Недавно впервые увидел диснеевскую «Спящую красавицу» 1959 года – богатейший материал для размышлений. Удивительное дело: 1950-е годы – то время, когда на уровне базовых ценностей противники в холодной войне были очень близки. Советский Союз уже давно ушел от революционности в вопросах семьи, брака, отношений, Америка – еще не к ней пришла. Патриархальный нарратив «Спящей красавицы» абсолютно понятен по обе стороны железного занавеса. Главные герои – молодые, красивые, цисгендерные и белые. Счастье взрослых людей – воспитывать детей: королевская чета его лишается, но зато обретают добрые феи – и горюют, когда Аврора вырастает. Цель Авроры, воспитываемой в буквальном смысле слова в лесу, – выйти замуж за принца. Все обитатели леса – от фей до белок и несчастной разбуженной совы – помогают ей в этом. Малефисента – воплощение абсолютного зла. И вот здесь сюжет дает слабину, не объясняя глубинных причин ее желания творить зло. Само имя злой феи явно указывает на то, что неприглашение на праздненство – лишь повод.
В последующие десятилетия в голливудском детском кинематографе мы видим процесс все большего раскрытия нюансов (а вместе с ним – размывания границ добра и зла). Двадцать лет назад, в «Шреке» рассказали, что не нужно соответствовать чужим стандартам, и классно быть любым – даже зеленым и вонючим. Десять лет назад, в «Малефисенте», объяснили, почему она стала такой вредной: во всем виноват король Стефан, отец Авроры, который в финале ликвидируется с применением гибридных методов. Иными словами, в мотивы персонажей проникают все глубже, объясняют, что у всех есть свои причины. С важным уточнением: причины могут быть легальными, как у Малефисенты – перенесенная несправедливость, так и нелегальными, как у Стефана, который зловреден по причине своей токсичной маскулинности (она, судя по всему, становится новым абсолютным злом).
Наблюдения именно за детским кинематографом любопытны потому, что в нем раскрывается именно базовое мировоззрение эпохи: то, что понимается и принимается большинством зрителей. Вряд ли кто-то из родителей захочет прививать своему чаду новаторские, революционные идеи о жизни. Поэтому «Дисней» – важнейший барометр, учитывая, тем более то, что он создает продукцию для продажи на рынках всего мира.
И вот еще что. Если в американском детском кинематографе постепенно вырастает тенденция к пониманию мотивов самых злодейских злодеев (которые, как Малефисента, оказываются, на самом деле, жертвой обстоятельств), то в международной политике все по старинке. Спросите, какая связь? Мне кажется, то, как элиты доносят народу обоснование тех или иных внешнеполитических решений, максимально приближено к формату волшебной сказки. Это в полной мере касается и Соединенных Штатов, где налогоплательщикам постоянно приходится объяснять, почему нужно раскошеливаться на очередные войны.
Любопытный синтез анимации и внешней политики мы видим в «Аладдине», где изображение Ближнего Востока вдохновлено недавней войной в Заливе. Нашел возмущенный комментарий NYT из 1993 года:
Disparaging stereotypes -- the avaricious Jew, the sneaky Chinese, the dumb Irishman, the lazy black person -- are now so unacceptable that it's a shock even to hear them mentioned.
Thanks to current international politics, however, one form of ethnic bigotry retains an aura of respectability in the United States: prejudice against Arabs. Anyone who doubts this has only to listen to the lyrics in a song from the animated Disney extravaganza "Aladdin": Oh, I come from a land From a faraway place Where the caravan camels roam. Where they cut off your ear If they don't like your face It's barbaric, but hey, it's home.
Дальше пишут о том, что американо-арабский комитет против дискриминации добился исключения строчки про отрезание ушей в видеоверсии (надо проверить). В последующее десятилетие арабы/мусульмане оставались главными злодеями в американской массовой культуре, но важно, что такой комитет существует – и работает.
Вы же понимаете, к чему я клоню? По какой-то причине зарубежные русские (я сейчас не про Брайтон-Бич, тут все понятно) если и объединяют свои усилия, то не против дискриминации русских/России и распространения стереотипов. Здесь они действуют, скорее, в противоположном направлении. Турки, персы и арабы остаются собой в Европе, Америке и Австралии. Русские же прилагают максимум усилий для того, чтобы раствориться в окружающем их населении цивилизованных стран, и не выделяться. Если не согласны, поправьте меня. И расскажите, в чем могут быть причины такого положения вещей, если все-таки согласны.
Еще о кино
- Как советская власть пестовала национализмы (кроме русского)