Возвращаясь домой, Илья думал над словами Андрея. О том, что лучше бы прекратить общение с Никитой прямо сейчас, чтобы в будущем не было проблем. Проблем… Как может ребёнок быть проблемой?
Начало здесь. Предыдущая часть
Илья был уверен, что даже если пройдёт время и он встретит другую женщину, кусочек его сердца всегда будет принадлежать Марине. Потому что такая любовь не может исчезнуть бесследно. А что касается Никиты, то если сейчас он откажется от встреч с мальчиком, то никогда потом себе этого не простит.
На похоронах Марины он мысленно поклялся ей, что не оставит Никиту, и он не нарушит эту клятву. Он не предаст этого маленького человека, который ему так верит и нуждается в его поддержке…
«Мы в ответе за тех, кого приучили», Илья помнил, как мама когда-то читала ему книжку про Маленького принца и говорила о том, что нельзя бросать и предавать тех, кто доверился тебе, кто считает тебя своим другом и кто пока так беззащитен перед этим порой жестоким миром… И это касается не только животных, которых мы берём в дом, это касается и людей, которых мы впускаем в свою жизнь…
На следующий день после работы Илья решил навестить тётю Марины Галину Сергеевну, которую только что выписали из больницы.
Молодой человек купил фрукты и пирожные, которые любила пожилая женщина, и отправился к Галине Сергеевне. А подъезжая к её дому, он увидел цветочный киоск, остановился и купил букетик белых хризантем.
Пару месяцев назад они с Мариной поздравляли Галину Сергеевну с днём рождения, тогда-то Илья и узнал, какие пирожные ей нравятся, и что белые хризантемы – её любимые цветы. Ему захотелось порадовать одинокую тетушку Марины, которая была хорошим и отзывчивым человеком, и бесконечно любила свою племянницу и её сынишку.
- Илья, как неожиданно, - ахнула Галина Сергеевна, открыв дверь. – Ещё и цветы… Какой ты всё-таки чудесный молодой человек, неудивительно, что Мариночка так тебя любила…
При воспоминании о Марине, глаза пожилой женщины мгновенно наполнились слезами.
- Как вы себя чувствуете, Галина Сергеевна? – спросил Илья, проходя в квартиру.
- Да как я могу себя чувствовать, Илюша? Физически-то ничего, подлечили врачи, а вот на душе… сам понимаешь. Всё думаю, как же несправедливо, что я, одинокая старуха, живу, а Мариночки больше нет… Если бы я только могла с ней местами поменяться…
- Не говорите так, у каждого своя судьба и свой срок…
- Знаю, Илюша. Но разве так должно быть? Ты проходи пока в комнату, я сейчас чайник поставлю. И цветы в вазу определю.
Илья вошёл в комнату и увидел на самом видном месте портрет Марины. Она смотрела с этого портрета как живая, такая красивая и такая родная… Илье самому захотелось зарыдать, острая боль потери снова вонзилась в сердце и комом застряла в горле, мешая дышать… Как привыкнуть жить без неё? Без этой самой лучшей на свете женщины…
- Я так по Никите скучаю, - сказала Галина Сергеевна, когда они с Ильей сели пить чай. – Сегодня позвонила Глебу, спросила, когда могу увидеть мальчика. Обещал на выходных привезти мне его. Может быть, даже с ночёвкой у меня останется.
- А можно и мне к вам приехать, чтобы увидеться с ним? – спросил Илья.
- Ну, конечно, приезжай, я тебе всегда рада. И Никитка тебя очень любит. А что же, Глеб не разрешает тебе с ним видеться?
- Разрешает, я в воскресенье почти весь день провёл с Никитой. Но вот как будет дальше, не знаю…
- А что случилось, Илья? Тебя что-то тревожит, я же вижу… Может, расскажешь?
И Илья вдруг решил поделиться с Галиной Сергеевной тем, что произошло между ним и Евгенией. Изначально не хотел посвящать пожилую женщину в это, но сейчас почувствовал, что нужно рассказать.
В отличие от Глеба Константиновича, тётя Галя неплохо знала Илью, они с Мариной часто навещали её вместе. И уж точно Галина Сергеевна не была очарована Евгенией… Да и кто знает, может быть, вместе они смогут найти какое-то решение, чтобы поставить на место обнаглевшую Горгону.
И Илья рассказал всё как есть. Про условие, которое поставила ему Евгения, если он желает и дальше общаться с сыном Марины.
- Вот змея! – всплеснула руками пожилая женщина. – Какая же она всё-таки дрянь. То, что она не любит Глеба, я и сама давно поняла. Но чтобы такое задумать за его спиной, это же просто верх бесстыдства. А Глеб рядом с ней превращается в слепого котёнка, верит ей безоговорочно, слушает всё, что она ему скажет.
- В том-то и дело, Галина Сергеевна. Мне отец Марины не поверит, я для него посторонний человек. Хорошо, что хоть вы мне верите.
- Да как не верить? Я, слава Богу, научилась в людях разбираться, семьдесят лет на свете живу. А Женька эта мне сразу не понравилась. Быстро она Глеба на себе женила и хозяйкой себя в его доме почувствовала. Мариночке с Никитой пришлось отдельное жильё снимать, хотя квартира большая, всем места хватало. А Глеб, правда, как околдованный, доверяет во всём жене, а она вот что задумала… Как бы её на чистую воду вывести? Жалко Глеба. Он хороший человек, и Елену он любил, до последнего рядом с ней был. А теперь попал под влияние этой гадины…
- Но если я расскажу всё Глебу Константиновичу, он мне не поверит.
