Петя с самого детства обладал хорошим чувством юмора. Чего не скажешь об окружающих. Даже в собственной семье он был белой вороной. Родным было не дано понять его шутки.
Когда Петя подбрасывал старшей сестре дождевых червей и лягушек, которых она боялась до ужаса, сестра визжала и бежала жаловаться родителям. Те Петю ругали и просили так больше не делать. Но Петя не оставлял надежд развить в сестре чувство юмора, и один раз набросал червей ей за шиворот. Было весело. Пока он не получил увесистую плюху от сестры. Родители почему-то ругали его, а сестру успокаивали.
После одного случая Петя понял, что семья в этом плане безнадежна. Однажды он надел маску монстра и спрятался под кухонный стол. И выскочил с рычанием, когда мама несла полную тарелку супа. Мама от неожиданности охнула, опрокинула суп на себя, поскользнулась в луже и упала. Отец долго говорил с сыном. И Петя решил, что целостность собственной пятой точки дороже. И переключился на одноклассников.
Он говорил, что математичка заболела, поэтому первый урок завтра отменяется. Доверчивые одноклассники приходили ко второму. Потом Петю пытались бить и устраивали ему бойкот. Он подкладывал искусственные фекалии из магазина приколов девчонкам в портфели и один раз учительнице на стол. Быстро понял, что с учительницей лучше не шутить – у нее тоже нет чувства юмора, а реакция одноклассниц его несколько разочаровала – они пожимали плечами и называли его д*раком.
Так, с шутками и прибаутками, Петя закончил школу. И поступил в университет. Там он надеялся найти единомышленников – все-таки в ВУЗах учатся умные люди, а главный показатель ума, как известно, развитое чувство юмора.
Но там большинство его розыгрышей кончались провалом. Когда Петя называл неправильный номер аудитории или говорил, что зачет переносится с 8 часов на 10, однокурсники шли уточнять в учебную часть и непосредственно у преподавателей. Когда Петя, одолжив телефон у Паши, написал от его имени Юле, предложив свидание, и Юля согласилась, Петя предвкушал, как он придет в назначенное место и будет наблюдать ожидание и разочарование Юли. Но девушка сама подошла к Паше, они о чем-то поговорили и ушли с пар вместе. А на пятом курсе поженились.
Впрочем, один пранк увенчался успехом. Был у них в группе такой Тимур, учился платно. И жил с бабушкой, так как родителей у него не было. Чтобы оплачивать учебу, Тимуру приходилось подрабатывать. Когда бабушка Тимура серьезно заболела, ей потребовалось дорогостоящее лечение. Выбор был – либо заплатить за следующий год учебы, либо за лечение. Деньги нужны были срочно. И Тимур решил просить помощи у одногруппников. Первым, с кем Тимур решил поговорить, был Петр. Он сделал сочувственное лицо, сказал, что понимает положение товарища, и заверил, что даст всю сумму, для него это не проблема.
- Спасибо, друг, я по частям отдам! – обрадовался Тимур. – Если хочешь, расписку напишу. Еще одну работу найду, но отдам.
Петр попросил Тимура прийти в воскресенье и назвал свой адрес. Ну, не совсем свой. Весь день он ухохатывался, представляя, как Тимур пришел к абсолютно незнакомым людям, и требует там Петра и деньги. И что отвечают ему эти незнакомые люди.
- Тимур, здорово, ну как оно вчера прошло? – поприветствовал Петр Тимура в понедельник.
Но тот не ответил, прошел мимо со смурным лицом, и весь день старательно делал вид, что Петра не замечает. И до конца пятого курса с Петром больше не здоровался и смотрел на него, как на пустое место. Совсем чувства юмора у человека не оказалось. Тем более, его проблема разрешилась. Одногруппники, узнав, что Тимуру нужны деньги, скинулись, кто сколько может. И работодатель вошел в положение и заплатил за три месяца вперед, и еще добавил некоторую сумму от себя, без отдачи. Так что денег впритык хватило и на лечение, и на учение. И чего обижаться? И одногруппники тоже стали Петра сторониться, разговаривали сухо и только по делу, смотрели косо. А Тимур, говорят, отдавал долги еще год после окончания университета.
И девушки Петру попадались тоже без чувства юмора. Агата обиделась, когда он не пришел на свидание. Валя разорвала отношения, когда Петр в шутку сказал, что болен неприличной болезнью. А отец Симы запретил Петру встречаться с ней и пообещал набить лицо. И все из-за пустяка, безобидной шутки. Они уже подали заявление, был назначен день свадьбы, и накануне Петр повел Симу в кафе, где признался, что встретил другую девушку, полюбил ее, и свадьба отменяется. Сима сидела с каменным лицом. Потом молча взяла сумочку и вышла. Петр не стал ее догонять, шутка должна быть выдержанной, как вино. На следующее утро он позвонил, чтобы рассказать, что это был розыгрыш, и вместе посмеяться. Но Сима не брала трубку. А потом пришел ее отец и много чего неприятного сказал Петру. И родителям Петра. Родители, что характерно, встали на сторону несостоявшегося тестя и отчитали Петра. Утверждали, что есть вещи, которыми не шутят. Но Петр-то знал, что у них просто нет чувства юмора.
