Во-первых, почему «маленькое»? Потому что, метровой длины морской ящер на «большое чудо» не тянет. Хупехзухии были невелики, что и естественно для эпохи, когда они обитали на Земле, – самого начала триаса, – между 251 и 247 миллионами лет назад. Это время можно назвать «зарёй мезозоя», когда планета только оправлялась после катастрофы, в конце пермского периода уничтожившей 70% сухопутных и 96% морских видов. Причём, обратить внимание стоит на вторую цифру, – ящер-то морской.
Хупехзухии появились в момент триумфальной радиации диапсид, – когда предки динозавров и представители родственных им линий, ринулись кто-куда занимать опустевшие экологические ниши. То есть, кто – куда, а хупехзухии, вместе с близкородственными им предками ихтиозавров, и лишь отдалённо родственными предками черепах, – отправились искать счастья в море. Практически опустевшее, – и никем, следовательно, не охраняемое.
И это уже была вторая волна колонистов с суши, пытавшихся захватить солёные воды. Экспансию в море рептилии начали ещё в конце перми. Но нырнувшие первыми, как раз, и попали под те самые 96%. Никто не выжил.
Как, собственно, и хупехзухии. Из второй волны к успеху пришли ихтиозавры, нотозавры, танистрофеи, в каком-то смысле и черепахи. Хупехзухии же не выдержали конкуренции и быстро исчезли со сцены. Хотя, также были не лишены творческого потенциала.
… «Чудом» хупехзухи стали после недавних открытий, изменивших их облик на реконструкциях. В прошлом, – пока сохранный череп найти не удавалось, – к покрытому панцирем широкому, как у морских черепах, телу приделывались узкие челюсти гавиала. Палеонтологам казалось, что так хупехзухам будет удобнее охотиться на рыбу… Но удача, наконец, повернулась к учёным лицом, – отпечатки сразу двух черепов были найдены. Причём, настолько чёткие, что на них удалось различить усы. Китовые, разумеется. Маленький ящер выцеживал из воды планктон с помощью устройства очень близкого к таковому у современных китообразных.
Что в этом интересного? Ну, во-первых, то что такой способ питания в начале триаса уже стал работать, – хотя бы и только на мелководьях. К этому периоду, – хотя, скорее, к середине, – относится появление в море фитопланктона (а значит и зоопланктона) в масштабах близких к современным. Одноклеточные водоросли в триасе хорошо научились плавать и оживили не только прибрежные отмели, но и – отчасти – просторы океана…
Но где просторы, а где хупехзух? Он-то ещё размножался на берегу, плавал плохо и далеко от берега уходить не мог. Это вторая интересная черта.
...Правильный же вопрос, почему изобретение хупехзуха не принесло ему пользы? Потому что в море быстро появились хищники, против зубов которых панцирь хупехзухий не давал защиты. Состязаться же с хищниками в скорости на диете из планктона – проблематично. Не могли хупехзухии и решить проблему защиты, пойдя путём гигантизма. Путь этот вёл на просторы моря, – чтобы не рисковать сесть на мель, – а там уже появились враги, учившиеся плавать, пока хупехзухии учились цедить.