- Отец уехал в командировку, и она фактически жила с чужой тетей - няней, которая, к тому же, продала общение с ней за тысячу долларов? Страшно? - спросила она и тут же продолжила. - Мне очень.
Рассказ "Развод и девичья"
Глава 3
Про мужа и его успехи блондинка могла говорить часами. Алла поняла это на десятой минуте и, как только возникла небольшая пауза, уточнила:
- Что вас привело ко мне в офис?
Казалось, этот простой вопрос застал Марию Константиновну врасплох. Она обвела кабинет Аллы бессмысленным взглядом, потом так же бессмысленно посмотрела на хозяйку, восседающую за столом, но уже через мгновение пришла в себя и продолжила:
- Когда-то из-за стесненных обстоятельств мне пришлось пойти против себя. Против своих принципов и против своей воли, - она картинно посмотрела в потолок и тут же быстро заморгала, будто попытавшись в этот момент остановить поток слез.
Алла слез не заметила, но открыв верхний ящик стола, вытащила оттуда новенькую пачку одноразовых платков и протянула её блондинке.
- Спасибо, - произнесла она с нотками трагизма в голосе, вытащила из пачки один платок и промакнула им глаза, которые на первый взгляд казались абсолютно сухими.
В этот момент с подносом, на котором находились всевозможные сладости и две чашки кофе, вошла Вероника. Она определила все это богатство на стол и тут же вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
- Я поступилась своими принципами и целых шесть лет прожила как во сне. Страшном сне. Каково матери знать, что где-то на белом свете живет её дочь… Растет, делает первые шаги, познает мир, ходит в сад… Знать об этом, но не иметь возможности быть рядом в эти важные моменты.
- Почему же вы не могли быть рядом? - спросила Алла. Она не сводила с блондинки глаз и уже прекрасно понимала кто перед ней сидит. Женщина, которая шесть лет не видела ребенка, а теперь что-то там себе придумала или еще кто-то придумал… А может просто повзрослела?! Бывшая жена Мамонтова. Кто бы мог подумать, что вся семья сегодня побывает в её кабинете. Интересно это совпадение или она специально записалась сразу после мужа?
«Нужно время записи у Вероники уточнить» - пронеслось в голове у Аллы. Сергей не просто так переживал, что его здесь увидят.
За время работы в своем офисе в этом кресле и в этом кабинете уже сидел не один десяток клиентов. Это были разных людей с абсолютно разными проблемами.
Подруги обычно смеялись, что у Аллы открылся третий глаз - глаз ясновидения и прорицания. Она знала точно, что не открылся, просто благодаря такому потоку людей она стала их чувствовать.
Блондинку эту тоже как-то сразу почувствовала. В тот самый момент, когда она только замаячила на пороге и Алла почувствовала приторно сладкий парфюм.
И если во время разговора с Сергеем Алла все ставила под сомнения. Каждое его слово. Не потому, что он как-то не так говорил, а потому что это её рабочая привычка, навык, наработанный годами. Всю информацию следует проверять… А проверенную информацию перепроверить тщательнейшим образом.
А вот теперь, после начала разговора с Марией Константиновной, Алла как будто кое-что для себя поняла. В комнате запахло фальшью и игрой. Неумелой игрой. Так, будто она попала на спектакль, где играли начинающие актеры, делающие первые шаги в этом тонком искусстве.
- Потому что боялась. Боялась его, - произнесла Мария тихо и опять посмотрела наверх и заморгала. А Алла подумала о том, что такими темпами они и к следующему вечеру ни к чему не придут.
- Мой бывший муж чудовище, - будто услышав её мысли, продолжила Мария Константиновна быстро. - Тиран. Он все время хотел, чтобы я делала так, как он скажет. Он заставил меня, просто вынудил подписать документы на отказ от моей Верочки. Моего лучика света.
- Как заставил? - уточнила Алла.
- Силой, конечно, - вроде бы удивилась блондинка и, убрав одну ногу с другой, вновь закинула только уже правую на левую. - Я и сейчас его боюсь… Очень. Но мой новый супруг может дать мне защиту. Он мне сказал, Маша, ты не должна никого бояться. Я для тебя все сделаю…
- Правильно ли я поняла, что вы хотите вернуть дочь, которую не видели шесть лет и которая жила все это время с отцом? - собрала все мысли клиентки в кучу Алла.
- Да, все правильно. Мне больно осознавать, что целых шесть лет упущено. Их больше не вернуть. Хотя, если посмотреть с другой стороны… У нас ведь вся жизнь с ней впереди. Счастливая, яркая, запоминающаяся… Я уже комнату ей приготовила в доме на Рублевке и заказала лазилки… Господи, как они называются?!
