Опять шары налила? Не стыдно? Чем девок зимой кормить собираешься, не ходишь на работу, шиш ведь на трудодни получишь.
На следующий же день Анна отправилась в школу. Вошла, с трудом открыв тяжелые двери. Интересно, как попадают сюда малыши? В школе царит тишина, идут уроки. Анна прошла по длинному широкому коридору, упиравшемуся в небольшую сцену.
С обоих сторон коридора, классы. С права, у самой сцены, двери, на которых висит табличка «Учительская». Вошла. За дальним концом стола сидит чрезвычайно худая, немолодая женщина, с гладко зачесанными волосами и наведенными черным карандашом бровями.
Анна поздоровалась, подошла к столу. Женщина помигала глазами, подняла правую бровь
- Вы не наша родительница? Я Вас не помню.
- Нет, я не родительница. Я жена Ивана, сына Авдотьи, которая недавно померла
- И что Вам нужно? Зачем пожаловали?
- Похлопотать насчет Маргариты Кузнецовой. Она весной окончила восемь классов, ей надо бы в девятый.
Женщина сморщилась, скривила презрительно рот
- Насчет Риты, вот что Вам скажу, милейшая. Девочка запущенная, отсталая, ленивая. Ни толку, ни желания учиться у нее нет. Зачем зря тратить на нее время? Пусть идет в колхоз. Василий Иванович даст ей какую-нибудь легкую работу.
- Где Вы видели в колхозе легкую работу? Рита не отсталая, она умная девочка и совсем не ленивая. Вам что, места жалко в классе? Парт не хватает?
- Всего у нас хватает. Только она нам все показатели испортит. Сами подумайте, на что ей образование в деревне?
- Вот, значит, как? Всем остальным нужно учиться, а нашей Рите нет? Не можете вы ее научить? Зачем тогда в учителя пошли? Если не возьмете ее обратно в школу, поеду в город, схожу к начальству и все про ваши показатели расскажу.
- Как же я возьму Вашу Риту, когда школьники уже месяц учатся? Если так уж хотите, пусть год пропустит, позанимается, на следующий год мы ее примем в девятый класс.
- Где это они у вас месяц учатся? Картошку недавно выкопали, потом свеклу дергали. Учатся, наверно, неделю, от силы полторы.
- Вы не понимаете русского языка? Я сказала, нет!
- Тогда, мне придется идти в город. Думаете, если у нее родители бестолковые, за нее заступиться некому? Рита, родня моя, племянница моего Ивана. Я ее в обиду не дам.
Женщина едва сдержалась, чтобы не перейти на крик. Вот ведь привязалась. Никак не поймет, не за чем девчонке учиться. Не ей ли, учительнице с опытом не знать, что из кого получится. Эта Рита, вечно заспанная, тупая, способна только полы мыть и то не везде, а ее тетка никак не хочет этого понимать.
- Ладно, пусть с понедельника приходит. Учебников у нее, разумеется, нет. Скажу, чтобы в библиотеке подобрали. Тетради ручки, карандаши доставайте сами.
Прямо из школы Анна направилась к Варваре. Ее самой не должно быть дома, в колхозе вовсю возят солому с полей. Семен, тот никуда не делся, поди. В дом заходить не стала, постучала в окно. Нет никого, постучала еще.
Из сеней вышла Варя, раскрасневшаяся, взлохмаченная и снова выпившая
- Чего пришла? Чего надо?
- Документы Ритины дай и одежу. Холодно стало, она в моей телогрейке от Степаниды ко мне и обратно шастает. В школу пойдет с понедельника. Есть у нее одежка какая-нибудь?
- Нету ничо! Изросла она. Верка в ее пальтишке ходит. Теперь о Ритке пусть твоя головушка болит, она с нами не живет.
- Ладно, документы дай!
- Не знаю, где они, искать надо.
- Ищи!
- Некогда мне, занята я.
- Вижу. Опять шары налила? Не стыдно? Чем девок зимой кормить собираешься, не ходишь на работу, шиш ведь на трудодни получишь.
