Главный признак триллера - не сам страх, а его динамика, растущее напряжение: когда ты ждёшь чего-то ужасного (чего именно - непонятно) и оно вот-вот случится.
Это третья часть статьи о самых знаменитых триллерах в классической музыке. Начало 👉здесь и 👉здесь.
Вот ещё два хрестоматийных примера из музыкальной классики.
"Сцена в казарме" из оперы "Пиковая дама" Петра Ильича Чайковского
Не только Альфред Хичкок, но и все классики австрийского экспрессионизма начала ХХ века должны были бы дружно снять шляпы перед Петром Ильичом Чайковским как своим отцом-основателем. Музыка его "Пиковой дамы" местами - настоящий психологический триллер.
Нет героя в этой опере, который хоть раз не произнёс бы, затаив дыхание, фразу "мне страшно". А если и не произнёс, то подумал бы (об этом нам сразу становится ясно по судорожным вздохам и трепету скрипок в оркестре). Но страшнее всех, конечно, Герману. "Три карты, три карты, три карты" - эти слова маниакально звучат в его мозгу, начиная с первой картины, постепенно превращая жизнь в настоящий кошмар.
Всё самое-самое страшное начинается в четвёртой картине, где Герман, трепеща от тревоги и тяжёлых предчувствий, проникает в спальню Графини. Он пытается узнать у неё тайну трёх карт с помощью пылкой мольбы, уговоров и угроз, однако добивается только того, что, бедная старуха умирает от разрыва сердца. Музыка здесь такова, что перевести дух получается только после заключительного аккорда этой картины.
Но это ещё не всё. Апофеоз этого триллера - в следующей, пятой, картине.
"Казармы. Комната Германа. Поздний вечер. Лунный свет то озаряет через окно комнату, то исчезает. Вой ветра" - так Чайковский описывает начальную мизансцену в партитуре.
В этой картинке не хватает только призрака.
Он, конечно, появляется. Но не сразу. Сначала Чайковский по классическому рецепту триллера, который требует разгона, как следует готовит его появление.
Герман, не спавший несколько дней, уже находится вне реальности. Он вспоминает похороны Графини и тот ужасный миг, когда она вдруг подмигнула ему из гроба. В его ушах навязчивой галлюцинацией звучит музыка отпевания, но хор почему-то поёт вовсе не погребальный текст. Подсознание и совесть Германа накладывают на музыку другие слова - из 87-го, покаянного псалма (слово "страх" есть и здесь):
"Ибо зла исполнилась душа моя и страшусь я плененья адова".
Дальше начинается "адова" музыка и явление призрака Графини.
Призрак у Чайковского входит в комнату, предварительно деликатно (конечно же, трижды по три) постучав в окно под завывания ветра. Но теперь эту сцену ставят так, чтобы было ещё страшнее. В этом ролике "осьмидесятилетняя карга" в красном бальном платье лезет из преисподней, взламывая пол.
Это "виденье гробовое" нараспев замогильным голосом называет три заветные карты под трепетный стук сердца Германа (в оркестре). Страшно не только Герману и нам. Чайковскому тоже было очень страшно, когда он писал эту сцену.
Пласидо Доминго и Элизабет Сёдерстрём в постановке Метрополитен-оперы.
"Наваждение" Сергея Прокофьева
Ещё один очень известный триллер, только в фортепианном жанре.
Прокофьев написал его в семнадцать лет, ещё студентом консерватории, и включил в программу своего первого публичного выступления 18 декабря 1908 года (в зале Реформационного училища в Петербурге). Это был первый композиторский успех юного Прокофьева: к его удивлению, слушатели устроили ему бурные овации.
Как только ни трактовали содержание этой пьесы критики, но можно и не заглядывать слишком глубоко. С первого взгляда видно, что это классический кошмарный сон, знакомый почти каждому. Сначала что-то непонятное и пугающее, вызывающее судорогу ужаса. А дальше паника и бегство, в процессе которого ночная химера меняет свой облик: она то уменьшается, то растет, то угрожает, то истерически хохочет. Даже виртуозность "Наваждения" особая, фантасмогорическая.
При всем этом "Наваждение" не пугает всерьез. Это не сам триллер, а как бы его виртуозно изготовленная 3D-модель. Чувствуется, что его автор юн и здоров, что у него крепкие нервы, много творческого азарта и богатая фантазия. Он технично пугает, но сам нисколечко не боится.
Анатолий Ведерников.
Начало статьи здесь👇
и здесь 👇
Ещё на эту тему 👇
О других популярных и любимых сочинениях классиков моя книга (издательство АСТ) 👉"50 музыкальных шедевров. Популярная история классической музыки"