- Спортивный комплекс, - подсказала Алла.
- Да, спортивный комплекс, - повторила блондинка. - В доме в Испании у моей девочки будет целый этаж. Я уже подбираю дизайнера для составления проекта.
- Дело осталось за малым, - улыбнулась Алла и почувствовала легкое раздражение. - Лишить отца родительских прав?
- Такого отца не грех лишить, - начала Мария и продолжила заговорщицки. - Знаете, я с ней беседовала… С Верой моей. Няня, как тысячу долларов увидела, так сразу и подобрела. Представляете какая беспринципность? Моей дочерью за тысячу торгуют?
- Вы же сами дали деньги?! - произнесла Алла.
- Дала, - согласилась Мария.
- Как пообщались? - уточнила Алла, смотря куда-то в окно.
- Нормально. Девочка зашуганная, одежда вся заношенная, в холодильнике молоко, гречка и гуляш… Представляете? Так живет моя дочь, - «моя» Мария Константиновна выделила голосом.
- Отец уехал в командировку, и она фактически неделю жила с чужой тетей - няней, которая, к тому же, продала общение с ней за тысячу долларов? Страшно? - спросила она и тут же продолжила. - Мне очень.
- У вас наверняка сейчас есть адвокат? - поинтересовалась Алла.
- У моего мужа толпа этих адвокатов. И да у меня тоже был один, - она презрительно сморщила носик. - Но я придирчиво отношусь к своему окружению и к людям, которые работают со мной, поэтому в какой-то момент, буквально пару дней назад, поняла, что адвоката своего я переросла и мне требуется новый консультант по юридическим вопросам.
- Плюс Вадимка, Вадим Петрович, - тут же поправила саму себя уже каким-то другим важным тоном. - Мой муж считает, что необходим свежий взгляд на это дело.
Она замолчала на мгновение, а потом доверительно продолжила:
- Вы считаетесь лучшей в городе и беретесь за то, от чего многие отказываются, умеете снимать сливки… Мне кажется, что мы с вами, - последнее предложение прозвучало многозначительно. - Мы с вами может взаимовыгодно посотрудничать. В деньгах я не стеснена и готова платить щедро за хорошую работу. Тем более, что ребенок мне нужен.
Аллу передернуло. Последние несколько предложений, оброненные блондинкой, будто кричали, что этот ребенок для нее товар. Просто товар, который она захотела и любым способом получит. Не важны способы, важен лишь результат. Теперь слова Сергея о том, что она предложила ему за дочку пять миллионов заиграли для Аллы в новом свете.
Блондинка, будто почувствовав, что сказала что-то не то, продолжила:
- Мне так плохо без моей кровиночки. Без моего солнышка. Последнее время я больше ни о чем думать не могу. Особенно после того, как узнала в каких условиях Вера живет. Вы готовы мне помочь?
- Мария Константиновна, я понимаю всю глубину трагедии, произошедшей с вами, - начала Алла издалека. - Я вам очень сочувствую как женщина женщине. Я хочу вам помочь, но мне нужно посмотреть рабочий график и понять будет ли у меня такая возможность. Вы же понимаете, что время сейчас дороже золота… Это главный ресурс человека.
- Да, конечно, - кивнула блондинка. Её лицо приобрело недовольное выражение, хотя голос продолжал источать доброжелательность.
- Оставьте свою визитку секретарю, и она обязательно вам позвонит с положительным или отрицательным результатом.
Мария Константиновна сморщила нос. Она явно не была готова к такому быстрому окончанию разговора и привыкла, что это именно она решает, когда закончиться то или иное общение. Может именно поэтому она сухо попрощалась и вышла из кабинета.
На столе остался поднос с нетронутыми напитками, зато душу, казалось, потрогали. Потрогали как следует.
Алла, какое-то время просидев за своим столом, вышла в приемную. Вероника, активно барабанившая по клавиатуре своими изящными пальцами, остановилась и уставилась на начальницу.
- Королькова когда записалась? - уточнила Алла, смотря в окно сквозь сотрудницу.
- Ну… - замялась Вероника и, взяв в руки телефон, озвучила. - Десять часов двадцать одна минута.
- Мужчина тут уже был, - сказала Алла скорее не секретарю, а себе. Когда Вероника позвонила и сообщила о новом клиенте Алла посмотрела на часы и теперь точно могла сказать время. В половине десятого Мамонтов абсолютно точно ждал её в приемной и очень нервничал от мысли, что его могут заметить там. Но заметят его или нет было абсолютно не важно… Важно только то, что Алла теперь практически уверена, что за мужчиной, а, возможно, и за его дочерью, установлена слежка.
