Чагина, обладателя феноменальной памяти, обманом внедряют в потенциально антисоветский кружок информатором. Там Исидор встречает любовь своей жизни Веру и друзей по интересам. И до этого у Чагина возникали вопросы правильности такого поступка, а после появления чувств к участнице кружка, тема предательства стала особенно острой. Сможет ли Чагин скрывать от девушки тайну после разрушительных событий? Сможет ли его разум выдержать такой груз? Ведь он ничего не забывает. Никогда.
Моё знакомство с творчеством Водолазкина начинается именно с «Чагина», поэтому параллелей и сравнений с ранними работами Евгения Германовича не могу себе позволить, но о впечатлениях расскажу. Они по большей части позитивные, хотя есть нюансы.
Весь роман сопровождают мягкие и романтическо-меланхоличные настроения, не скажу, что депрессивные, скорее приятные и осенние. Возможно, из-за особенностей характера Чагина. Это логично. Такая атмосфера сохраняется даже в местах с юмором, пошлого веселья в книге нет, скорее что-то аккуратное, вызывающее улыбку. Понравилось.
Вообще люблю этот «жанр», когда со стороны ведется рассказ о необычном и загадочном человеке. Напомнило «Королек» Набокова.
Понравился слог, автор жонглирует словами и оборотами, формами и рассказчиками надежными и ненадежными. Их будет несколько, каждый в своей манере косвенно или напрямую затронет историю Чагина. Получилась такая матрешка из характеров. Но, как это бывает в разнообразных и многослойных романах в нескольких частях, некоторые главы были интересны, на некоторых я скучал. Вообще тут крайне неспешное чтение, тягучее и равномерное повествование, торопиться не стоит. Все это с приятным слогом без перегруженных предложений. Хорошо написано, за исключением пары моментов, о которых в самом конце.
Несмотря на то, что история вроде бы об Исидоре Чагине, в некоторых частях он на втором плане, в основе всего текста будут личности, их развитие, любовь, детство и трудности. Водолазкин аккуратно насаживает на стержень из жизни Чагина и другие истории. Они не менее интересны, а иногда и более лично для меня. Во всей этой с виду непонятной, но на деле выверенной и красивой паутине, есть философия. Она как бы между делом, в двух словах или в поговорках. Порой действительно любопытные мысли, которые не помешают любителям сугубо сюжета, но порадуют ценителей и искателей глубины. Она тут есть.
Конечно, отдельной темой идет память. Насколько тяжело все помнить, насколько тяжело жить с таким уникальным даром, насколько важно забывать, хотя изначально кажется, что это скорее дефект мозга. Это не так. Чагина порой искренне жаль. Из-за дара, из-за тяжелой жизни, из-за грустной истории любви.
Необычная книга, я не могу сказать, что меня затянуло или это был восторг. Это приятное чтение, неспешное, уютное, комфортно-грустное. Хоть местами я и скучал, но с героями не хотелось расставаться.
И дополнительный, совершенно необязательный пункт духоты. Но я обещал уточнить про стилистику. Мне кажется, что с текстом чуть не доработали корректоры. Знаю, со своим текстом тяжело, его неудобно править, слова и ошибки проскальзывают в мыслях. Поэтому проще этим заниматься другому человеку. Я сам не какой-то заслуженный мастер слова или стилист, но отмечу несколько моментов. Попробуйте найти недочет до моего комментария, если интересно.)
«Исидору купили шаровары. Даже в то далекое время, когда одежде большого значения не придавали, было видно, что они недопустимо широки. Бабушка вывернула их наизнанку и, собрав лишнее, прострочила изделие на «Зингере». Она не хотела тратить черные нитки, которые и так недопустимо быстро расходовались». Два одинаковых наречия (Кинг негодует) «недопустимо» через предложение. Этого можно избежать, хотя бы просто убрав слово из любого или заменив на «слишком».
«Впрочем, и плохой музыке, с его точки зрения, можно было найти применение: под советские патриотические песни хорошо разжевывалось жилистое мясо. У Чагина были любимые буквы». Из первого предложения можно убрать «было», чтобы избежать повтора.
«Вера входит в воду до колен, смачивает плечи и грудь. Исидор проходит мимо нее и быстро оказывается в воде по грудь, окунается с головой». То же самое со словом «грудь».
Это не грубые ошибки, скорее стилистические недочеты. Да и не мне со своими проблемами текста критиковать Водолазкина, тем более, таких моментов 5-6 на всю книгу, не учитывая умышленную игру слов. Просто показалось, что команда издательства немного поспешила. В остальном претензий нет.