- Что случилось? Что за праздник посреди недели?
- Сына обмываю, - закусил куском сала Степа.
- И сколько еще обмывать? Два месяца? Не сопьешься?
- Не сопьюсь, - Степан налил добавки.
- На развод, когда подашь?
Глава 1
Глава 82
Степан не услышал последних слов матери. Плотно поужинав, он сходил на улицу, покурил и решил заглянуть к другу Митьке. Вспомнить молодость, так сказать. Но Митька, состроив кислую мину, отказался посидеть и выпить за здоровье еще не родившегося ребенка. Он стругал доски для нового пола в баню и ждал жену, когда та подоит корову.
- Что-то я тебя не узнаю, - возмутился Степан, наблюдая, как друг ловко работает рубанком. – Раньше были не разлей вода…
- Раньше, - остановился Митя, вытер пальцами взмокший лоб и выдохнул. – То было раньше, а сейчас все изменилось.
- Что изменилось? - кажется, Степан не понимал, к чему клонит друг.
- Все! – плюхнулся Митя на пенек и вытянул ноги. – Не пью я больше.
- А за моего сына?
- Какого? Я знаю, что у тебя есть дочка. Ну… две, - поправился мужик.
- Одна моя, да. А вторая…
- Да какая разница?! – неожиданно вспылил Митя и встал. Положил рубанок на пень, вынул из кармана телогрейки папиросы. Не предложил Степану закурить, сунул одну папиросу в зубы, а пачку спрятал обратно в карман. Чиркнул спичкой по коробку, прикурил. – Степ, у меня дел по горло. Приходи в другой раз, ладно?
Выдохнув серый дым, Митя уставился на крышу дома.
- Я не понял, ты не рад меня видеть? – развел руками гость. – В чем дело?
- А ни в чем. Понять не могу, когда ты успел так скурвиться. – сплюнул Митя на обледенелую землю. - С Олеськой сошелся, Гальку бросил. Детей плодишь направо и налево.
- Завидуешь, что ли? – хохотнул Степан.
- Было б чему, - нахмурился друг.
- Зави-идуешь, - сладко протянул Степа, собираясь уходить. – Ну, как хочешь, - подмигнув, он развернулся.
Митя его остановил.
- Я бы на Галькином месте нашел на тебя управу, - вновь сплюнул.
- Чего? Сбрендил? – обернулся Степан.
- Когда я тебя привез к ней и увидел обмотанную голову платком, ты не представляешь, как мне хотелось дать тебе в морду.
- Себе дай, - съехидничал Степан. – Смотри, как бы кулаки не посыпались. Ха!
Степа зашагал прочь, а Митя сверлил глазами его спину и злился, сжимая челюсти. Жалко Галю, детей жалко. Кто бы мог подумать, что Степан станет таким извергом: жену побьет, детей бросит, другую обрюхатит… По молодости многие гуляют, но, чтобы быть семейным и вытворять такие пакости… не-ет, так только изверг может поступить. Выбросив окурок, Митя поднял с пня рубанок.
- Прибил бы, - шепнул он.
Степа, завернув к своему дому, думал о друге. Да какое ему дело, как живет Степан? Вообще-то, должна быть мужская поддержка, солидарность, а Митька, видимо, стал телком, если уж за баб решил заступаться. Про Гальку вспомнил, и что? Рожу он ее побитую увидел, ха! Другие вон, бьют и ничего. Живут молча. Ну ударил, бывает. На то она и жена, чтобы кулаки об нее чесать!
Придя домой, Степан упал на лавку.
- Где ты был? – из комнаты выглянула Олеся.
- А что? – грубым тоном спросил Степа. – Пасти́ вздумала?
Завел его разговор с другом, так завел, что выпить захотелось.
- Есть у нас, чем глотку всполоснуть?
- А как же, - улыбнулась Олеся и вышла в сени.
Принесла водки, поставила на стол.
- Огурчиков?
- Сала, - пересел за стол Степан.
Олеся нарезала сальца, поставила хлеба и стакан. Входная дверь стукнула и в сенях послышалось ворчание матери.
- Долго у сарая щепки будут валяться? Я чуть шею не сломала. Так поскользнулась, что весь бок отбила.
Она вошла, потирая левое бедро, захлопнула дверь и уставилась на сына, наливающего себе выпить.
- А это еще что?
- Мать, отстань. – прохрипел Степан, поднимая стакан.
- Ты что удумал? Иди дорожку от щепок освободи. Так примерзли, острием вверх, что я…
- Отстань, сказал. Настроения у меня нет дорожками твоими заниматься.
Выпив, Степа налил еще. Марфа, вытаращившись на него, чуть не отругала невестку. Сдержав в себе порыв гнева, она сняла фуфайку и села рядом с сыном. Пристально посмотрев на Олесю, восседающую напротив, Марфа кашлянула в кулак.
- Что случилось? Что за праздник посреди недели?
- Сына обмываю, - закусил куском сала Степа.
- И сколько еще обмывать? Два месяца? Не сопьешься?
- Не сопьюсь, - Степан налил добавки.
- На развод, когда подашь?
- Скоро.
- Я вот, что думаю, - Марфа закинула ногу на ногу и потянула валенок вниз. – Домик бы бабкин продать надо.
Сдвинув брови, Степа посмотрел на мать строгим взглядом.
- С чего вдруг?
- А что? Деньги лишними не бывают.
- А Гальку с девками куда?
- А это уж ее забота. Могла б и к своим вернуться. Девки их замуж выходят, место освободилось в их хате.
Степан ничего не ответил. Налил водки, выпил и закинул в рот сало. Олеся, слушая свекровь, заулыбалась.
- Ну, чего лыбишься? – Марфу раздражала улыбка молодухи. – Надо ехать, хату отбирать.
- А мне она зачем? – усмехнулась Олеся. – Вам надо, вы и поезжайте.
- Богачка, что ли? - рявкнула свекровь. – Или забыла, под чьей крышей живешь?
Приподняв одну бровь, Олеся встала.
- А ничего, что этот до-ом, - сделала в воздухе круг руками, - теперь мне принадлежит?
Марфа заткнулась. Да чтоб тебя, совсем забыла, кому обязана?! Пройдясь по кухне, она несколько раз цокнула языком и выдала:
- Я той приживалке хату не оставлю.
- Мать, не лезь, пускай живут. – буркнул Степан. – Хватит волну подымать. Разошлись, и будет.
- Та хата твоему батьке принадлежала, а теперь по праву моей будет! Ишь ты, какая цаца выискалась, сына у меня забрала, в доме чужом поселилась. Нет уж! Пускай, как и полагается опосля развода - к своей матке возвращается.
Выговорившись, Марфа вновь полезла на печку. Пока сын допивал горькую, она уснула. И приснился ей странный сон, как будто Галька приехала сюда, в Яшкино, привезла с собой какого-то здоровенного мужика. Тот выгнал всех из дома и поселился в нем вместе с Галиной и детьми. Поздно ночью Марфа проснулась вся в поту.
- Какой сегодня день? – зашептала она. – Неужто четверг? Сон в руку…
Слезла с печи, выпила холодной воды и села на лавку.
- Или я ее, или она меня. Надо самой браться, а то эта дурында действительно найдет себе кого-нибудь, науськает, а ты и бойся.
Спать расхотелось. Дождавшись утра, Марфа поехала в Лыткино, договариваться с Галиной, чтобы она оставила дом и переехала.
Спасибо за ваши лайки, репосты и комментарии.