Окончив университет, Петр Сергеевич устроился на работу, где продолжал шутить и разыгрывать коллег. Чтобы скрасить скучные офисные будни.
Он писал с чужой почты фейковые письма и веселился, видя, как коллеги разруливают почти разорванные отношения с деловыми партнерами. Он сообщал, что Тамару Иванну вызывает директор, и огорчался, когда Тамара Иванна называла его д*раком. Он прятал бумажные документы и наслаждался, пока весь отдел их искал.
А потом нашелся еще один замечательный повод для розыгрыша.
- Ох, мышь! – закричал Володя, двухметровый бугай, и со скоростью света выскочил за дверь.
Дамочки частью завизжали, частью бросились ловить грызуна. Справилась с мышью Лера – эфемерное создание ростом полтора метра. Она накрыла мышь банкой, подсунула снизу картонку, и выпустила многострадальное животное на улицу, на газон. Как она объяснила – жалко.
- С детства боюсь мышей, крыс, и вообще грызунов, - оправдывался Володя. – Прямо в ужас бросает, аж цепенею. Понимаю, как это выглядит – здоровый мужик, а ведет себя как девушка какая-то. Но ничего не могу с собой поделать. Даже хомячков и морских свинок у меня никогда не было, боялся. Сын вон просил хомячка, в итоге кошку завели. Даже видеть их не могу, до дрожи. Дома даже договорились, что игрушки-мышки покупать не будем. Мячики ей покупаем. Сын кошку любит, говорит, лучше хомяка.
Отдел посочувствовал. Отдел поделился своими фобиями. Лера боялась высоты. Тамара Иванна боялась змей. Степан Викторыч боялся застрять в лифте, поэтому всегда ходил по лестнице, оно и для здоровья полезнее. И даже суровый директор признался, что боится летать на самолетах, поэтому всегда ездит поездом или на машине.
Отдел пришел к выводу, что каждый имеет право на свои фобии. А Володю, скорее всего, в глубоком детстве напугал грызун, и он получил психологическую травму, которая до сих пор аукается. Можно к психотерапевту сходить, говорят, что помогает. Но, в принципе, можно жить и так. В конце концов, не каждый день ты встречаешь мышей или змей, можно просто не подниматься на высоту, и, действительно, ездить поездом. Так что все решаемо. А если Володя в следующий раз увидит мышь, пусть сразу зовет Леру.
И все об этом инциденте забыли и больше не вспоминали. А Тамара Иванна даже убрала со своего рабочего стола фарфоровую фигурку крысы в платьице и с букетом, которая служила декоративным элементом. Мало ли, может Володе неприятно ее видеть.
А Петр намотал на ус. И купил в зоомагазине игрушечную мышь – в точности как настоящую, шерстяную, с лапками и гибким хвостиком. И ждал, когда представится случай. Представился через пару месяцев. Они с Володей должны были поехать по делам. Поехали на Володиной машине. Володя, естественно, был за рулем.
На заправке, когда коллега вышел, Петр быстро положил мышку на козырек от солнца и сделал невинный вид.
- Что-то солнце слепит, - заметил Петр, когда они свернули на оживленную трассу, и опустил свой козырек. – И ты опусти, - посоветовал он.
- Да не, нормально, - отмахнулся Володя.
- Да ну, светит же в глаза прямо, давай я тебе опущу, а то, знаешь ли, ты за рулем, - любезно предложил Петр.
Мышь свалилась прямо Владимиру на колени. Говорят, самое опасное место в машине – переднее пассажирское. Еще говорят, что в стрессовой ситуации водитель инстинктивно выруливает так, как наиболее безопасно для него, чтобы спасти свою жизнь. Правда это или нет, мы не знаем, но в нашем случае Володя резко крутанул руль не в пользу Петра. И заорал.
Теперь у Петра есть много времени, чтобы обдумать новые шутки и розыгрыши. Врачи говорят, что выпишут его не раньше, чем через две недели, а потом еще столько же нужно дома соблюдать постельный режим. Медсестер и соседей по палате Петр пока не разыгрывает. Нет физической возможности. Володя чувствует свою вину за произошедшее и пару раз навестил Петра, принес кефир и апельсины. Хотя весь отдел, и даже суровый директор, встали на сторону Владимира и говорят, что он ни в чем не виноват. Тоже люди – абсолютно без чувства юмора.
Еще рассказы в тему:
Добрая и веселая теща – на вес золота
Отдых у родственников могут испортить две противные девочки и собака
Тяжело жить кристально честному человеку
