Сразу, с первой строчки, хочется бросить всё и мчаться куда-нибудь в даль, под парусами, навстречу неизвестности! И желательно под парусами яхты «Дункан», вместе с героями бессмертного произведения Жюля Верна «Дети капитана Гранта».
Каждый раз, когда читаешь (или перечитываешь) произведения Верна, ощущаешь этот самый эмоционально-возвышенный подъём, который и называется «романтика». И даже перестаёшь замечать все условные художественные допущения автора, все совпадениям обстоятельств, которые неожиданно настигают главных героев: где-то в водах Шотландии поймали рыбу-молот, а внутри неё оказалась бутылка с запиской от потерпевшего крушение капитана Гранта; адмиралтейство отказалось выделить судно для поисков, но у лорда Гленарвана есть собственное судно и он соглашается помочь Роберту и Мэри найти отца. И таких чудесных совпадений в произведении Жюля Верна немало.
И знаете что? Прочитав несколько страниц — перестаёшь удивляться и задавать какие-то глупые вопросы: что? почему? да как вообще такое возможно? И просто начинаешь верить и ждать. Ждать того самого чуда, которое в последний момент всё-таки произойдёт (ну просто не может не произойти!), и что герои найдут капитана Гранта.
И правда. Ведь и Южная Америка, и Австралия, и Новая Зеландия: ведь это всё существует! Почему бы не предположить, что и «Дункан» способен преодолеть этот путь? И что часть команды, высадившись на одном берегу Патагонии, способна пройти её всю насквозь и на другом берегу (!) встретиться с остальным экипажем? И что после страшного шторма и бури не только судно останется на плаву, но и наши герои окажутся именно в той австралийской бухте, где и живёт коварный Том Айртон (он же Бен Джойс)?
С другой стороны: а если бы не было этой книги? Думаю, что и само понятие «приключение» потеряло бы если бы не весь смысл, то какую-то немалую его часть.
Ведь любим и ценим мы произведения Жюля Верна именно за это: за уникальную возможность окунуться в таинственный, загадочный, наивный порой мир, полный опасностей, поисков и побед. Читая «Дети капитана Гранта» очень сложно оставаться нудным и душным скептиком. Хочется быть неисправимым романтиком.
А советская экранизация? Да это ведь само по себе — отдельное произведение! Вы знаете — каково было моё удивление, когда я узнал (уже в зрелом возрасте), что любимого мною Паганеля сыграл не кто иной, как... Александр Невский? Да, замечательный актёр Николай Черкасов, показав милого, несуразного и нелепого Паганеля в фильме 1936 года, через два года предстанет перед нами в легендарном образе знаменитого русского князя, выигравшего битву на Чудском озере!
И в целом: фильму, на мой взгляд, удалось передать то самое романтическое чувство, которое вызывают настоящие приключения.
P.S. Перечитав статью, поймал себя на мысли, что и сам сейчас веду себя как восторженный школьник, которому в библиотеке удалось урвать томик Верна и заразиться самой неизлечимой книжной болезнью — романтизмом. И знаете, что я вам скажу? Я неизлечим. И это здорово.
Спасибо за то, что дочитали до конца! Подписывайтесь на мой канал!