- И мне не поверит, он знает, что я его молодую жену недолюбливаю. Решит, что мы с тобой просто хотим оговорить её. Но ты в любом случае будешь видеться с Никитой. Мне-то они вряд ли запретят общаться с мальчиком, Глеб не посмеет. А ты будешь ко мне приезжать, когда Никита здесь.
- Спасибо вам, Галина Сергеевна, - поблагодарил женщину Илья. Он был рад, что поделился с ней, и что она на его стороне. Он сможет и дальше общаться с Никитой, и это сейчас самое главное.
- Да это тебе спасибо, Илья. За твоё доброе сердце. Сейчас столько злобы вокруг, лжи и зависти… И встретить такого человека, как ты – большая редкость. Спасибо, что не забываешь Никиту и меня, старуху…
Через три дня Илье позвонила Евгения.
- Ты подумал над моим предложением? – спросила она.
- Я ведь тебе уже сказал, что ты ошиблась адресом, - ответил он. – Ищи для этой цели кого-нибудь другого.
- Вот так значит? А я думала, что ты будешь более благоразумным, Илюша. Ну тогда забудь про Никиту, не смей появляться у нас дома и звонить Глебу. Впрочем, если ты передумаешь, я могу сменить свой гнев на милость. Так что всё зависит исключительно от тебя, красавчик.
- Ты больная на всю голову, - ответил Илья.
- Да нет, - захохотала Горгона. – Я здоровее всех здоровых, поэтому и отца своему ребёнку ищу молодого и здорового. Ладно, я тебя предупредила, чтобы ты не приближался к Никите. Но если что, я жду твоего звонка.
- Не дождёшься, - сказал Илья, отключившись.
Внутри него всё клокотало от возмущения и злости. Конечно, благодаря Галине Сергеевне он решил проблему общения с Никитой. Только вот придётся сказать ребёнку, чтобы не говорил дома о том, что они видятся, иначе Горгона быстренько прикроет лавочку.
Неправильно это. Получается, что Никита будет обманывать дедушку. А самому Илье придётся что-то соврать Никите, ведь не скажет же он ребёнку про условие, которое выдвинула ему Евгения…
Илья ненавидел ложь, мама и Михаил Антонович воспитывали его так, что молодой человек с детства усвоил: врать – это плохо, и тем более нельзя обманывать близких людей. Конечно, бывают исключительные случаи, когда ложь во спасение. Но сейчас и ему, и Никите придётся врать из-за этой сумасбродки Евгении, которая пытается манипулировать другими людьми и хочет подлостью достигнуть своей цели.
И больше всего в этой ситуации было жаль отца Марины, который любит Евгению, доверяет ей целиком и полностью, не подозревая, какое она на самом деле чудовище. И это чудовище будет воспитывать Никиту.
От этой мысли Илье становилось не по себе, но пока он не знал, как открыть глаза Глебу Константиновичу на женщину, которую он взял в жёны и которую привёл в свой дом. А сейчас ещё и доверил воспитание единственного внука…
Вечером к Илье заскочил Андрей. Он принёс бутылку хорошего коньяка и сказал:
- Мне кажется, что ты так и обижаешься на меня, а мы всё-таки лучшие друзья. Ты прости, если я тебе наговорил чего лишнего. Того, что не следовало говорить. Я-то со своей колокольни рассуждаю, а ты по-иному видишь всю эту ситуацию. Обещаю, что больше не буду навязывать тебе своё мнение.
- Всё нормально, Андрюха, - ответил Илья, доставая из холодильника лимончик. – И ты меня прости, если что не так.
- Ну тогда давай по чуть –чуть за нашу многолетнюю дружбу.
- Давай.
Молодые люди хорошо посидели, и Илья старался не касаться в разговоре тем, которые на самом деле занимали сейчас все его мысли. Но Андрей, понимая переживания друга, сам завёл разговор об Евгении.
- А у тебя нет фотографии этой дамочки, жены отца Марины?– спросил Андрей. – Что-то интересно стало взглянуть на неё.
- Фотографии? – задумался Илья. - Подожди, должны быть в телефоне. Когда Марина приглашала отца и эту стерву на ужин для знакомства со мной, Никита дурачился и фотографировал нас на мой телефон. Кажется, я не удалял эти фотки.
Илья порылся в телефоне, и вскоре обнаружил те самые фотографии.
- Вот, смотри, - протянул он телефон другу.
- Ого!– присвистнул Андрей. – А я её знаю. Это же Женька Шаповаленко.
- Я её девичью фамилию не знаю, - слегка растерялся Илья. - А ты ни с кем её не перепутал?
- Да нет, это она самая, Женька.
- Надо же, - удивился Илья. – И откуда ты её знаешь?
- Откуда? Оттуда… Помнишь, я тебе рассказывал, что когда из армии вернулся, был у меня небольшой романчик с женщиной постарше.
- Ну да, припоминаю что-то такое.
- Так вот, это она и была. Ничего себе дела… Вот уж, действительно, мир тесен.
- Ну да, тесен не то слово. Кто бы мог подумать…
- В то время она ещё не была такой стервой, хотя мы и встречались-то недолго. Странная она, однако. Раньше на пацанов молодых её тянуло, а теперь вот в старика вцепилась. Ну, Женька, ну, погоди…