Леон и Феликс приезжают на побережье Балтийского моря для того, чтобы набраться творческих сил и тут же реализовать их. Этому, по идее, должны способствовать чистый воздух, тишина и отсутствие внешних раздражителей и отвлекателей. Но планы идут лесом вместе с товарищами с самого начала, когда поломка автомобиля вынуждает их следовать до заветного спокойствия пешком, через чащу. И присутствие нечаянной соседки, шумящей по ночам, не способствует тишине.
Кристиан Петцольд продолжает свою серию о стихиях. В Ундине он затронул составляющую воды. Здесь фигурирует огонь. Нельзя сказать, что объединение картин в условные диптихи или триптихи (и так далее) не имеют оснований для существования. Но иногда это простая замануха или ход для привлечения взоров публики, что тоже не является преступлением против человечества. В случае с Красным небом это, скорее всего, из разряда придуманной по ходу дела подложки для серии фильмов. Придумано не глупо, но притянутость чувствуется.
Огня как такового здесь практически нет. Показаны его последствия, которые и выполняют функцию движителя всей картины, и толкают героев на новые свершения. Ведь иногда человеку нужен пендель кованным сапогом, для озарения и выдаче на гора необходимого материала. И это справедливо, как выясняется, далеко не только для русского человека. Иносказательно пламени тоже нет, ни в душах героев, ни в их отношениях. Проявления любви напротив, гасятся всяческими манипуляциями.
Леон писатель, сомневающийся, болезненно воспринимающий любое слово о своих произведениях. Он зажат в рамках дедлайна, который сам же и выдумал. Ему сложно разговаривать с людьми и если до этого доходит, то обязательно случается конфуз, после которого ему стыдно. Он как Илья Ильич Обломов и Андрей Иванович Штольц в одном лице. Вечно борющийся со сном трудоголик. Даже на пляже он не может искупаться в море, вместо этого засыпает и клянет себя после за слабость. Его надо всковырнуть, словно раковину, дать испариться его флигме и меланхолии. И может тогда он сможет написать хорошую книгу, а не то "дерьмо" которое он вымучивает на природе.
Вылезти из раковин получается с трудом и под воздействием потрясающих обстоятельств. Сначала ненавистная Надя, издающая по ночам вопли, которые не дают спать. Сближение с ней, прохождение всех стадий принятия. Лесные пожары и одновременно с этим приезд издателя, его приступ. Ночная пробежка в больницу, встреча издателя в отделении онкологии. И в довесок ко всему гибель близких людей. Все эти события отрезвляют Леона, он снимает с себя пелену зацикленности на себе и оглядывается вокруг, сочиняя новый роман, который посвящён сгоревшему заживо другу.
Кино снято в традициях немецкой школы. Здесь не найти визионерских изощрений, красочных пейзажей и геометрически-точно выставленных ракурсов. С этой точки зрения фильм простоват. Но и сама история не претендует на решение вечных вопросов. В этом смысле выбор визуального повествования соответствует сути материала. Простые диалоги, понятное поведение людей в сочетании с привычными локациями, без киношнлго лоска, создают необходимое ощущение правды. Не документальности, а правды.
По жанру это драма, производственных процессов писательского дела здесь меньше, чем, например, фотографического, поэтому драма об отношениях, а не производственная. История о скованном своими страхами человеке раскрыта. Можно примерить на себя и взглянуть на проблему со стороны. Можно в качестве терапии во время сплина и хандры использовать в конце рабочей недели и наутро субботы рафлекснуть в небольших дозах.