декабристов он вступил, будучи офицером лейб-гвардии. Был активным участником событий на Сенатской площади. Есть сведения, что ночью перед восстанием он восклицал: «Умрем! Ах, как славно мы умрем!»
Чуть позже (спустя неделю после восстания), после добровольной явки к обер-полицмейстеру и заключения в Петропавловскую крепость, он писал в письме императору Николаю I: «Повергая себя къ Августѣйшимъ стопамъ Вашего Императорскаго Величества, дерзаю прибѣгнуть къ Вамъ со всенижайшею просьбою»...
Повергая себя к стопам государя, Одоевский отказывался от ранних показаний и искал оправдания своим действиям: «Я скрылся, не знаю за чѣмъ; ходилъ Богъ знаетъ гдѣ, и наконецъ самъ, по собственному побужденію, возвратился въ городъ, и явился къ тебѣ, Государь! Теперь начинаю я опамятоваться, и не могу довѣрить себѣ: я-ли это? Я былъ въ горячькѣ. Я простоялъ 24 часа во внутренномъ караулѣ; не смыкалъ глазъ; утомился, кровь бросилась въ голову, какъ со мною часто случается; услышалъ ура, крики толпы: и въ совершенномъ безпамятствѣ присоединился къ ней. Въ самомъ дѣлѣ въ чемъ моя вина? Ни одной капли крови, никакаго злато замысла нѣтъ на душѣ у меня».
Как же так? Почти год Одоевский состоял в Северном обществе декабристов. Неужели всё это время он, как сам говорит, «был в горячке»? Так или иначе, он был приговорен к 12 годам каторги, позднее срок был сокращен до 8 лет. После этого написал знаменитые строки «Из искры возгорится пламя…» Был другом Лермонтова во время службы на Кавказе и в целом имел положительную репутацию, в том числе и среди декабристов. Почему? Загадка.
Друзья, а что вы думаете об Александре Одоевском?
Подписывайтесь на канал «Эго-история». Поддержите нас лайком и комментарием!