- Не твоя забота, иди отсюда, пусть Ритка сама за своими бумажками приходит.
- Иван зайдет.
Уф, кажись, все устроилось. Только во что девку-то одевать. Пришла домой, забрала у Риты Мишаню
- Все Рита, с понедельника в школу пойдешь. Поставь-ка чайник на керосинку, да Степаниду кликни. Я пока Мишку покормлю. Миленький мой, мальчишечка маленький, мамке некогда тебя на руках подержать, все торопится, все бежит куда-то. Ешь, давай, ешь, мой хороший!
Чайник только закипел, пришла тетка Степанида с Ритой.
- Чего звала, Анна? Чего опять случилось?
- Договорилась насчет школы. Только Варвара никакой одежки не дала. Я не стала скандалить, какая там может быть одежда? Чего хотела я спросить, кто-нибудь в деревне шьет ли?
- Дык, Анфиска Гоголиха шьет, чего хотела пошить?
- Да вот думаю, пальто драповое мне узко стало, а к зиме меня еще больше разнесет. Чего ему лежать, еще моль сожрет. Поди, маленько как-нибудь его ушить, Ритке бы хорошо.
- Не, она такое не шьет, это же пальто. Знаешь, что? Давай, сначала померяем мы ей это пальто, потом посмотрим, чего делать.
Про чай забыли. Мишаню посадили в кровать, обложив подушками, раскрыли сундуки, бабкин и Нюрин. Пальто Рите широко, длинно, рукава болтаются едва ли не до колена. Однако, оно хорошее, почти не ношеное. Берегла его Анна.
Степанида огладила пальто на плечах Риты
- Не жалко, Аннушка, драп-то какой баский?
- Жалко! Жалко, что не носила. А теперь, чего уж жалеть, мало ведь. Вот если отрезать рукава, укоротить подол, а пуговицы перешить? Ну-ка, Рит, повернись ко мне! Вот такой запАх сделаем, сюда пуговицы присобачим. А? Как тебе, Рита? Будешь носить?
Рита смотрела на женщин ошалелыми глазами. Ей, Ритке, драповое пальто с настоящим цигейковым воротником? Ну и что, пусть немножко велико, она ведь вырастет.
- Я буду его очень беречь, тетя Аня! Может подол не укорачивать, так даже теплее будет.
- Запутаешься ты в нем. Только у меня толку не хватит отрезать нормально. Что делать-то, теть Степанида?
- Что делать? Пойду к Анфисе кланяться. Отдашь ей свои синие бусы, все равно не носишь.
- Отдам. Еще бы она юбку вот эту ушила, она мне тоже узка. Ладно, разоряться, дык разоряться, бери, Рита вот эту шерстяную кофту. Берегла, как тятину память. Носи!
Степанида только головой покачала, эх, расщедрилась девка!
- Юбку я сама ушью, а пальто унесу сегодня же. Бусы-то давай. В эдаком пальто пока жарко будет, да ладно, жар костей не ломит. А то может и в твоей телогрейке походить, а я тебе свою дам поносить.
В понедельник Рита пошла в школу. Вместо тетрадки Степанида дала два журнала, поблекшие от старости. Иван отдал свой химический карандаш. В носки новых калош Анны насовали тряпки, чтобы не слетали. Нарядившись в новую юбку и кофту, она так и пошла, пальто еще не готово, а такую красоту прятать под телогрейку не хотелось.
- Бабушка, тетя Аня, я ей-Богу не замерзну, бегом до школы добегу. Завтра уж телогрейку надену.
Побежала, как же! Степенно идет Рита по улице, улыбаясь и здороваясь с редкими встречными. С ней тоже здороваются, как со взрослой.
Начало октября, с деревьев облетел почти весь лист и укрыл желтым ковром землю подле них. Солнце не жалеет для земли золота, но не дает уже тепла. Прохладно. А девочка улыбается, ей не холодно, она сегодня счастлива.
Продолжение здесь: Глава 57