Кто-то ездит на курорт с целью отдыха и лечения, а кто-то для новых знакомств. Так было во все времена. Любопытная статья мне попалась в одной газете середины 19 века. Из неё мы узнаем, что раньше некоторые мамочки со своими дочками ездили в Пятигорск ловить женихов, но видимо к середине столетия женихи были уже не те... И так газета "Санкт-Петербургские ведомости" 24 декабря 1853 года: Возвращаясь к первому здешнему балу, надо заметить , что участвующих в нём было немного. Большей частью только Пятигорские обитательницы оживляли бал. Вообще, в последние годы, приезжих девиц мало бывает на водах. Во времена Печоринские приезжали сюда попечительные маменьки с дочками-невестами для ловли женихов, Кавказских героев. Нынче с этой целью сюда не ездят, или ездят немногие, и не совсем удачно: ловля женихов стала не успешна; на водах завелись господа, которые знают всю подноготную приезжих и местных невест, и по пальцам высчитают вам их движимое и недвижимое. Нынче плохо ловятся даже сам
Кто-то ездит на курорт с целью отдыха и лечения, а кто-то для новых знакомств. Так было во все времена. Любопытная статья мне попалась в одной газете середины 19 века. Из неё мы узнаем, что раньше некоторые мамочки со своими дочками ездили в Пятигорск ловить женихов, но видимо к середине столетия женихи были уже не те...
И так газета "Санкт-Петербургские ведомости" 24 декабря 1853 года:
Возвращаясь к первому здешнему балу, надо заметить , что участвующих в нём было немного. Большей частью только Пятигорские обитательницы оживляли бал. Вообще, в последние годы, приезжих девиц мало бывает на водах. Во времена Печоринские приезжали сюда попечительные маменьки с дочками-невестами для ловли женихов, Кавказских героев.
Нынче с этой целью сюда не ездят, или ездят немногие, и не совсем удачно: ловля женихов стала не успешна; на водах завелись господа, которые знают всю подноготную приезжих и местных невест, и по пальцам высчитают вам их движимое и недвижимое. Нынче плохо ловятся даже самые юные женихи в Пятигорске. Если, с одной стороны, постарели простодушные Грушницкие, то, с другой стороны, дух Печоринского скептицизма вселился в самых безбородых юношей.
Я сам был свидетелем следующей сцены в Елизаветинской Галерее: между одинокими, бледными и зевающими лицами пьющих воду, с отрадою встретил я группу, чрезвычайно одушевлённую, полную жизни и здоровья: это был розовый двадцатилетний юноша и с ним две пышущих здоровьем, молоденьких девушки; они мало заботились о воде, и оживлённым своим разговором, вполголоса, составляли приятный контраст с остальной публикой галереи. Я готов был побиться об заклад, что это влюбленные; как вдруг, при одном повороте около столбов галереи, вижу я моего героя, идущего прочь от оставленных им на диване девиц. Он лениво подходил к какому-то, не менее юному, своему товарищу.
- Ну, что? спросил тот, не двигаясь с места.
- Скука! отвечал мой герой, и протяжная зевота изгладила на розовом лице его следы непритворного одушевления, бывшего на нём за минуту.
Между тем, две собеседницы моего героя были в самом деле прехорошенькие девочки. Чего же ещё надобно, чтобы не зевать от скуки?
Вот такая история из середины 19 века. Если вам интересно о чём писали в прошлые столетия в прессе, поставьте лайк и напишите комментарий.