Кин-дзен-дзен

Сложно давать советы и рассуждать о тяжести переживания подросткового возраста. Тогда ты обязан быть стойким к нападкам, издевательствам, оскорблениям своего окружения. Не давать и не показывать слабину, или же отстраниться от устоявшегося круга и постараться держаться от них в стороне. И то, и другое, достаточно едкое испытание. Но такова жизнь, её процесс социализации. По крайней мере, так было принято думать до недавнего времени. И только теперь эта практика считается порочной. А начиналось всё с тех немногих, решившихся противостоять общей традиции и пресекать такое токсичное поведение...

Человеком проще манипулировать в случае его безвыходной ситуации. Когда он прижат обстоятельствами к стенке и ничего с этим не может поделать, кроме как умолять о помощи. Тогда выбор стоит за противной стороной, той, что, либо подаст бескорыстную руку поддержки, или же воспользуется и выжмет из бедняги всё оставшееся до капли. Однако есть неписанное правило – «нельзя унижать униженного», иначе наступит час, когда и корыстолюбец окажется в ничтожной дрязге, и уже его «клиент» станет размышлять, помочь «патрону» или же показать палец вниз...

Когда перевалило далеко за сорок, кроме талии округлились прочие части тела, а нынешнее положение вещей совершенно не соответствует чаяниям молодости, тогда либо смиряешься со статус-кво, или же пытаешься вытянуть себя самого из этого болота, пусть и в самый последний раз. Правда, есть риск неудачи, но в таком возрасте фраза – «пан или пропал» играет самыми истинными красками. В конце концов, будешь удовлетворён тем, что хотя бы попробовал. Как, например, четверо друзей детства, с ранних лет болеющие кинематографом, но в силу жизненных обстоятельств оставившие это благородное занятие...

Не существует никакого универсального правила, или их сборника, по воспитанию родного дитя. Есть усреднённые традиции, некоторые из них закреплены законодательством, позволяющие вкладывать ума-разума в головы любимых чад. Однако родичам постоянно, неусыпно, надо держать связь с детьми, чувствовать их, контролировать эмоции и нерв, которым они живут в настоящий момент своего развития. И даже при таком чутком отношении, с подобным ответственным подходом к выполнению своих обязанностей, всегда существует опасность что-то недосмотреть, где-то недоглядеть...

Нет ничего более постоянного, чем что-то временное. Есть в этих словах большая доля истины. Сколько раз мы, переезжая в, казалось бы, несоответствующую нашим представлениям о великолепном будущем, провинциальную глухомань, думали, что это на короткий срок и что всё это ненадолго. А на деле выходило обратное и мы задерживались здесь на всю отмеренную нам богом годину. Хотя и случаются моменты просветления, настигающие нас, к сожалению, только по самым грандиозным поводам. Как, например, теннисиста...

Есть преступления против личности, которые если произнести вслух, никто не обернётся, не посмотрит с сожалением или милосердием. Они стали обычными, обыденными спутниками человечества на протяжении веков. Однако если ранее за насильственные действия против половой неприкосновенности жертвы даже не помышляли искать справедливости, то сейчас, хоть и с большим трудом и риском для репутации, женщины обращаются куда следуют и всё чаще добиваются правды. Но есть на свете такие «феи», которым кажется, что официальная судимость лишь раззадорит посягателя и он в таком случае никогда не исправится...

Говорят, дети имеют самую гибкую психику. Мол, приспособятся ко всякому потрясению и выйдут из этого лучшим человеком. Только каких мучений стоит, например, пережить гибель единственного родного, да ещё сохранять ясность ума и суметь противостоять взрослому, ненавидящему тебя дяде. Как, например, юноше Ивану Огарёву. Он рано остался без родителей, и теперь его воспитанием будет заниматься неизвестный родственник. Правда, тому нужны только виноградники где-то на юге Российской Империи, а Ваня так, расходный материал, лишь препятствие к осуществлению громадных планов...

Когда в стране полицейских больше волнует живой, способный «дать на лапу», человек, а не лежащий в нескольких шагах труп, когда влиятельный капиталист может заказать неудобного профессора университета и завладеть его уникальным патентом, когда невозможно найти никакой информации о своей матери, бывшей рабыней состоятельного семейства отца, тогда приходится становиться кем угодно, лишь бы сохранить себя, сына и уехать вместе с ним подальше от этой, ненавидящей тебя, власти. Как, например, Армандо...

Чего проще, ввёл основную информацию, дал задачу и через несколько секунд получаешь потрясающий результат. Не нужны месяцы на разгадывание головоломки мотивов преступления, нет надобности опрашивать десятки свидетелей, достаточно сказать кибер-помощнику и он быстро сделает всю работу. Правда, как всегда в таких случаях, есть нюанс. Искусственный интеллект может буквально принять заложенные настройки и тогда только самые отважные из лучших смогут остановить беззаконие. Как, например, Салия (с прекрасным каре Адель Экзаркопулос) и Зем (всё более отращивающий нижнюю челюсть Жиль Лелуш)...

Мы часто растворяемся в сутолоке дней и не замечаем, как проходят годы. Что-то делаем, в моменте, кажется, важное, однако посмотрев назад понимаем - действительно настоящая, неподдельная жизнь была не использована и время потрачено впустую. В такой момент важно не бежать от этой потрясающей мысли, не прятаться от неё во всё тех же рутинных заботах, а начать смотреть на мир иначе. Как, например, Поль, владелец компании по строительству небольших деревянных судов и обыкновенный семьянин. Он достиг...

Развитие нейросетей, этот резкий скачок их усовершенствования, привёл не только к упрощению многих рутинных процессов компаний и простого человека, но и с новой силой и объёмом захлестнул интернет-пространство всякого рода мерзостью. Нам и до того хватало низкопробных, превращающихся в липкий гротескный кошмар наяву, изображений, видео и текстов. Теперь же это можно генерировать днями напролёт всякому человеку имеющему доступ к всемирной сети. Этот поток непотребства, наверняка, со временем схлынет, и мы упорядочим употребление ИИ...

Творческие люди иногда бывают слишком не приспособлены к бытию в определённой среде. Их как будто выталкивает из неё. И чем более такие мягкотелые личности стараются закрепиться в ней, тем сильнее неприятие масс. Как в случае с учителем музыки Эдвином, способным только на проглатывание оскорблений и сношение всяческих пранков в свой адрес. Однако даже такой бесхребетный персонаж в силах бороться за место своей мечты. Он беззаветно желает стать завучем, и для такого готов совершить подвиг. Стать стойким и не позволять более над собой издеваться...