- Да был, Алла Васильевна, - кивнула Вероника запоздало и отметила. - Нервничал очень.
- Ясно, - произнесла Алла отстраненно. - Забери, пожалуйста, поднос, - продолжила она и вернулась в кабинет.
Вероника зашла за ней и тут же убрала все со стола. Алла вновь достала документы из сейфа, но поработать ей не удалось. На пороге возник сначала огромный букет роз, потом Михаил.
Он буквально светился. Настроение у Аллы плавно поползло вниз. Вспомнился пирожок из кафе, и она тут же пожалела, что отказала себе в этой слабости.
- Зачем пришел? - уточнила она, опустив глаза в документы. В этот момент ей захотелось оказаться где-нибудь на другом конце мира.
Михаил обошел стол и протянул ей букет.
- Вероника, - сказала Алла, нажимая на кнопку переговорного устройства. - Поставь цветы в воду. Хотелось еще добавить «и проводи Михаила куда подальше», но она сдержалась. Зачем показывать свою слабость и эмоциональную зависимость от него и от его действий?!
Михаил вручил цветы Веронике, а та моментально расплылась в улыбке. Так, будто букет был предназначен для нее:
- Какая шикарная композиция. О таком букете каждая женщина мечтает.
«О таком точно не мечтают» - пронеслось у Аллы в голове. Исправить измену букетом невозможно. Ничего нельзя исправить.
За Вероникой закрылась дверь и можно было скинуть маски.
- Вещи твои собрала, и они ждут теперь своего звездного часа на балконе, - сказала Алла.
Михаил сел на одно колено и попытался положить голову на её колени, но женщина успела сориентироваться и немного откатилась назад на своем кресле.
- Миш, прекрати! Встань, пожалуйста!
- Я был неправ, когда привел непонятно кого к нам домой, - начал мужчина.
- Ко мне домой и да, ты был неправ, - согласилась Алла.
Он был сейчас таким жалким, что Алле приходилось контролировать свои эмоции.
- Прости меня, пожалуйста.
- Дело не в прошении, ты же понимаешь? - произнесла женщина отстраненно. - Дело в доверии… А я, я больше не могу тебе верить.
- Это было в первый и последний раз, - произнес Михаил. - Честно. В первый и последний. Хочешь на чем угодно поклянусь.
- Не хочу, - отвернулась к окну Алла. Она правда не хотела.
- Я не смогу без тебя слышишь? Просто не смогу!
Михаил встал с колена и, отряхнув его, обошел стол и сел в кресло, в котором еще полчаса назад сидела бывшая жена Мамонтова.
- Я купил нам билеты в Париж, - произнес он и выложил два ярких прямоугольника на стол. - В пятницу вечером улетаем в понедельник возвращаемся. Вспомним как нам было хорошо. Ты же любишь Париж…
- Я не могу. У меня в четверг суд и на следующей неделе еще одно заседание, - произнесла она зачем-то и сама на себя разозлилась за то, что сейчас оправдывается. Она не должна этого делать. Не должна. И пусть нет никакого заседания на следующей неделе и пусть она может поехать. Но… Пошел он лесом вместе со своим Парижем и семейной жизнью.
- Ты подумай, пожалуйста, - сказал Михаил, проникновенно заглядывая в глаза, так, как заглядывают бродячие собаки.
- Тут не о чем думать, Миш. Я подам на развод, делить нам нечего. Ни детей, ни имущества за этот совместный год мы не нажили слава богу…
- Как ты можешь так говорить? - возмутился муж.
- Говорю, как есть, Миш, - продолжила Алла и, выдержав паузу, добавила. - И не приходи сюда больше. Не нужно. Мы с тобой цивилизованные люди. Ведь правда? И расстаться должны цивилизованно.
- А если я не хочу расставаться? - недовольно буркнул он.
- Такое бывает… - заметила Алла. - Когда один хочет расстаться, а второй нет. Второму придется смириться с выбором первого. Такова жизнь!
- Ты подумай хорошенько, - произнес он и пальцами пододвинул билеты ближе к Алле. - Тебе со мной ссориться не нужно.
Когда дверь за Михаилом захлопнулась, Алла встала и еще долго ходила по кабинету, пытаясь успокоится.
- Это тебе со мной ссориться не нужно, - произнесла она вслух, подойдя к окну. Снег все кружил в воздухе. Алла и сама сейчас себя чувствовала в слегка подвешенном состоянии.